Хулиан предложил Ричи устроиться к брату. Если он не хочет учиться, ему надо сосредоточиться на работе, овладевать ремеслом. Джозеф нашел младшему брату работу на полставки, но Ричарду она не понравилась, и, после того как он чуть не отрезал себе большой палец, он уволился.

Майк не хотел, чтобы его теща Ларсерда растила двух его сыновей, пока он находится в психиатрической больнице. Он ее никогда не любил, считая сумасшедшей. Она отвечала ему взаимностью.

Ларсерда была смелой и неистовой мексиканкой, ничего не боявшейся в этом мире. Она горячо верила в духов и силу Сатаны. Она часто ходила в Хуарес к черному магу, макоберо, – совершить обряды. Тяжело переживая убийство единственной дочери, Ларсерда поклялась бороться за опеку над внуками до последнего вздоха. Она ненавидела Майка и всю его семью со страстью, граничащей с безумием.

Хулиан не хотел с ней связываться, но Майк умолял его не дать Ларсерде заполучить сыновей. Как дядя и старший мужчина в семье, Хулиан был обязан вступить с Ларсердой в войну за опеку над мальчиками.

Когда Ларсерда поняла, что Хулиан собирается сражаться за ее внуков, она побежала к макоберо, умоляя наложить проклятие, самое сильное, на какое он только способен. За определенную плату он все совершил.

Ни для кого, включая Хулиана, не было секретом, что Ларсерда прибегала к черной магии, и это его тревожило. Возможно, из-за глубоко укоренившейся веры Хулиана в силу Сатаны и черной магии вскоре после конфликта с Ларсердой он действительно заболел. Вначале стал вялым и апатичным, не хотел ничего делать. Вскоре потерял аппетит и начал слабеть.

Надеясь, что это не проклятие, Мерседес отвезла Хулиана в больницу. Его внимательно обследовали, но ничего не обнаружили. Специалисты из Тусона и Альбукерке тоже ничего не нашли. Он просто лежал на больничной койке – не двигался, не разговаривал, не узнавал детей, когда те приходили его навестить. Какие бы разногласия Хулиана ни были с детьми, когда он заболел, они о них забыли и поддерживали отца как могли.

В конце концов врачи сказали, что просто не могут найти у Хулиана никаких физических отклонений. Мерседес решила вышибать клин клином. В больницу привезли священников, читали молитвы, окропляли святой водой, но Хулиану не полегчало.

После этого Мерседес поехала в Хуарес к другому известному макоберо.

«О силе этого человека ходили легенды. Люди приезжали к нему со всей Мексики, очередь к нему выстраивалась на много кварталов», – скажет впоследствии Джозеф. Мерседес рассказала ему всю историю, начиная с того, как Майк застрелил Джесси, и кончая загадочной болезнью Хулиана. Он внимательно выслушал, задал несколько вопросов, а затем сказал Мерседес, что было наложено проклятие.

В отличие от колдуна, к которому обратилась Ларсерда, этот макоберо был белым магом и всегда был рад вступить в битву с учениками Сатаны. «Когда они проявляют свою истинную сущность, – сказал он, – их необходимо победить».

Это был невысокий человек с пронзительным взглядом, казалось, видевший все сразу – прошлое, настоящее, будущее. Он согласился пойти в больничную палату Хулиана.

Войдя, он понял, что было наложено проклятие, и немедленно начал с ним бороться, призвав соответствующих духов, чтобы прогнать злые силы, умащивая голову и руки Хулиана различными желтыми маслами со сладким запахом. Через двадцать восемь минут он сказал Мерседес, что все готово, и ушел. Она пыталась дать ему деньги, но он их не взял.

Через час после ухода макоберо Хулиан встал как ни в чем не бывало. Три недели он не двигался и не произносил ни слова. Это было чудо. Он сказал, что голоден и хочет есть. Мерседес обрадовалась, заплакала и крепко обняла мужа.

Вскоре Хулиана выписали из больницы, он быстро набрал вес и сказал, что плохо помнит болезнь.

После этого Хулиан и Мерседес уверовали еще сильнее. Они своими глазами увидели победу сил добра над злом.

Хулиан больше не хотел связываться с Ларсердой. Она получила опеку над мальчиками. Ни один из них сегодня не помнит, как убили мать.

