Я оглядел комнату.

— Да примерно как в общаге, только там не было здоровенного кота.

— Кота? — переспросила Аня.

— Угу… Иезуит… Жирный такой котяра, мясистый…

В это время голова животного повернулась, и на меня уставились два медных глаза.

— Я, кстати, уже нашёл помещение, — добавил, сразу переходя к теме. — Завтра поеду смотреть. Только далеко находится, в Мытищах аж.

— Это тебе с Хамовников ехать далековато, — задумчиво заключила Аня. — Считай, до Медведково, а потом на автобус или маршрутку. Наверное, я тогда поеду с тобой.

— Это ещё зачем? Ты не забыла, что из нас двоих безработный — это я, а не ты? Тебе диссертацию писать надо.

— Ага… Чтобы ты в Мытищах один потерялся? Мне всё равно на днях надо будет заскочить к подружке, у которой мы жили, так что совмещу приятное с полезным.

Возразить оказалось сложно.

Мы ещё некоторое время говорили о будущем, о планах на диссертацию и каком-то сериале, который Аня советовала мне посмотреть. Иезуит, вдоволь наевшись, уснул, а после окончания звонка я сам не заметил, как закрыл ноутбук, положил голову на подушку и утонул в объятьях Морфея.

Проснулся я от звука открывающейся входной двери. Иезуит резко вскочил с кровати, а мне пришлось потратить несколько секунд для того, чтобы понять, где очутился. В комнате было ещё темно, а я каким-то чудом умудрился так и заснуть в джинсах и футболке. Причём даже забыл поставить будильник.

На телефоне горела цифра в шесть утра. Видимо, организм решил разом вернуть мне весь потерянный сон за прошедшие две недели, хоть и очевидно, что этого всё равно было мало.

Я выглянул из комнаты и увидел Илью. Мельников выглядел так, будто ночь провёл не в операционной, а кутил по ночным клубам Москвы. Куртка уже валялась на полу, рядом с ней грохнулся рюкзак, а сам нейрохирург, даже не разуваясь до конца, прислонился к стене.

— Доброе утро, — произнёс я, выглядывая из комнаты.

— Сейчас утро? — переспросил Илья, поглядывая на часы, а затем перевёл взгляд на Иезуита. — Ты кота кормил?

— Конечно, — уверенно ответил я.

— А чего же ты опять жрать просишь, а? Зверь ты пушистый, — Илья обратился к коту и устало потрепал его за ушами.

После душа жизнь стала намного лучше. Я окончательно проснулся, а Мельников, наоборот, постепенно начинал отключаться. Тем не менее, спать тот почему-то не пошёл и вместо этого заказал доставку завтрака.

Через пятнадцать минут, удивляя меня скоростью доставки, на кухонном столе появились блинчики, два огромных стакана кофе, сырники и какие-то фруктовые салаты.

— Ты всегда так завтракаешь? — спросил я.

— После ночной операции я могу завтракать хоть пельменями с шампанским, — лениво ответил Илья, делая глубокий глоток кофе.

— Кстати, ИП уже зарегистрировал, — как бы между делом сказал я.

Мельников сразу оживился.

— Уже?

— Ага. Документы подал, когда ещё отрабатывал две недели в Бауманке. За пять рабочих дней управились.

— И чем ты у нас теперь официально занимаешься? — хмыкнул Илья, закидывая в рот блинчик.

— Физкультурно-оздоровительной деятельностью. Плюс указал массажные услуги. В общем, всё максимально близко к тому, что умею делать, но без медицины.

Илья одобрительно кивнул.

— Вот это правильно. Поверь мне на слово, тех, кто без медицинской лицензии пытаются наживаться, гребут только так. Клиники в Москве растут как грибы, а настоящих врачей там не хватает, вот и берут кого попало. Палец от задницы можешь отличить — добро пожаловать. Так что не стоит того, Лёх. Ты, главное, запомни одно — пока у тебя нет медицинского диплома и соответствующих бумаг, ты никого не лечишь.

— Да я это и так знал, — произнёс, подцепив кончиком вилки один сырник.

