В конце концов ноги меня подводят и я плюхаюсь на пуфик в прихожей, прижимая треугольник картона к груди.

Выбор? Зачем он мне, когда уже давно всё решено?

Без остатка, так без остатка. Только бы с ним и для него.

От автора: Дорогие читатели, блок вводно-ознакомительных глав, подводящих к основным событиям, закончился и теперь, думаю, как уже многие успели догадаться, мы переходим к горяченьким и ещё более интересным событиям, так что не переключайтесь)

О том, как оправдать перед мамой щедрый подарок Баграева думаю всю ночь, но по итогу не прихожу ни к чему толковому, потому что мысли то и дело перескакивают с техники на него.

Никто и никогда, кроме мамы с бабушкой, не делал для меня что-то подобное. И дело не в стоимости и статусности подарка, даже не в нём самом в целом, а в том насколько оперативно и без шума Тамерлан решил мою проблему. Конечно, с его возможностями и ресурсами это наверняка не составило ему особых трудностей и забот, только это опять же было не главным. Он ведь мог просто выслушать, пожалеть меня на словах и тут же забыть о проблемах, которые по факту его не касаются, даже при условии своей во мне заинтересованности, но вместо этого не только их решил, а ещё и сделал очень приятно. Проявил внимание, заботу, поддержку... Неизбалованная чем-то подобным я теперь разрывалась между воспитанием и неловкостью и каким-то неизведанным ранее уровнем счастья, из-за которого никак не могла стереть глупую улыбку с лица и ощущала, что вот ещё чуть-чуть и взлечу.

Такое странное, неконтролируемое и трепетное чувство, сигнализирующее о том, что я втрескалась в старшего брата своей подруги ещё сильнее.

Хотя, казалось бы, куда ещё сильнее? Но видимо у любви не было ограничений.

Не торопись. Обдумай всё хорошенько. Я подожду.

Мечтательно вздыхаю, трепетно оглаживаю серебристый корпус макбука, и с трудом сдерживая желание прижать его к груди, как какое-то невероятно ценное сокровище. Наверняка со стороны выгляжу очень глупо и странно, подозрительно-недоумённый взгляд искоса Аланы, сидящей рядом, тому подтверждение, но мне настолько всё равно что обо мне могут подумать, что даже не стыдно.

В мыслях вместо голоса преподавателя, проводящего лекцию, звучит голос Тамерлана и всё внутри вибрирует от чувств к нему. Казалось бы, впору после его предложения испугаться или, как минимум, напрячься, посомневаться как следует, помня о всех обстоятельствах и пропасти между нами, но так не хочется. Очень-очень-очень не хочется! А к нему наоборот, вопреки всему и без оглядки, так и тянет.

Может быть я не богата умом раз готова бежать к нему, стоит меня только поманить? Или, когда все стояли в очереди за гордостью и нравственными принципами, я пыталась выяснить где взять талон в эту самую в очередь, а когда таки разобралась и получила заветный номер, выяснилось, что сотрудник божественной канцелярии ушёл на больничный? Иначе как ещё объяснить своё легкомыслие с толикой помешательства на одном единственном мужчине?

- …эй! - вдруг пихает меня в бок подруга. - Ласточка, алло!

Вздрагиваю, морщусь от болезненного вмешательства её острого локтя в личное пространство своих рёбер и поднимаю глаза на неё.

- Ты где витаешь сегодня? Лекция закончилась! Пора обедать.

Оглядываюсь, замечая спешно собирающихся студентов и устало прислонившегося к кафедре лектора, и понимаю, что, действительно, пора покидать аудиторию. Надо же, и правда замечталась. Главное так посреди дороги не зависнуть где-нибудь, а то с меня станется.

- Нигде не витаю, - начинаю собираться следом за остальными. - А обедать можешь идти без меня.

- В смысле? Почему?

Алана, если и слышит в моём голосе холодок, то скорее всего просто не желает его замечать, а мне просто-напросто не хочется с ней общаться как ни в чем не бывало после вчерашнего. Смотрю на неё и слышу тот её беззаботно-снисходительный смех в трубке, из-за чего обида, пусть и детская, не желает утихать.

- Потому что не хочу, Алан.

Закидываю рюкзак на плечо и начинаю полубоком продвигаться по ряду к выходу. Баграева следует за мной шаг в шаг, тараторя в спину:

- Марусь, ты чего? Почему не хочешь? Случилось что-то? Или денег нет? Так я заплачу, не переживай.

