— Думаю, время для поздравлений ещё будет, — сказал я, хватая девушку за руку.

Аня опустила глаза и недоумевающе посмотрела на меня.

— Что, куда ты меня тащишь? — спросила она, особо не сопротивляясь.

— Наслаждайся, Воронцова, — уже в спину произнёс председатель. — И с наступающим праздником.

Когда она спешно со всеми попрощалась, и мы вышли из кабинета, Аня продолжала быстро перебирать ногами, пытаясь поспеть за мной.

— Лёша, да куда ты меня тянешь? — спросила она возле дверей на улицу.

— Это сюрприз, — ответил я и помог ей надеть пальто. — Скоро всё узнаешь.

На улице она ещё несколько раз пыталась выведать, куда мы идём, но я стойко держал оборону. В итоге пришлось поймать машину и назвать адрес водителю так тихо, чтобы Воронцова не услышала. Правда, она всё равно в этот момент, пытаясь не уронить букет, разговаривала по телефону с мамой и сказала, что заедет в ближайшее время.

Не заедет…

Водитель остановил машину возле небольшой гостинцы «Марко Поло Пресня», и тогда она всё поняла.

— Лёш… — обратилась ко мне Аня. — Это же дорого.

— Отказы не принимаются, — уверенно заявил, расплатился за проезд, а затем открыл дверь Ане.

На стойке регистрации всё оказалось подготовлено заранее. Я забрал ключ, и спустя несколько минут мы поднялись на седьмой этаж. Номер оказался даже лучше, чем на фотографиях. Большая кровать, широкое окно с видом на мартовскую Москву, светлая ванная, а на маленьком столике уже стояла ваза и заказанная ранее корзинка с фруктами.

Цветам же не суждено было оказаться в ней, по крайней мере, не сейчас. Аня швырнула букет в сторону, распахнула пальто и буквально набросилась на меня. Вместе с букетом прочь полетел и пиджак, рубашка, штаны, а затем и всё остальное. Я подхватил Аню двумя руками и забросил на кровать, ощущая теплоту её тела.

И время буквально полетело вскачь, словно на ускоренной перемотке.

Нам не было дело до разговоров, обсуждения научных докладов и прочего. На дворе всё ещё стоял день, но мы даже не заметили, как солнце постепенно начало заходить за горизонт. А когда окончательно стемнело, Аня лежала рядом, завернувшись в одеяло и пыталась отдышаться. Волосы давно выбились из причёски, макияж был частично стёрт, а от серьёзной девушки на докладе перед комиссией не осталось и следа.

— Теперь я есть хочу, — сказала она, полностью лишенная сил.

— Пельмешки с мазиком? — спросил я, за что сразу получил легкий шлепок по груди.

Я рассмеялся, потянулся за телефоном, и уже через десять минут мы лежали и пили шампанское, закусывая фруктами, пролистывая фотографии с защиты.

— Вот это ужасная, удали! А вот эту оставь, я на ней красивая.

Не успела Аня и охнуть, как я задрал одеяло, посмотрел на обнаженное тело девушки и улыбнулся.

— Так ты намного красивее.

— Боюсь, если бы я пришла в чём мать родила, — улыбнулась Аня, — мне бы кандидатскую степень не дали.

— Думаешь? Материал вполне мощный был, тем более, что построен он на моей работе, а вот профессор…

— Что профессор? — подняла голову Аня, закидывая в рот клубнику.

Я сделал глоток шампанского и поставил бокал на прикроватный столик.

— Да он на тебя всю защиту смотрел, как удав на кролика!

Аня вновь шлёпнула меня по груди, а потом с коротким «Подожди» выпрыгнула из постели и побежала через номер за собственным телефоном, лежавшем на полу в сумочке. Я проводил её взглядом и вновь поймал себя на мысли, что неплохо бы видеть её такой каждый день.

— Ну и чего ты пялишься? — улыбнулась она, развернувшись.

— Никогда ещё в жизни не видел кандидатов наук в подобном разрезе.