Ричард нашел работу в «Холидей Инн» – убирал, носил багаж и делал мелкий ремонт. Деньги платили неплохие, и было много женщин, на которых он мог смотреть. Он стал остро воспринимать женщин и секс, и часто мастурбировал, воображая виденных в отеле привлекательных женщин своими рабынями.

Первые проблемы в «Холидей Инн» возникли, когда он ехал в лифте отеля с двумя девочками-подростками. Он улыбнулся одной из них и сказал, что считает ее красивой. Она поблагодарила и сразу же пожаловалась родителям, что Ричард пристает. Родители пожаловались помощнику менеджера, тот рассказал об этом менеджеру, и Ричарда вызвали в его кабинет.

Ему сказали, что он не должен флиртовать с дочерями постояльцев, и предупредили, что уволят, если подобное повторится. Он пообещал, что повторения не будет. Менеджер заставил его извиниться перед родителями девочек, и инцидент был забыт.

Проработав в «Холидей Инн» три месяца, Ричард получил универсальный ключ от номеров отеля. По его словам, что ключ ему дал друг, который работал в отеле, но был уволен за опоздание и неявку.

Ричард стал возвращаться ночью в отель, чтобы подглядывать в окна. В отеле были занавески из плотной ткани, и часто можно было заглянуть в небольшой просвет. Ничего не подозревающие постояльцы понятия не имели, что он тут, – шпионит за ними, фантазирует о них. Он начал испытывать себя и, пользуясь универсальным ключом, все смелее входил в номера, пока постояльцы спали. Он понял, что именно это интереснее всего.

Сначала, прислушиваясь к окну, следовало убедиться, что постояльцы спят. Потом он открывал дверь, быстро входил, ложился на пол и ждал, чтобы никто не проснулся. Затем он полз по полу, как его учил Майк, и, подсвечивая фонариком, находил бумажники, деньги и часы.

Эти кражи озадачивали постояльцев, руководство отеля и полицию. Ричарда не подозревали: он был осторожен и совершал кражи не слишком часто. Он выжидал неделями, и никто не знал, что у него есть универсальный ключ.

Он часто видел, как красивые женщины раздеваются и вытираются полотенцем после душа. Его возбуждало, что они не знали о его присутствии. Но ему хотелось большего.

Он хотел, вожделел некоторых женщин, на которых смотрел через окно, и разработал план. В нужный момент войти в номер одинокой женщины, одолеть ее, завязать ей глаза, связать, а затем заставить ее воплотить все его желания.

Первой было под тридцать. Она была привлекательная, черноволосая и с большой грудью. Когда он заглянул в ее комнату, был час ночи. Она была в бюстгальтере, трусиках и расстегнутой ночной рубашке, и он подумал, что она готовилась ко сну. Он знал, что она одна, потому что мог видеть ванную комнату в одноместном номере.

Когда она вошла в ванную, он вставил ключ в замок, открыл дверь и вошел. Быстро, как кошка, на цыпочках он прошел через комнату и спрятался в открытом туалете. Элемент неожиданности был частью его плана. Когда она вышла из ванной, он схватил ее сзади, чтобы она не могла его видеть. Сначала он, как и планировал, зажал ей рот рукой. Затем он повалил ее на пол и заткнул ей рот ее же нижним бельем, предупредив, чтобы она не кричала и не смотрела на него.

Она повиновалась, зная, что в любой момент вернется ее муж. Он был большим, неистовым, ревнивым мексиканцем, и она знала, что он придет в ярость, когда увидит, что с ней делают. Он просто вышел поесть. «А что, если он не взял ключ», – подумала она в панике. А вдруг у этого человека, рвавшего ее нижнее белье, пистолет?

Ричард связал ее, снял с нее нижнее белье и пытался овладеть, но тут открылась дверь, и вошел муж.

Он пришел в ярость, бил Ричарда кулаками и ногами. Ричард пытался сопротивляться, но он весил всего 54 килограмма, а муж был толстым и похожим на быка. Он нокаутирующим ударом повалил Ричарда на пол и избил ногами. Развязал жену и позвонил администратору, а тот вызвал полицию. Ричард лежал без сознания и истекал кровью, его лицо страшно распухло. Глаза заплыли огромными синяками так, что его было почти невозможно узнать. После ареста, прежде чем отправить в тюрьму, его доставили в больницу, где лечили от сотрясения мозга и наложили тридцать швов, чтобы зашить рану во рту.