В том, что место сражения будет обнаружено, у Александра не оставалось сомнений. Но то, что поисковая бригада собрала трупы, говорило о том, что они оставили его поиски на сегодня ради возвращения в лагерь. Ведь в прошлые разы они всегда преследовали его налегке, бросая павших товарищей. Самое страшное же в том, что теперь его противников стало пятнадцать вместо пяти, и все они знают о гибели своих товарищей. Следовательно, они должны быть готовы к решительной схватке и вряд ли будут расслабленными этой ночью.

Плюнуть на них и уйти? А далеко ли уйдёт голодный, усталый и испытывающий усталость солдат в форме НАТО? Особенно, если у него на хвосте сидят местные злые и мотивированные местью вояки…

Он с отчаянием осознавал, что у него осталось всего два пути: атаковать врагов или сразу закончить с этим перерождением, начав следующее. Причем, если он выберет первый вариант, то не факт, что он победит. Шансы на это ничтожны, но они всё же есть.

Вспомнив о том, с какой решимостью и улыбкой он шёл на гибель в тот день, когда его предал Давид, лицо Александра исказила надменная улыбка человека, который с гордым видом плюёт в лицо самой смерти. В этот момент он принял твёрдое решение идти только прямо напролом, несмотря ни на какие риски. Если ему суждено окончательно погибнуть на этот раз, то пусть лучше это произойдёт в смертельной схватке один против пятнадцати, чем он помрёт в муках, сдавшись обезумившим маньякам. Если же его снова ждёт перерождение, то какой смысл переживать об окончании этой жизни? Лучше воспринимать это как начало с сохранения в игре. Да, это неприятно, но лучше, чем если бы игра совсем завершилась.

Дождавшись ночи, Шульц начал подкрадываться к лагерю. Вот только на этот раз фактор неожиданности ему не очень-то помог. Враги были настороже, количество дежурных удвоили. Один из них заметил подозрительный шорох вблизи лагеря, после чего без раздумий и каких-либо предупреждений принялся палить на звук и пулемёта. И делал он это до тех пор, пока полностью не опустошил магазин на сотню патронов.

Несколько шальных пуль прошили тело немца, несмотря на то, что он скрывался в темноте и вжимался в землю. Крупнокалиберные патроны нанесли ему настолько серьёзные повреждения, что его сознание начало быстро угасать, а силы почти моментально его покинули.

«Настолько бездарно? — с печалью подумал он, сохраняя на лице искажённую насмешливую ухмылку. Только на этот раз он насмехался над самим собой, над своей глупостью, из-за которой он выбросил из головы жуткое прошлое и стал сугубо гражданским человеком. — Мне не нравится эта игра — давайте заново…»

Снова в уши Александра начался ввинчиваться звук турбин самолёта. Резко распахнув глаза, он уставился на Давида. От такого бывший друг сразу же снял с головы наушники.

— Что случилось, бро? — с недоумением разглядывал он Александра. — У тебя какой-то странный вид.

— Одолжи плеер, — Шульц подхватил плеер, который в этот момент выскользнул из руки Давида. Затем, засовывая в карман трофей, он стянул с головы соседа наушники. — Давид, молчи. У меня секретная миссия. По приказу командования я должен немедленно выпрыгнуть с парашютом и провести разведку. Быстро помоги мне собрать припасы: гранаты, магазины с патронами, бинокль, воду и сапёрную лопату. Никаких вопросов — нет времени!

На этот раз ситуация в глазах Шульца выглядела абсурдной. Его речь прозвучала настолько уверено, что Давид лишь немного посомневался в том, что сказанное правда. После же он лично стал помогать «другу» собрать припасы. Поэтому на этот раз Алексу удалось облачиться в разгрузку со всем необходимым до того, как самолёт подбили. К парашюту он добрался быстрее, чем в прошлый раз. Затянул ремни туже. И с открытием люка справился более споро. Так что ему удалось выпрыгнуть из самолёта до того, как тот ушёл в крутое пике.

На этот раз он распахнул купол на большой высоте и мог управлять парением. Видел нужный холм с природным окопом и направлял парашют к нему. Он почти до него добрался — оставалось пройти немного.