— Это ещё в каком? — игриво спросила Аня и прищурилась.

Я потянул вперёд, затянул девушку в кровать и приготовился к следующему заходу, как вдруг она посмотрела мне в глаза.

— Странно всё это.

— Ну хочешь, можем…

— Да я не про это! — внезапно омрачилась Аня и, положив меня на спину, уселась сверху. — Я столько лет шла к этой защите, а теперь она закончилась. И как будто завтра придётся проснуться и придумать новую цель для существования.

Довольно резкая смена настроения застала меня врасплох, но я всё же нашёл, что сказать.

— Ну, знаешь, одна из таких жирных причин смотрит сейчас на тебя.

Аня улыбнулась и подняла мою голову чуть выше.

— Может, хоть на мгновение будешь смотреть мне в глаза?

Я покачал головой.

— Да, извини, о чём ты там говорила?

Воронцова перелегла на бок и устроилась у меня на груди.

— Я серьёзно, Лёш… Помнишь наш разговор тогда в кафе? В Чебуречной. Наверное, я хочу продолжать тему студенческого здоровья. Не просто написать статью и забыть, а расширить выборку, подключить другие университеты и посмотреть, как меняются показатели за несколько лет.

— Доцент Воронцова? — задумчиво спросил я. — Звучит гордо.

Она толкнула меня плечом.

— А ты? Раз уж ты теперь частный предприниматель, а не физрук и не связан кафедрой. Чем ты хочешь заняться?

— Развивать практику. Набрать постоянных клиентов, может, потом помещение побольше снять, а если всё пойдёт в гору, рано или поздно открыть собственный центр.

— Центр спортивного и физического воспитания и реабилитации имени Смирнова?

— Слишком длинное название, — поморщился я.

— Смирновка? — хихикнула Аня.

— Так только если деревню называть или сорт водки, — хмыкнул в ответ. — Ничего, времени ещё достаточно подумать над названием.

Самое забавное, что раньше такие разговоры воспринимались исключительно как фантазии, а теперь… Теперь, когда Аня стала кандидатом наук, а я подходил всё ближе к собственному патенту о переподготовке, всё действительно могло стать реальностью. Аня будет вести научную работу, в то время как я смогу внедрять свою методику в реабилитацию и подготовку спортсменов, попутно расширяя бизнес.

И всё это меня наводило на одну и ту же мысль, что больше нельзя отступать назад!

— Эх, вот бы так каждый день, — прижавшись ко мне промурлыкала Аня.

— Как?

— Просыпаться вместе, заниматься любовью, своими делами, а вечером возвращаться к друг другу и…

— Снова занятия любовью? — хмыкнул я.

— Не смотреть постоянно на часы и не думать, кому куда ехать, — закончила Аня, прижимаясь ещё сильнее.

Я несколько секунд промолчал, а затем потянулся к телефону. Видимо, иногда нужно отбросить страхи и просто делать то, что нужно. Семьдесят пять тысяч в месяц? Плевать, найду клиентов, тем более знакомства ширятся, вон, даже Бугаев обещал ко мне направлять людей со спортзала. Потяну.

— Что ты делаешь? — вдруг спросила она, когда мне пришлось слегка приподняться.

— Исполняю мечты, — коротко ответил и открыл сохранённое объявление.

Аня посмотрела на экран и широко распахнула глаза от удивления.

— Ты серьёзно?

— А зачем оставлять всё на уровне мечтаний? — спросил я, показывая ей фотографии квартиры.

— Значит, ты и правда серьёзно.

— Я всё равно загостился у Мельникова, да и раз дела начинают идти в гору, пора бы уже обзавестись собственным жильём. Завтра восьмое число, а дальше выходные, так что можем утром поехать и посмотреть несколько вариантов. Обещаю, что позволю выбрать тебе.

Вдруг на лице Ани появилась совершенно другая улыбка, и девушка меня крепко поцеловала. И именно в этот момент для меня дошло, что ещё утром думал о том, где буду жить в будущем, но на деле оказалось, что речь шла о том, где будем жить мы.