- Спасибо, но я, пожалуй, откажусь.

- Ты меня удивляешь!

Молча выхожу в коридор и поворачиваюсь в сторону лестницы, ведущей на первый этаж, как подруга настойчиво дёргает меня за рукав свитера и преграждает путь.

Она сегодня как всегда прекрасна. Волосы шёлковым водопадом лежат на плечах, кашемировое закрытое платье нежно-розового оттенка с белоснежными сапогами на высоком каблуке и небольшая сумочка в тон от Шанель подходят её фигуре и стилю идеально.

В больших чёрных глазах в обрамлении длинных пушистых ресниц куча вопросов и я не могу удержаться от очередного вздоха, когда она вываливает их на меня на одном дыхании:

- Нет, ты объясни! В чём дело? Настроения нет? Или всё-таки денег? Или ты всё ещё из-за вчерашнего расстроена? Всё же уже решилось, разве нет? - кивает на мою сумку, где лежат ноутбук и остальные подарки её брата. - Чего ты так на этом зациклилась? Это же ерунда, Марусь!

- Для тебя может быть, да, а для меня - нет, так что дай мне возможность, пожалуйста, прожить свои эмоции, какими бы они не были. Я имею на это полное право.

- Пф-ф-ф, глупость какая!

Баграева закатывает глаза, будто мы на самом деле разговариваем о чём-то незначительном, что меня вновь хорошенько так задевает.

- Глупость? Серьёзно? - раздражённо вырываю рукав из её пальцев и чуть закидываю голову назад, чтобы встретиться с ней взглядом. - Алан, я для тебя шутка какая-то?

- То есть?

- Ты задаёшь мне вопросы, а когда слышишь на них ответ, сразу же меня обесцениваешь. Я понимаю, что мои проблемы не кажутся тебе таковыми, но из-за этого они не перестают быть проблемами, понимаешь? Меня очень обижает, когда ты так себя ведёшь. Мне неприятно, понимаешь?

- Нет, не понимаю! - она складывает руки под грудью и упрямо вскидывает подбородок. - Я ничего плохого не сделала, просто высказала своё мнение! Мне сейчас, что, вообще ничего сказать нельзя что ли? Дома чуть что, сразу молчать приказывают, а сейчас ещё и ты меня затыкаешь!

От неожиданного наезда даже теряюсь.

Как мы, вообще, к этому пришли сейчас? Я говорю об одном, Баграева о другом, а в итоге виноватой оказываюсь всё равно я. Причём абсолютно незаслуженно. Я же её всегда и во всём поддерживала, свои мысли, противоположные её мнению, старалась высказывать исключительно в вежливом ключе, боясь обидеть, и то только тогда, когда она сама меня о них спрашивала, а теперь значит затыкаю?! Нет, это уже сюр какой-то!

- Алан, мы сейчас каждая о разных вещах говорим, разве нет?

- Нет! Как по мне, ты не говоришь, а ноешь о пустяках, из которых раздуваешь проблемы вселенского масштаба, а из меня какую-то стерву высокомерную делаешь! И это уже неприятно мне, ясно?!

От переполнявших её эмоций она даже топает ножкой, как капризный ребёнок, и надувает и без того пухлые губы. И эта картина была бы ужасно милой, не будь ситуация такой абсурдной и не чувствуй я себя так, словно меня… Полили грязью? Загазлайтили? Всё вместе? Я же себе это не придумала, верно?

- Тоже мне, страдалица, рыдала вчера, рыдала, звонок мой сбросила и потом игнорировала, а в итоге пошла и сделала то, что я тебе предлагала, не позвав даже меня с собой, хотя ты знаешь как мне скучно дома и как я была бы рада выехать в магазин хотя бы на десять минут! - Алана нервно передёргивает точёными плечами. - Это разве нормально? По-дружески по-твоему?

Молчу, понимая, что мне нечего сказать. Не потому что признаю вину, а потому что просто не знаю, что ответить на эти странные, необоснованные и отчасти даже бредовые претензии. И мне уже не обидно, не хочется злиться и тем более доказывать свою правоту, вместо этого хочу просто оказаться в другом месте и рядом с людьми, с которыми говорю на одном языке и которые меня слышат, а не…