Вместе с тем договоренность с наполеоновской Францией предоставила России небольшую мирную передышку, позволив ей заняться своими экономическими проблемами. Осознание остроты финансового положения страны вынудило правительство предпринять определенные шаги в разрешении этой ситуации. Чтобы определить круг необходимых мер и способы решения экономических проблем, в 1809 году был создан специальный Финансовый комитет под руководством Александра I. В его состав вошли товарищ министра финансов Д. А. Гурьев, государственный казначей Б. Б. Кампенгаузен, товарищ министра юстиции М. М. Сперанский и начальник 4‑го отделения Комиссии составления законов М. А. Балугьянский. К его работе привлекался и терявший свое влияние при дворе министр финансов Ф. А. Голубцов, а также адмирал Н. С. Мордвинов. В результате работы комитета был составлен «План финансов на 1810 г.». Трудно определить степень участия в его разработке каждого члена комитета. Очевидно, ключевую роль в его составлении сыграли М. А. Балугьянский и М. М. Сперанский. По мнению многих исследователей, в основу «плана» были положены идеи Балугьянского, но доработаны и дополнены они были последним. Свою долю дополнений внесли Д. А. Гурьев и Н. С. Мордвинов. Авторы проекта определили не только меры срочного порядка, но и шаги, рассчитанные на более длительную перспективу568. Эти меры вытекали из понимания первопричины многих экономических бед в России. Которые, по разумению Балугьянского и Сперанского, возникли из‑за эмиссионной политики правительства, приведшей к падению курса бумажного рубля, и неоправданных расходов государства. Оба осознавали, что снижение покупательной способности ассигнаций не только сокращало реальные доходы населения страны и пагубно влияло на торгово-промышленную деятельность, но и существенно уменьшало реальные налоговые поступления в казну. Несомненным фактором ухудшения финансового положения страны, по их мнению, была и слабая фискальная политика в сочетании с низкой дисциплиной налогоплательщиков.

Г. А. Гиппиус. Портрет гр. Д. А. Гурьева. 1820‑е гг. © Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург. Фото: Н. Н. Антонова, П. С. Демидов, И. Е. Регентова, В. С. Теребинин, Л. Г. Хейфец

План Финансового комитета по оздоровлению российской экономики был достаточно обширен, рассматривал систему налогообложения в стране, бюджетную политику и денежное хозяйство. Авторы проекта предлагали сбалансировать доходную и расходную части государственного бюджета, сократив ряд затратных статей. В частности, планировалось существенно снизить содержание Министерства народного просвещения, уменьшить расходы на содержание государственного аппарата, урезать и без того незначительные траты на строительство дорог. Так, с 1804 по 1816 год расходы по Министерству народного просвещения сократились с 3200 тыс. руб. до 2500 тыс. руб. ассигнациями. Если же перевести расходы в серебряные рубли, то бюджет министерства был сокращен в 4,2 раза. Между тем содержание Министерства юстиции возросло с 2600 тыс. руб. до 3200 тыс. руб. ассигнациями. Однако с учетом падения курса бумажных денег бюджет этого министерства в серебре уменьшился в 2,5 раза569. Вместе с тем бюджетная реформа имела пусть и отложенное, но крайне важное значение. Ведь в прежние времена смета расходов и доходов составлялась крайне непрофессионально. По словам М. М. Сперанского:

Таким образом, намеченные перемены в деле составления росписи доходов и расходов постепенно приучили государственный аппарат к определенной бюджетной дисциплине, которая особенно проявилась с приходом в 1823 году Е. Ф. Канкрина.

«Проект финансов» был внесен для рассмотрения в Государственный совет 1 января 1810 года. После обсуждения его в новом законосовещательном органе России на подпись к императору был представлен ряд законодательных актов по экономической реформе. Большинство из них было подписано в 1810 году. Так, 2 февраля был одобрен Манифест «О мерах к уменьшению государственных долгов, о прекращении выпуска в оборот новых сумм ассигнациями и о возвышении некоторых податей и пошлин», 20 июня – Манифест «О новом устройстве монетной системы», 29 августа – закон «О новой серебряной и медной монетах»571. Лишь 9 апреля 1812 года Александр I утвердил Манифест «О введении повсеместного единообразного обращения государственных банковских ассигнаций»572.

Примечательно, что кроме различных мер упорядочения денежного хозяйства правительство считало важным укрепить и доверие общества к ассигнационному рублю. В этой связи в Манифесте «О мерах к уменьшению государственных долгов…» провозглашалась необходимость прекратить выпуск в оборот дополнительных бумажных знаков. Помимо этого, вся обращавшаяся денежная масса признавалась государственным долгом: «Все государственные банковские ассигнации, ныне обращающиеся, признаются, так как и всегда они были признаваемы государственным долгом, обеспеченным на всех богатствах империи»573.

По мнению разработчиков финансовой программы М. А. Балугьянского и М. М. Сперанского, для перехода к твердой валюте следовало учредить специальный «Государственный банк на серебре» с наделением его весьма обширными функциями. По существу, план Балугьянского–Сперанского ставил цель не только приподнять курс ассигнаций, но и возвысить их достоинство до нарицательной стоимости. Для авторов финансовой программы был очевиден вред неравноценного курса бумажного и серебряного рублей. Вместе с тем они допускали производство платежей по установленному курсу (лажу), что привело к укреплению в стране двойной валюты. Как отмечал Н. Х. Бунге, «Манифестом от 9 апреля (1812 года. – В. М.) ассигнациям возвращается значение счетной денежной единицы, но нисколько не отменяется единица монетная»574.