Размечтался, аж скулы свело от голода. Пришлось возвращаться в каретный сарай и лезть в сундук, вгде я прячу харчи от вездесущих грызунов, и доставать оттуда круг копченой колбасы с лепешкой из тандыра узкоглазого улыбчивого хлебопека Саида Али-Оглы, чья хлебная лавка находится в Нижнем городе неподалеку от харчевни «Медведь». Кстати, мужик очень даже неплохой, время от времени баловал моего реципиента еще до моего вселения в тело Митьки божественно вкусным свежеиспеченным чуреком.
А теперь мне необходимо заняться делом спасения своего организма от посягательства бандитов. Усевшись в позе лотоса, я наладил связь со «шмелями», контролирующими Степана Кузьмича.
Ночь постепенно опускалась на Изборск. Мазаев не стал запрягать экипаж, он изрядно поколесил за день на своей каурой лошадке вокруг моего жилища, хорошенько все осмотрел. И ликвидировать меня он попытается до наступления полной темноты, то есть как раз в тот момент, когда Димка Кравцов, вооружившись тележкой, будет готов отправиться на работу. Откуда мне это известно? А вот нечего оглашать свои планы в присутствии моих магических «шмелей». Он даже краткий план моей ликвидации составил на листочке бумаги.
Ха, наивный Микула Селянинович! Он не в курсе, что я имею свободный график обслуживания выгребных ям и пунктов сбора твердых бытовых отходов. За эту рабочую неделю я перед Боровом уже отчитался о выполнении плана. А, значит, сегодня на трудовую вахту не собираюсь.
Мужчина шел к цели уверенной походкой. Частично разобранная винтовка в сумке на его плече не привлекала внимания прохожих. Подойдя к раскидистому каштану, растущему в полутора сотнях шагов от моего дома, Мазай остановился в тени дерева и на какое-то время замер. Убедившись в отсутствии посторонних, он высоко подпрыгнул, ухватился руками за толстую сетку, растущую в двух с половиной метрах от земли, и легко сделал выход силой на две руки. М-да, крепкий мужчина и физически развит, многим молодым на завидки. Вообще-то поначалу я его за кондового увальня принял. А он эвон как по веткам скачет, что тот кошак.
Наконец киллер добрался до намеченной ранее позиции. Расположенной метрах в шести над поверхностью земли и неторопливо, я бы сказал, основательно, занялся сборкой оружия. Перед установкой оптического прицела он накрутил на спвол толстенную трубу глушителя. Ну всё. Оружие готово к работе, затвор на взводе, патрон в патроннике, винтовка на предохранителе. Пристроив снайперку на коленях и опершись спиной на ствол дерева, Мазай вооружился биноклем и принялся наблюдать за тем, что происходит в моем дворе.
Стоит отметить, что пока бандит занимался сборкой оружия, мои магические «насекомые» также времени даром не теряли. В первую очередь по моей команде они заузили ствол примерно на два миллиметра, аккурат под накладкой газоотводной трубки. Теперь при выстреле пуля ни при каких обстоятельствах не сможет покинуть ствол. Непременно застрянет в месте его сужения с фатальными, разумеется, для оружия последствиями. Однако всего лишь разрыв винтовочного ствола меня категорически не устраивает. Пришлось немного «доработать» заднюю часть ствольной коробки и её крышки, максимально ослабив в этом месте металл до прочности консервной банки.
На этом, пожалуй и всё. Мой потенциальный киллер готов меня убивать, я также готов к тому, чтобы меня попытались шлепнуть. Хе-хе!
Выйдя во двор, я начал имитировать бурную деятельность, будто собираюсь отправиться на работу. Крона дерева, на котором сидел Мазай, находилась в зоне моей прямой видимости. Самого мужчину я не видел, да мне оно и не зачем. Все его действия регистрируются моими «шмелями».
Перед тем, как прильнуть глазом к оптическому прицелу, Мазаев извлек из кармана ручной фонарик и куда-то им посветил. Спустя пять секунд неподалеку от моего дома на соседней улице начали взлетать в небеса огненные росчерки. На высоте полутора-двух сотен метров они взрывались, наподобие хорошо известных мне по прошлой жизни салютов. Вот только в моей родной реальности сгорал порох с минеральными и органическими добавками, здесь же явно присутствовала магия. У меня аж кожа зачесалась от её переизбыточного количества. Из воспоминаний реципиента я вынес для себя, что подобные иллюминации здесь не редкость, особенно во время празднований дней рождения, свадеб, или еще каких-нибудь знаменательных событий.
