И Кирилл хорош… Ни слова не сказал, что на горизонте у него переезд. Я горько выдохнула. Страх, что я останусь красивым эпизодом в провинции, плотно засел в голове. Пытаюсь отодвигать тяжелые мысли, но они волнами накрывали всё больше и больше.

У дверей подъезда дрожащими руками достала ключи и вздрогнула от того, как тяжелая мужская ладонь легла на моё плечо. Ключи выпали из рук и с глухим звуком ударились об кафельный пол.

– Зая… – хмель крепкого напитка ударил в ноздри. А страх плеснул хорошую дозу адреналина в кровь.

В миг я оказалась прижата к железной входной двери.

– Убери руки! – процедила сквозь зубы.

– Ты моя должница. Давно бы долг отработала. Возможно, понравилось бы, – завел любимую пластинку Беликов.

Я попыталась высвободиться. Тщетно…

В голове звенело от ярости и страха, и от обиды за свою жизнь. Беликов повернул меня к себе и притянул, как безвольную куклу. Я с силой постаралась отодвинуть его, но это всё равно, что подвинуть гору.

Не выпуская меня, Беликов поднял ключи и, щелкнув магнитным ключом, затащил меня внутрь.

В голове блуждали сумасбродные мысли. Где найти? Банк? В какой банк обратиться?

Почему-то в голове всплыло красивое лицо Коврюгина. А если?

– Завтра, – зажмурила глаза и прошептала в ответ. – Я всё отдам тебе завтра.

Беликов только рассмеялся в ответ.

– Ты не поняла? Мне нужна ты, а не деньги… – прошептал по слогам прямо в ухо. – Зачем тебе твой хлыщ… Я покажу, что такое настоящая страсть.

Шершавые губы впились, оставляя гадливое ощущение. А руки крепко прижимают меня к себе. К горлу подкатила тошнота, и я уперлась руками в мощную раскаченную грудь, которую чувствую под толстым шерстяным свитером Беликова.

– Боже, когда это всё закончится…

Следующие секунды я совсем не поняла, что происходит. Беликов вдруг выпустил меня из рук. А рядом с ним появилась ещё одна такая же высокая фигура.

– Ки–и–р! – женский голос, который пронзительно раздался в стенах подъезда не узнала.

Я попробовала ухватить ненавистную чёрную куртку, чтобы невыносимая для моих глаз картина расплылась.

Вокруг всё потемнело, и я сделала несколько шагов назад, прижимая руку к губе. Во рту солёный вкус крови заставил сглотнуть подкатывающий ком.

Я виновата… Во всём, что случилось, виновата.

– Кир… – я открыла глаза и уставилась на тёмно-синие глаза, которые сканировали меня. Жестко и с такой ненавистью, что внутри все похолодело. – Кир, прости меня… Я всё объясню…

– Бывший или нынешний? – с сарказмом спросил Тухманов.

– Кирилл, я хотела рассказать тебе. У меня большие проблемы, которые я не могу решить.

– Все проблемы я уже увидел, – Тухманов прижимал бок рукой под полами своего пальто.

– Кир. Он не бывший… И он вообще никто! – я сделала шаг вперёд к нему.

– Не подходи! – от резкого тона вздрогнула. – Такое постоянство, с которым появляется этот мужчина рядом с тобой, очевидно.

Тухманов никогда не разговаривал со мной таким тоном. Никогда…

– Всё, что я не могу простить – это ложь, Маня. И от кого не ожидал… Так это от тебя! – каждое слово впечатывалось внутрь и резало, оставляя глубокие кровавые раны.

– Кирилл, это правда, – я размазывала слёзы по щекам. – Я должна большую сумму денег этому человеку.

– Почему ты не сказала мне этого раньше, Маш?

– Боялась…

– Боялась, чего? Может, потому не рассказывала, что нет никакого долга? Придуман он только сейчас?

Тухманов развернулся и резко направился к железной двери подъезда.

– Это правда, что ты уезжаешь? – бросила в спину Кириллу.

– Кто сказал тебе об этом? – Тухманов опёрся об дверь рукой, но поворачиваться не стал.

– Твоя московская невеста, – ответила обречённо.

– Я получил очень интересное предложение. Но… Теперь всё не имеет смысла, Маня.