— Знаю, что знал, — вновь кивнул Мельников. — Просто это надо проговорить вслух. Ты теперь сам себе помидор, братан, и кафедра больше не станет тебя отмазывать. За каждое неловко брошенное слово тебя могут подтянуть и приписать халатность или ещё хуже… Оказание услуг без лицензии. Поэтому никаких «я вас вылечу», или «у меня другие мысли насчёт вашего диагноза», или ещё какая-нибудь врачебная хрень. Работаешь с движением, мышцами, нагрузкой и восстановлением. Если видишь что-нибудь серьёзное — сразу отправляешь к врачу.

— У меня такое ощущение, что ты больше сам для себя это говоришь.

— Правильное ощущение. Потому что у меня уже есть для тебя первые клиенты.

Я чуть не поперхнулся горячим кофе.

— В каком это смысле?

— В самом что ни на есть прямом, — ответил Мельников, отодвигая еду в сторону. — Помнишь, я тебе рассказывал с какой целью пошёл на курсы? Так вот, я-то могу подождать окончания, а мои пациенты — нет. У меня есть пять-шесть человек из листа ожидания, и прежде, чем их резать, хотел бы, чтобы на них взглянул другой специалист, который и скажет, смогут ли они обойтись без моей помощи.

— Только вот я не тот спец, который тебе нужен.

Мельников улыбнулся.

— Массажист, да. Для них ты как раз именно таким и будешь, но мы оба понимаем, что это не так. Не переживай, они у меня чуть ли не с ладони едят и сделают всё, что я им скажу. Давно их веду, просто резать пока не хочется. Если скажу, что нужно перед операцией показаться другому спецу — они без лишних вопросов послушаются. Да и речь идёт не о немощных старушках, которые пенсию по копеечке собирают.

— А о ком? — спросил я.

— О тех, кто готов миллионы выложить за лечение и при этом не обеднеть. Богатые клиенты, Лёх… И не надо на меня так смотреть. С таких можно снимать полную сумму безо всяких угрызений совести. Ты из штанов выпрыгиваешь, чтобы им помочь, а те копейки, которые они платят, даже не серьёзно. Когда ко мне приходит обычный работяга с завода, я стараюсь ему помочь финансово. Могу оформить по страховке или найти льготный вариант, а с богатыми… Представь, что приехал к тебе человек, который, грубо говоря, заводы, не вставая с очка, продает и покупает. Что ему лишние пять тысяч, а? Так что с таких смело можешь брать десятку за сеанс и даже не заморачиваться.

Я даже перестал жевать и продолжал смотреть на Мельникова.

— Что? Добро пожаловать в частную практику, Смирнов. А ты что думал, будешь работать за двадцать тысяч в месяц? Только не подумай, что теперь так будет всегда. Богатые клиенты приходят исключительно по рекомендациям других спецов. Основной костяк у тебя будет не такой обеспеченный, так что сумму за час выбирай сам, исходя их своих моральных соображений. Только не забывай простой факт, что ты не мать итить её Тереза, и ты оказываешь профессиональные услуги, которые стоят денег. А в Москве они стоят ещё выше. Тут все деньги и уникальные услуги стоят дорого.

Илья допил кофе, потянулся и заразно зевнул.

— Ладно, а теперь я спать, так что даже не смей будить меня раньше обеда.

— Не буду, — улыбнулся, убирая посуду со стола. — Тем более, что сейчас поеду смотреть помещение под аренду.

Мельников впечатлённо поджал губы.

— А ты реально шустрый, Лёха… Видимо, действительно загорелся идеей. Ладно, потом расскажешь, что, где и как устроился. А сейчас мне реально надо выспаться.

Около полудня мы с Аней уже были на месте. Бизнес-центр «Содружество». По названию и аббревиатуре «БЦ» я почему-то ожидал увидеть стеклянную коробку и охрану в костюмах, но на деле «Содружество» оказалось обычным пятиэтажным зданием.

Над входом висела вывеска «Офисный центр», а по первому этажу тянулись таблички организаций.

— Ну, вот мы и на месте, — заявил я. — Как тебе?

Аня поправила шапку, машинально поздоровалась с проходящей мимо бабушкой и пожала плечами.

— Для приема клиентов вполне нормально, а вот президент вряд ли сюда заедет. Пойдём посмотрим, как там внутри.

Она взяла меня под руку, и мы прошли сквозь двери. На входе нас встретила стойка ресепшена и женщина, которой я утром звонил насчёт объявления. Она быстро вспомнила мою фамилию и тут же передала нас администратору — худощавому мужчине с огромной связкой ключей.