Замаскировав парашют, он отправился оборудовать позиции для стрельбы и минировать территорию. На это раз он делал это намного лучше, как будто вспомнил о предыдущих схватках больше подробностей. На самом деле так и было. Сильный стресс быстро прочистил ему мозги и помог мобилизовать все доступные ресурсы.

На этот раз сражение больше походило на избиение младенцев. Алекс будто знал каждый следующий шаг своих врагов, поэтому уничтожал их безжалостно и с минимальной порчей ресурсов. После первой схватки ему в руки попали пикап со всем содержимым и все ценности противников.

Затем он устроил образцовую засаду на втором месте с двумя земляными наплывами. Минирование в нужных местах, позиция для стрельбы на возвышенности. Дальше всё прошло как по писаному сценарию. Часть врагов выбило взрывами. Оставшуюся часть он выкосил пулемётом. Затем завладел всем ценным имуществом и наиболее целым пикапом, и отправился в лагерь.

Оставшуюся пятерку ждала безжалостная расправа по уже отработанной схеме: быстро и неожиданно въехать на территорию лагеря, закидать врагов гранатами и изрешетить из Калаша.

Забрав все трофеи, он отправился в путь в Эфиопию. А дальше по накатанной: купить гражданскую одежду, продать трофеи дикарям за алмазы, добраться до Аддис-Абебы, купить фальшивый паспорт, сдыхать алмазы… А вот дальше он сломал шаблон. Вместо того чтобы улететь в Нидерланды, он сразу полетел в Барселону. В Испании он прожил почти четырнадцать лет в сознательном возрасте. Он знал этот город лучше, чем родной Берн.

Второй раз проходить квест знакомства с Милоной ради получения возможности купить пакет документов он считал невыносимой мукой. А иного способа втереться в доверие к сербской мафии он не знал. Лучше было начать путь иначе в знакомой обстановке.

В Барселоне, спрятав деньги и уничтожив фальшивый паспорт, он изобразил из себя жертву нападения бандитов. Пошатываясь, с окровавленной головой, он вышел из подозрительной подворотни и рухнул к ногам прохожей молодой барышни. К ней он особо не приглядывался, лишь понадеялся на то, что у девушки пробудиться сострадание и она вызовет скорую. После этого он некоторое время лежал, притворяясь, будто находится без сознания.

Прохожая запаниковала и поспешно сбежала, цокая каблуками.

Когда шум каблуков стих, Алекс недовольно цыкнул.

«Сбежала! — с досадой подумал он. — Неужели моя актёрская игра настолько хороша? Придётся искать кого-то другого».

Но он ошибся, поскольку та же девушка вскоре вернулась.

— Молодой человек, — склонилась она над ним, начав поливать его лицо водой из бутылочки. — Что с вами? Я уже позвонила в сто двенадцать.

Алекс приоткрыл глаза и, изображая недоумение, тихо спросил хриплым голосом:

— Кто ты? Где я? Кто я?

— Ох! — девушка была красивой, брюнетка лет двадцати со слегка смуглой кожей. — Ты что, потерял память? Как тебя зовут?

— Зовут? — изобразил он задумчивость. — Не знаю…

— Мама Мия! — эмоционально заломила руки брюнетка. — Я что, попала в сериал про богатого наследника с амнезией? Я заберу тебя домой, мы будем счастливо жить следующие три-пять лет, потом к тебе внезапно вернётся память. Выяснится, что ты богач. Ты бросишь меня и вернёшься к своей богатой и беззаботной жизни.

— Эм… — Алекс не ожидал такого эмоционального напора со стороны той, кто всего лишь должна была по его плану вызвать медиков. — Я не против оказаться богачом, но, к сожалению, я ничего не помню.

«Боже мой! — ему хотелось закатить глаза к небу, размышляя про себя. — Ты слишком много фантазируешь. Сериалов что ли пересмотрела? Какой к чёрту богатый наследник? Я что, похож на богача в дешёвых китайских шмотках, купленных в африканской глуши? У тебя вообще глаза есть? Ты ими умеешь смотреть?»

— Ты не помнишь своего имени? — продолжила девушка с лёгкой паникой на лице. — Точно?

— Девушка, я уже об этом говорил, — он посмотрел на неё как на дуру, у которой память, словно у аквариумной рыбки.