— И всё?

— Вы хотите, чтобы я спорила?

— Обычно хотите вы.

— Иногда я умею распознавать разумное требование.

— Запомню дату.

Я взглянула на Брину.

— Семья из трёх человек. Нам нужно не просто три комнаты. Нужно принять их так, чтобы они не почувствовали себя испытателями строительной площадки.

— Восточное крыло готово.

— Для обычных первых гостей — да. Но если неизвестный специально выбрал Арвенов, возможно, он рассчитывает, что они сравнят место с тем, каким оно было раньше.

Брина задумалась.

— Госпожа Арвен бывала здесь.

— Когда?

— До закрытия. Лет пятнадцать назад. Кажется, ещё до замужества дочери... нет, дочь тогда была ребёнком.

— Она знает старый курорт.

— Да.

Это меняло задачу. Нельзя было притвориться, будто полуразрушенное здание является задуманной стилистикой. Человек, видевший Семь Источников в лучшие годы, сразу поймёт масштаб падения. Но можно было показать другое. Не восстановленное прошлое. Начало нового.

— Какие отдельные домики в лучшем состоянии? — спросила я.

Брина удивилась.

— Вы же решили их пока не трогать.

— Решила. Теперь обстоятельства изменились.

— Восточный гостевой дом.

— Мы его осматривали снаружи.

— Внутри две спальни, гостиная, небольшая столовая и отдельная терраса. Крыша цела. Но там двенадцать лет никто не жил.

— За один день привести в порядок можно?

— Если выгнать оттуда пыль, пауков и воспоминания о прежнем величии — возможно.

— Пауки переживут переселение.

Тейр покачал головой.

— Дом не входит в проверенную зону.

— Тогда добавьте.

— Сейчас?

— Утром.

— Вы ещё даже не знаете его состояния.

— Поэтому идём смотреть.

Брина посмотрела на окно.

— Ночь.

— У нас лампы.

— Вы точно никогда не управляли армией?

— Нет.

— Жаль. Генералам с вами было бы тяжело.

Мы вышли из конторы. Тейр пошёл с нами, хотя мог отказаться. Я не стала спрашивать почему. Восточный домик стоял немного выше главного корпуса, за группой старых сосен. Дорожка к нему почти исчезла под травой. Брина отперла дверь с третьей попытки. Внутри пахло закрытым помещением и старым деревом. Я подняла лампу. Гостиная оказалась небольшой, но очень уютной по пропорциям. Низкий камин, два окна, дверь на террасу. Мебель стояла под серыми чехлами. На стене висела потемневшая картина с видом тех же гор, только на ней нижние террасы были полны людей.

Тейр первым проверил пол.

— Держится.

— Очень романтичная характеристика.

— Вы хотели предварительную оценку.

В спальнях было лучше, чем я ожидала. Окна требовали чистки, один ставень — ремонта, обивка мебели давно потеряла цвет. Но крыша действительно была целой, стены сухими, камины без видимых повреждений. На террасе обнаружилось главное преимущество. Она выходила не на разрушенное левое крыло, а прямо в долину. Внизу пар поднимался над источниками, и из этого угла почти не было видно строительных проблем основного корпуса.

— Вот сюда, — сказала я.

Брина поняла первой.

— Арвенов?

— Да.

— Это отдельный дом.

— Именно поэтому.

Тейр провёл ладонью по перилам.

— Для официального допуска мне придётся утром проверить его полностью.

— Проверите.

— Если обнаружу проблему, он не войдёт в разрешение.

— Тогда переселим их в восточное крыло.

— Вы уже расселили людей, которые ещё не приехали.

— Человек должен знать запасной вариант до того, как первый перестанет работать.

Брина подняла край чехла с дивана. Под ним открылась тёмно-зелёная ткань.

— Это можно почистить.

Я осмотрелась.

— Не меняем мебель. Не пытаемся сделать новое. Открываем окна, убираем всё лишнее, чистим, проверяем камины и воду. На террасе поставим стол.

— А посуда? — спросила Брина.

— Вы говорили, что где-то сохранилась.

— С гербами Вальтов.

Я скривилась.

— Это последнее, что я хочу поставить перед первыми гостями.

— Есть ещё старая курортная.

— Где?

— Если не разбили.