И вот тут-то случилось то, во имя чего затевалось огненное шоу. Мне было отлично видно, как мужчина на дереве, прильнув к окуляру оптического прицела, медленно-медленно выбирает свободный спускового механизма. Чтобы максимально облегчить ему задачу, я даже перестал бродить с озабоченным видом по двору. Остановившись около тележки, сделал вид, что внимательно рассматриваю её колесо в свете магического фонаря, подвешенного над входом в мой дом.
Сначала в кроне дерева, где оборудовал позицию киллер ярко полыхнуло, а, спустя доли секунды до моего слуха долетел громкий звук, возвестивший о том, что все получилось именно так, как я и планировал. Даже лучше. После выстрела пуля наткнулась на сужение в стволе. Однако вместо того, чтобы разорвать его стенки, пороховые газы начали давить на затвор и затворную раму. А поскольку я своевременно озаботился о том, чтобы предельно ослабить прочность ствольной коробки и крышки, означенные детали, получив мощный импульс, проломили преграду и полетели в направлении стрелка. Если куски ствольной коробки и затворная рама нанесли лишь незначительные порезы правой щеки мужчины, сам же затвор, набрав скорость едва ли не пули, влетел точно в рот Мазаю. Для начала он выбил несколько зубов, практически не потеряв при этом кинетической энергии. Затем, отрекошетив от нижней челюсти, железяка полетела в направлении трахеи. Оказавшись в неоднородной среде, злосчастный затвор получил импульс вращения и принялся крушить все на своем пути, куда той мясорубке. Наконец он добрался до гортани и в районе адамова яблока вышел наружу, намотав на себя изрядный кусок человеческой плоти.
Смерть киллера оказалась практически мгновенной. С дерева он падал, будучи уже мертвым.
И вот тут-то меня буквально скрючило прямо посреди двора. Приступ невыносимой боли заставил меня упасть на брусчатку двора и, свернувшись в позе эмбриона, какое-то время терпеть адские мучения, мечтая о том, чтобы сознание как можно быстрее погрузилось в спасительную темноту бессознательного состояния.
Однако сознания я не потерял. Постепенно физическая боль начала отступать, а вместо нее на меня навалился рой чужих воспоминаний и эмоций. Я уже не был ни Дмитрием Кравцовым, ни Алексеем Дубровиным. Я был Мазаевым Степаном Кузьмичом. Чудеса, впору удивляться, но мне было не до этого, поскольку я с жадностью прильнувшего к воде путешественника прошагавшего по бескрайним просторам безводной пустыни уйму времени, поглощал обрушившуюся на меня информацию.
Вот я пятилетний Степочка Мазаев на руках своего отца огромного сильного человека в военной форме. А вот класс начальной, школы. Затем получение среднего образования. Далее было высшее Байгайское пехотное училище, куда я поступил не по протекции, как большинство детей крупных военачальников, исключительно благодаря своим успехам в учебе и спорте.
Через пять лет вместе с погонами лейтенанта я получаю направление в действующую войсковую часть, дислоцированную на севере Афганистана. Дальше были три года казарменной жизни, с нечастыми выходами моего взвода на задания. Но однажды во время одного из таких выходов мое подразделение попало в засаду, и было буквально расстреляно моджахедами. Я оказался в плену в числе немногих выживших бойцов. Меня подлечили и уже собирались передать в лапы англичан, за приличный бакшиш, но за сутки до этого мне удалось сбежать. В крайней стадии истощения я добрался до своих. Как оказалось, лучше бы я этого не делал. Меня обвинили в халатности, приведшей к гибели боевой группы, и вскоре мое дело рассматривала в ускоренном режиме специальная коллегия военных судей. Любые мои попытки доказать, что я всего-то выполнял приказ вышестоящего командования, натыкались на стену бездушного непонимания со стороны армейских прокуроров и судейских. Мне дали десять лет каторжных работ. На зоне я сошелся с блатными. Ребята мне популярно объяснили, что лейтенант Мазаев стал всего лишь удачным поводом прикрыть чей-то начальственный зад. Отмотав срок от звонка до звонка, я был принят в преступное сообщество барона Недосекина сначала на должность рядового боевика, затем стал специалистом по решению разного рода щекотливых вопросов. За два десятилетия мой авторитет в банде неуклонно рос. А еще мне (то есть Мазаеву) удалось подловить в столице того полковника, точнее уже генерала, чья карьера после Афганистана резко пошла на взлет. Быстрой смертью тот не умер. За гибель парней ему воздалось в полной мере. В конечном итоге его тело представляло собой кусок окровавленного мяса, и был жив он лишь, благодаря специальным алхимическим препаратам.
