— За последние полчаса многое изменилось.

Он принял ответ. По крайней мере, внешне. Кассена подошла к нему. Теперь она уже имела полное право стоять рядом.

— Ориан, Совет ждёт.

Он не сразу повернулся к ней. И я заметила это. Кассена тоже. Ничего значительного. Всего пара секунд. Но впервые её уверенность дала небольшую трещину. Не моя победа. И не то, чего я хотела. Однако запомнить стоило.

— Госпожа Тирс, — сказала Кассена.

Я посмотрела на неё.

— Госпожа Риаль.

— Я искренне надеюсь, что вы будете счастливы.

В её голосе не было насмешки. Возможно, она действительно так думала.

— Я тоже на это рассчитываю.

В уголках её губ появилось что-то похожее на удивление. Я развернулась и пошла к дверям. Каждый шаг давался легче предыдущего. Не потому, что я разобралась в ситуации. Совсем наоборот. У меня было чужое тело, обрывки чужой памяти, непонятный мир, неизвестные законы, бывший муж-дракон, существование которого само по себе требовало отдельного объяснения, и разорённый курорт, который люди всерьёз называли проклятым. Но хотя бы церемония закончилась. Теперь можно было перестать играть роль женщины, которую все вокруг знали лучше меня, и наконец выяснить, что произошло.

За дверями оказался длинный коридор. Здесь людей было меньше. Двое слуг у стены поклонились, когда я проходила мимо. Один сказал:

— Госпожа Вальт...

И тут же побледнел.

— Простите. Госпожа Тирс.

Я остановилась.

— Всё в порядке.

Он поклонился ещё ниже. Я продолжила идти. Тирс. Нужно было привыкать. По пути я попыталась собрать всё, что знала. Меня зовутЛавена Тирс. Мне, судя по отражению в стеклянной двери и чужим воспоминаниям, меньше тридцати семи. Насколько — пока непонятно. До сегодняшнего дня я восемь лет была женой Ориана Вальта. Он дракон. Его истинная — Кассена Риаль. Что именно означает «истинная», я пока знала только на уровне ощущений из чужой памяти: связь, которую здесь воспринимали как нечто крайне серьёзное.

И теперь у меня был курорт. Если честно, из всего происходящего последнее казалось наиболее понятным. Недвижимость я хотя бы умела оценивать. Драконов — пока нет. У наружных дверей меня ждала молодая служанка. При моём появлении она подалась вперёд.

— Госпожа...

Её глаза покраснели. Значит, прежнюю Лавену здесь кто-то любил. От этой мысли стало неожиданно легче.

— Как тебя зовут? — спросила я.

Она замерла. Ошибка. Слишком очевидная. Я быстро добавила:

— Нет, не отвечай. У меня сегодня голова кругом, и я сейчас умудрюсь забыть даже собственное имя.

Служанка нервно улыбнулась.

— Ниса, госпожа.

Имя ничего мне не сказало. Ни одного всплеска памяти.

— Ниса. Конечно.

— Экипаж готов. Ваши вещи...

Она запнулась.

— Что с ними?

— Господин Вальт распорядился отправить их в городской дом ещё утром.

Ещё утром. Значит, всё было решено заранее. Глупо было удивляться, и всё же тело отозвалось очередным неприятным сжатием в груди. Он заранее упаковал жизнь своей жены. Наверное, считал это заботой.

— Хорошо.

Мы вышли наружу. Солнце ударило в глаза. Перед широкими ступенями стояли экипажи, вдоль подъездной дороги тянулась ограда, а дальше виднелись крыши города. Не тот мир. Окончательно. Ни машин, ни знакомых улиц, ни проводов над дорогой. Я остановилась всего на секунду. Ниса заметила.

— Вам нехорошо?

— Просто душно внутри.

Это было достаточно правдоподобно. Я спустилась на первую ступень.

— Госпожа Тирс!

Я обернулась. Из дверей торопливо вышел мужчина лет сорока в сером форменном камзоле. Под мышкой он держал тонкую папку. Я его помнила. Вернее, видела в зале. Он стоял позади членов Совета и почти всё время что-то записывал.

— Простите, что задерживаю, — сказал он, подходя. — При проверке регистрационных бумаг обнаружилось приложение к акту передачи Семи Источников. Оно находится в старом реестре и по ошибке не было включено в основной комплект.