Через двадцать минут мы стояли в дальнем складе. Брина открыла высокий шкаф, который я раньше приняла за часть стены. Внутри рядами стояли тарелки, чашки и блюда цвета тёплой слоновой кости. По краю шёл простой рисунок из семи тонких золотистых линий, сходившихся к маленькому кругу. Тот же мотив, что на камне Первого источника. Я взяла одну тарелку.

— Почему это не забрали?

— Никому не нужен был герб закрытого курорта.

— Это не герб.

— А что?

— Бренд.

Брина уставилась на меня.

— Что?

Я едва не выругалась на себя. Слово вырвалось из прежнего мира.

— Знак места, — исправилась я. — Не фамилия владельца. Гость видит его и запоминает Семь Источников, а не Вальтов.

— Раньше так и было.

— Значит, используем.

На соседней полке нашлись сложенные скатерти. Большая часть давно пожелтела, но несколько после стирки вполне можно было вернуть в приличный вид. На углу каждой был вышит тот же знак. Я провела пальцем по нитям. Кто бы ни разорял это место, когда-то его строили люди, понимавшие простую вещь: гостиница становится запоминающейся не из-за дорогой мебели. Гость запоминает ощущение цельности. Когда всё вокруг говорит ему, где он находится.

— Берём четыре лучшие, — сказала я.

— Четыре? — спросила Брина.

— Одна в домик, две в салон, одна запасная.

— Вы даже запасную скатерть планируете.

— Особенно запасную.

Тейр стоял у двери.

— Я всё больше понимаю, почему вам дали большой гостиничный комплекс в прежней жизни.

Я резко повернулась. Сердце сделало неприятный толчок. Он не мог знать. Конечно, он и не знал. Просто я слишком легко перенесла его фразу на собственную тайну.

— Что?

— Вы сказали в первый день, что раньше управляли большим хозяйством.

Нет. Такого я ему не говорила. Я внимательно посмотрела на него.

— Не помню, чтобы рассказывала.

Тейр на мгновение нахмурился.

— Брина упоминала, что вы действуете как опытный управляющий.

Брина подняла голову.

— Я такого не говорила.

Теперь замолчали все. Тейр первым понял, что ошибся.

— Тогда я сделал вывод.

— Очень конкретный.

— Вы задаёте вопросы, которые задаёт человек с опытом.

— И сразу решили, что у меня был гостиничный комплекс?

Я говорила спокойно, но внутри всё сжалось. Он отвёл взгляд на посуду.

— Не комплекс. Я сказал «большое хозяйство».

Он действительно сказал именно так. Остальное дорисовала моя тревога. Я медленно выдохнула.

— Простите. Последние дни сделали меня подозрительной.

— У вас есть причины.

Он не стал расспрашивать. И именно поэтому неловкость ушла быстрее.

— Значит, утром проверяете домик.

— Проверяю.

— А сегодня мы его готовим.

— Если люди ещё способны стоять.

— Людей отправим спать через час. Продолжим на рассвете.

Брина посмотрела на меня с одобрением.

— Вот теперь вы начинаете становиться разумной.

— Не привыкайте.

К полуночи мы успели открыть окна, снять чехлы и вынести всё явно испорченное. Остальное оставили до утра. Я легла поздно, но уснула почти сразу. Впервые мне не снился Ориан. Разбудил меня стук в дверь.

— Госпожа Тирс.

Голос Нисы. За окном только начинало светать.

— Входи.

Она появилась полностью одетая.

— Посыльный ещё в посёлке. Один из работников может съездить.

Я села.

— Отлично. Передай ему три вопроса. Кто принёс письмо в столичную почтовую контору, если это можно выяснить. В какой конторе его приняли. И было ли оно единственным письмом от моего имени.

— Единственным?

— Если кому-то пришло в голову приглашать гостей за меня, я хочу знать, скольким семьям он успел написать.

Ниса побледнела.

— Вы думаете, будут ещё?

— Надеюсь, нет.

Через час весь двор уже жил работой. Восточный домик изменялся удивительно быстро. Пыль исчезла с окон, и комнаты сразу стали светлее. Тёмно-зелёная мебель после чистки оказалась не старой, а скорее старомодной, что в этом месте работало в нашу пользу. На стол легла скатерть со знаком Семи Источников. На террасу вынесли два удобных кресла. Я отказалась от желания добавить больше.