Железная дверь со скрипом открылась, и прохладный ветер залетел тут же, остужая пылающие щеки, и грохотом закрылась, выпуская моего мужчину... в дождливый вечер.

Я сползла по стене, закрыв лицо руками…

Я должна была побежать сейчас вслед за ним. Должна остановить и сказать, что всё это какая-то большая ошибка. Я вспомнила, что у меня в письменном ящике лежит расписка. Задыхаясь, пролетаю лестничные проёмы и открываю квартиру дрожащими руками. И открываю ящик прихожей, ищу эту дурацкую расписку. Она же была… Вот здесь. Я достаю немного скомканный лист с отпечатанным текстом и подписи. Моя и Беликова.

Подбегаю к окну, чтобы рассмотреть небольшой двор многоэтажки. Где-то здесь среди высоких деревьев, Тухманов должен припарковать свой автомобиль. Но я не вижу очертаний знакомого внедорожника.

Ухватив телефон, набираю номер Кирилла. Я даже сделала фото расписки, которое сейчас отправлю Тухманову.

Короткие гудки оборвали немного мою прыть.

Я устрою Тухманову увольнение из фирмы. Да такое разгромное, что он тебя возненавидит. Всё, к чему шёл Кирилл… Всё полетит к чёрту.

Каждое слово Алины всплыло в моей голове и прожгло словно калёное железо.

Я знала, что конец будет таким. Чувствовала, что скоро разверзнется пропасть, куда я упаду, а Кирилл... Так и останется там стоять на её краю и рассматривать своим ледяным взглядом, которым Кирилл одарил напоследок.

– Ох… Маня… – слёзы катились по щекам, и я их не вытирала. Обхватила голову руками, устало присев за кухонным столом.

Глава 41

– Маша! – я вздрогнула, повернув голову в сторону своей начальницы, в глазах которой читалось изумление.

– Простите, Дарья Даниловна, – я потерла виски указательным пальцем.

Бессонная ночь дала о себе знать. Я с трудом могла сосредоточиться всё время сползая в свои мысли о Кирилле.

– Маш, нужно собраться, – претензионно продолжила Волкова. – Тем более, проект очень ответственный. И шеф весь на взводе.

– Он всегда на взводе, – добавил Новиков.

– Последнее время особенный вид взвода, – темноволосая брюнетка Ирина покосилась на пустое место Зои.

Уфф… Коллектив потихоньку складывает отдельные звуки в фразу «служебный роман». За своими душевными переживаниями я забыла за свою сестру, которая тайно страдает по Альберту Борисовичу. Надеюсь, хоть у моей сестры всё сложится. Хотя обеспеченный, красивый и пусть даже свободный Коврюгин мне казался недосягаемым даже для такой красавицы, как Зоя.

– Что у тебя по той части, что я отдала тебе?

Я отрицательно махнула головой. Волкова недовольно приподняла брови.

– Срок до завтра, – коротко отрезала.

– Завтра будет готово, – пообещала сразу же, но моё творческое начало уныло вздохнуло.

Такое настроение так сильно било по моим рабочим делам.

Нельзя, так Маня….

Несколько раз мне хотелось набрать его номер. Имею ли я право разрушать его карьеру?

Но и оставлять о себе мнение, что я так легкомысленно сплю с двумя мужчинами, я тоже не хотела. Это был не единственный вопрос, который требовал разрешения. Я пока откладывала сроки выполнения услуг с некоторыми строительными бригадами, с которыми уже успела договориться.

Дизайн-ремонт в красавце на Парковой улице подвис в воздухе.

Я вышла из кабинета в коридор и, набрав в легкие воздуха, набираю абонента «Любимый». Пока длинные гудки плыли из динамика думала, что сердце просто оборвется от напряжения.

– Алло… громыхнул женский голос в трубке телефона.

Тот самый, низкий и с властными нотками.

– Что ты хотела? – растягивая по слогам, произносит Алина.

– Я хочу услышать Кирилла, – цежу каждое слово.

– Он в ванной комнате. Попросила бы не звонить моему будущему мужу, – усмехается на воцарившуюся паузу Алина. – Если ты по поводу своего отстойного проекта, мы сбросим тебе деньги на карту. Сколько хочешь?

– Нисколько, – едва вытолкнула и сбросила звонок, зажав рот рукой. Тошнота подкатила к горлу, заставив прослезиться.