Мне это сразу не понравилось.

— Какого рода приложение?

Он протянул папку.

— Ограничительное условие владения.

Я не взяла её сразу.

— Вы хотите сказать, что я подписала соглашение, не получив всех условий?

Мужчина побледнел.

— Условие относится не к вашему брачному соглашению, а непосредственно к историческому акту владения. Оно действует при любой передаче Семерых Источников. Совет обязан был предоставить копию, но запись хранится отдельно, поскольку внесена значительно позже первоначального оформления.

Слишком много объяснений. Обычно это плохой знак. Я взяла папку.

— И что там?

Он оглянулся на двери, за которыми продолжалась церемония, затем заговорил тише:

— Я полагаю, вам лучше прочесть самостоятельно.

Это был ещё более плохой знак. Я раскрыла документ. Бумага выглядела старше остальных, чернила местами выцвели, но основной текст читался достаточно хорошо. Первые строки были обычными: границы владения, ответственность собственника, состояние дороги. Дальше шёл отдельный пункт. Я прочитала его дважды. Потом третий раз.

— Это действительно действует?

— Да, госпожа Тирс.

— Несмотря на то что курорт закрыт двенадцать лет?

— Именно поэтому.

Я снова посмотрела на документ. Если коммерческая деятельность на территории владения «Семь Источников» не будет официально возобновлена в течение тридцати календарных дней после передачи новому частному владельцу, право собственности прекращается, а земля вместе со всеми строениями и природными объектами переходит под управление Имперского Совета без обязательства денежной компенсации. Тридцать дней. Не на ремонт. Не на оценку. На возобновление работы. Я подняла глаза на чиновника.

— Ориан знал?

Мужчина заметно занервничал.

— Я не могу утверждать.

— А Совет?

— Документ находится в реестре Совета.

Это не было ответом. Именно поэтому ответ получился достаточно ясным. Я посмотрела на верхние окна здания. Где-то там Ориан, вероятно, уже обсуждал с Советом дальнейшие формальности. Возможно, рядом с ним стояла Кассена. Мне вдруг вспомнилось, как быстро все согласились отдать мне курорт. Да, Ориан возражал. Но только после того, как я сама его выбрала. А в первоначальный перечень Семь Источников кто-то всё-таки внёс.

— Почему условие вообще появилось?

— Этого я не знаю.

— Кто его установил?

Мужчина помедлил.

— Подпись находится внизу.

Я опустила взгляд. Под основным текстом действительно стояли дата, печать и имя. Имя я уже видела сегодня. Не в документах. В зале. Хелвик Роан. Память услужливо показала мне мужчину у левой колонны: высокий, седоватый, с узким лицом и тяжёлым перстнем на руке. Он почти не говорил. Просто наблюдал. Особенно внимательно — когда я выбрала Семь Источников. Я снова перечитала дату. Двенадцать лет назад. Именно тогда курорт прекратил работу.

— Господин Роан присутствовал сегодня на церемонии?

Чиновник заметно напрягся.

— Да.

— Он сейчас внутри?

— Полагаю, да.

Я закрыла папку. Теперь неприятное ощущение в животе не имело никакого отношения к чужим воспоминаниям или разводу. Оно было полностью моим. За последние полчаса я успела решить, что выбрала из списка проблемную, но реальную собственность и тем самым хотя бы немного обезопасила себя в совершенно незнакомом мире. Оказалось, я получила имущество, которое кто-то двенадцать лет назад предусмотрительно подготовил к возвращению Совету при первой подходящей передаче.

И срок уже пошёл.

— С какого момента считаются тридцать дней?

— С регистрации права.

— То есть с сегодняшнего?

— Да.

Я посмотрела на двери ещё раз. Можно было вернуться. Потребовать объяснений. Устроить скандал. Попытаться отменить соглашение. Только сначала следовало понять, кому именно это будет выгодно. Если Семь Источников действительно были никому не нужны, зачем создавать условие их автоматического возврата? Если они были опасны, почему Совет хотел получить их себе? И если Хелвик Роан двенадцать лет назад лично подписал этот пункт, почему сегодня он молча наблюдал, как владение достаётся женщине, которую только что лишили фамилии одного из самых влиятельных домов?