— Ты придурок, Симме… Как я могу? Ты же потрясающе талантливый и совершенно дикий — все, как я люблю. Сегодня хотелось бы просто уснуть рядом с тобой, без всяких судьбоносных решений. Кто знает, может, мне приснится твое обиталище в лесу?

— Или моя угрюмая рожа на твоей кухне в Седермальме, — напомнил он обо всех имеющихся вариантах. — Майя…

Хеллстрем встал-таки. Встал, чтобы обнять ее, пряча лицо в ее все еще влажных волосах, чувствуя, как она цепляется пальцами за его сильные руки. Не пытаясь освободиться, нет…

Пытаясь сделать это объятие еще крепче.

— Завтра. Все завтра… — едва слышно и ощутимо сонно сказала она. — Пойдем спать, ладно? Любимый…

— Ты охуевшая, Нордин… Но без единого шанса от меня отвязаться.

Молча сглотнув непривычно сладкое «любимая», Саймон Хеллстрем улыбнулся.

Впервые за слишком долгое время утро собиралось быть добрым по-настоящему.