— Господин… Я итак пытался сделать всё, что только можно. — Воспользовавшись тем, что старый барон решил сделать пару глотков, чтобы смягчить пересохшее горло и взял в руки кубок с вином, старый управляющий тут же постарался хоть как-то оправдаться, так как понимал, что подобной возможности у него может и не быть, в виду того, что барон де Грасс слишком уж резво отреагировал на информацию о подобном казусе. — Только проблема заключается в том, что этот мальчишка сам всё прекрасно видел. Как оказалось, он был недалеко, в лесу. И сам увидел, что происходит. Просто не стал подходить к беснующейся толпе. Именно из-за священника, который бесновался и орал, что травника нужно сжечь на костре. Видимо эти крики его и насторожили? Поэтому он…

— Насторожили? Ты что, со всеми идиот? — Раздражённо ударил кулаком по столу старый барон, что заставило кубок из-под вина упасть набок и пролить остатки напитка на ковёр, постеленный под ноги. — Как ты вообще такое сказать удумал? Тут же и дураку понятно, что священник не просто так костёр там собирал? Естественно, что травник услышав о том, что его хотят сжечь, банально отказался подходить близко. Это и последнему дураку понятно. Ты же сейчас мне этот бред говоришь. О чём ты думал? Почему ты не выяснил, что происходит в деревне? По сути, это ты отвечаешь за случившееся. Сейчас он не хочет продавать лекарственные травы? Ну, его понять можно. Он ведь продавал травы? А вы что сделали? Захотели его отправить на костёр. Молодцы! Тут не знаешь того, как на свою землю ремесленников заманить… Которые пойдут только туда, где могут хотя бы иметь возможность к травнику обратиться. Стараешься привлечь внимание к своим землям. Дворянам рассказываешь о том, что у меня появилась такая возможность… Так нет же! Приезжает какой-то идиот в сутане, и всё портит. И из-за этого две недели свежей рыбы не было. Ты хотя бы понимаешь, что если бы на эти выходные, когда рыбы не было, приехал бы граф де Царн, чтобы со мной было? Это позор! Если такое повторится, то можешь сразу идти и вешаться на конюшне. Ты мне здесь нужен для того, чтобы на моих землях был порядок. Порядок, какой нужен мне. А не какому-то заезжему священнику. Сегодня он здесь, а завтра его нет. А изгадил он всё от души. И сделал всё так, что теперь порядок навести долго не получится. В общем, Пётр… Меня не интересует то, как ты это сделаешь. Но Семён-травник должен снова начать торговать лекарственными травами. Он должен и дальше продолжать лечить наших жителей. Я уже молчу о том, что именно таким образом мы могли начать торговлю лекарственными травами из Дикого леса. А они больших денег стоят. И это ты знаешь не хуже меня. Тебе показать, сколько с нас стребовали за очередную партию лечебных трав из Дикого леса для нашего лекаря? Показать? Сотню золотых за небольшую партию! Сотню! А так мы могли бы потратить в десять раз меньше. Я уже молчу о том, что мы могли бы на этом зарабатывать. Купили у него травы за десять золотых, а продали бы за сотню. Купили бы на сотню, продали бы за тысячу. Мне тебе такие прописные истины объяснять? В общем… Меня не интересует что и как… Иди и делай. А если не сможешь, то лучше сразу иди на конюшню и вешайся. Всё!

Проводив недовольным взглядом склонившегося в угодливом поклоне старого слугу, Николай барон де Грасс медленно покачал головой. Его разочарование произошедшим фактом просто не знало границ.

— Это же надо было такому случиться? — Тихо выдохнул дворянин, медленно повернувшись к своему отпрыску, который всё так же задумчиво смотрел на него. — Ну, ты сам подумай… Надо же было до такого додуматься? Костёр они решили развести! Заняться им что ли нечем? И вроде бы полей у них много. Работы хватает… Так они ещё и развлекаться удумали.

— Я слышал о том, что Пётр приказал этого священника прогнать из баронства? — Дождавшись пока отец даст ему слово, молодой дворянин тут же принялся делать свои выводы. — И поговаривают о том, что тот ушёл очень злой и даже проклинал кого-то. У нас из-за этого идиота проблем не будет? Он ведь может пойти и нажаловаться митрополиту? И тогда нас просто отлучат от Церкви. Что будем делать? Соседи с нами знаться не захотят. После такого, особенно. Да и сам граф де Царн будет недоволен. Ведь наш митрополит ему дальним родственником приходится?

— В том-то и дело! — Задумчиво выдохнул старый барон, внимательно посмотрев на своего сына. — В том-то и дело, сынок… Надо попытаться на этом сыграть. Если наш граф является роднёй митрополита, то надо попытаться уговорить его всё-таки через своего родственника успокоить священников. Ну, чего им дался этот травник? Придумали тоже… Поклоняется демонам. А кто-то всё может как-то доказать? Это кто-то хотя бы видел? И когда это вообще происходило? С кем вообще это могло случиться? Все признаки того, что кто-то занимался рядом колдовством просто отсутствует в деревне Паучий Лог. Устроили тут бред какой-то. А теперь что делать? Да… Ещё хорошо, что парень всё-таки продолжает нам рыбу поставлять. Я вот пару рябин с икрой отправил графу. Пусть его повара побалуют. Думаю, что ему понравится такой подарок. Ну, а если это всё прекратится? Семён-то этот, как я понял, тоже оказывается не дурак? Мальчишка сообразительный. И додумался же сбежать, и не попадаться на глаза священнику!

— Да… Тут ты прав, отец… Я тут немножко поспрашивал, и узнал о том, что этот паренек действительно очень сообразительный. — Задумчиво выдохнул молодой дворянин, медленно поднявшись и пройдясь по кабинету своего родителя. — Он не просто сообразительный. Ты, например, хотя бы знал о том, что в Паучьем Логе пару лет назад умер один старик, который был, как оказалось, местным травником. Ну, местным-то он был относительно. Он был приезжим. Вольный… Откуда-то из города. Пётр очень его обхаживал. Старался уговорить служить нам. Я уже потом узнал о том, что, как оказалось, этот старик был бывшим палачом из столицы королевства… Из Китежа!

— Подожди… Как это палачом из столицы королевства? — Удивлённо выдохнул старый барон, внимательно посмотрев на сына, и буквально нутром чувствуя то, как в нём снова начинает нарастать волна гнева. — Ты мне сейчас хочешь сказать о том, что у нас под боком был столичный палач, а мы об этом даже не знали? Сколько лет он там жил? Почему я об этом ничего не знаю?

— Я поговорил с Петром… — Равнодушно пожал плечами Юрий, медленно повернувшись к отцу. — Оказывается, этот палач прожил там лет пять. Но он не хотел заниматься своим ремеслом. Говорил всем о том, что больше не желает лить чужую кровь. Если его в столице не уговорили, то вряд ли ты, отец, смог бы его принудить что-то делать. К тому же, учти тот факт, что этот самый Петрович был вольным. И принуждать его к подобным вещам ты в принципе не мог бы. А уж учитывая то, что он из столицы, можно было понять, что знакомых у него хватает. Я не об этом вспомнил. Всё равно сейчас этого старика уже в живых нет. Года два, почти три, уже прошло с его смерти. Сейчас я хотел обратить твоё внимание на кое-что другое. Дело в том, что этот самый Семён, как оказалось, все эти пять лет старательно пытался помогать Петровичу. И именно этот самый палач и научил его разбираться в травах. И, возможно, не только в лекарственных травах. Уже только поэтому можно понять, что этот паренёк нам весьма интересен. Только вот нужно аккуратно действовать. Судя по всему, он теперь никому не доверяет. Ты сам видишь… Так что Пётр вряд ли сумеет его уговорить вернуться в деревню. Нам бы сначала его хотя бы уговорить снова начать лекарственными травами торговать? А дальше будет видно. К тому же, судя по всему, он достаточно неплохо разбирается в болезнях? Вон как наших стражников подлечил? Уже только поэтому, он нам интересен. Не говоря уже про потенциальные знания палача. Я об этом уже просто молчу. Был бы он нашим крепостным, мы могли бы заставить его делать то, что нам нужно. Но он тоже вольный. Придётся уговаривать. Но если мы сумеем уговорить его хотя бы сначала лекарственные травы продавать, пообещав защиту и поддержку, то тогда можно говорить и об остальном. Но только потом.