Народ тут же потерял интерес к тому, чтобы пытаться что-то предпринять. Они лишь с недоумением наблюдали за тем, как Александр поспешно распихивал по карманам своей разгрузки магазины с патронами и гранатами. Затем он схватил бинокль, сапёрную лопату и фляжку сержанта с «золотым запасом» спирта.

Парашют он натягивал на себя уже после взрыва, но народ всё ещё только наблюдал за ним и не думал задерживать.

Выпрыгнул из распахнутого десантного люка Шульц уже в тот самый момент, когда самолёт ушёл в крутое пике. Лишь чудом его не зашибло корпусом летательного аппарата и удалось от него отдалиться. Затем он ощутил давно забытое чувство, когда ремни парашюта больно впиваются в тело, а весь груз пытается от него отлететь. Он так давно не прыгал с парашютом, что забыл, как его следует крепить, особенно в столь экстремальных условиях. Поэтому затянул ремни недостаточно плотно и получил ушибы, которые вскоре превратятся в синяки, если он до этого момента успеет дожить.

Он приземлился непонятно где. О том, в какой стороне расположен холм, который его не раз выручал, он забыл. А его падение было настолько быстрым и хаотичным, что с высоты он не успел толком оглядеться и сориентироваться на местности. Он стоял с отбитыми ногами и с растерянным видом, не зная, куда дальше двигаться.

— Чёрт! Ну почему всё так сложно? Раньше я знал, где этот сраный холм, в какой стороне Эфиопия и как туда проехать, минуя блокпост. Теперь же я всё это начисто забыл, как и навыки ведения войны. Я так давно не стрелял, что даже не уверен в том, что смогу сегодня выжить…

Человеку сложно даже ориентироваться в городе, в котором он был проездом полтора десятилетий назад. А уж когда речь заходит об условно дикой местности, тут и вовсе всё становится сложней. Память подводила парня. Он пытался припомнить, куда идти, но воспоминания играли с ним злую шутку. Вместо нужного маршрута они подкидывали ему мысли о том, что он в этом месяце не заплатил за коммуналку, а это значит, что Лейле с детьми придётся несладко. Без его доходов они могли рассчитывать лишь на пособие.

Он тут же переключился с выживания на обдумывание того, как происходит его перерождение. Фантастика не была чужда ему — он любил читать книги в свободное время. С появлением смартфона он делал это часто во время ожидания очередного заказа. А как иначе? В машине можно было убить время всего несколькими способами: слушать музыку, смотреть ролики на тутубе и читать книги или залипать в интернете. Он использовал все их, чередуя в зависимости от настроения.

Если мир после его гибели продолжает своё существование, то это нормально. Тогда его жена и дети продолжат жить. Но в таком случае он должен каждый раз перерождаться в новом мире. Звучит безумно, но…

Если же мир перезапускается после его смерти, то всё очень печально. Тогда получается, что вместе с ним гибнет целая вселенная с миллиардами людей и ещё большим количеством иных форм жизни, включая неизведанные инопланетные.

Алексу хотелось надеятся, что его смерть с перерождением в прошлом всё же не запускает уничтожение вселенной. Но если первый вариант реальный, то это жутко.

Ему сразу же вспомнился ролик с тутуба про машину времени. Парень знакомится с девушкой, и каждый раз, когда знакомство неудачное, он запускает машину времени и откатывается в прошлое. Он так делает множество раз, пока не находит идеальный способ подката. А потом демонстрируют, что происходило позже после его перемещения во времени. Множество одинаковых девушек в параллельных вселенных, время в которых продолжало идти своим чередом, становились свидетельницами того, как парень, который, получив отказ от знакомства, умирал после того, как нажимал на кнопку на каком-то устройстве. Эти девушки испытывали жуткий шок от такого.

— Интересно, если это так работает, — ему показалось, что он нащупал нужный маршрут и отправился в путь, — то скольких людей шокировало моё перерождение?

Нужный холм был найден, вот только Алекс не мог припомнить точные маршруты, по которым двигался пикап эритрейских вояк. Навыки установки растяжек он тоже растерял. И всё же, чтобы перестраховаться наверняка, он установил растяжек по максимуму во всех предполагаемых местах проезда транспорта. На это он потратил почти все гранаты и всю проволоку. Он считал, что лучше потом всё разминировать, чем проколоться.

В своих навыках стрельбы он был не уверен. В последний раз он держал в руках оружие четырнадцать лет назад. С тех пор он вёл мирную жизнь, дистанцировавшись от всего убойного. Как показала практика — зря.

Тут же он провёл параллель с бессмертными из киновселенной «Горца». Ради выживания бессмертным постоянно приходилось сражаться друг с другом на мечах. Из-за этого им беспрерывно приходилось упражняться в фехтовании. Были среди бессмертных и такие, которые хотели отойти от этих постоянных битв и начинали вести мирный образ жизни. Но стоило появиться рядом с ними мерзавцу, которому было насрать на их планы, как их жизни обрывались. Там даже был персонаж, который пять тысяч лет назад был одним из самых крутых бойцов — грозой всех бессмертных. Но всего лишь сотня лет мирной жизни привела к тому, что он сливал бои малолеткам лет по двести-четыреста, которые не забрасывали фехтования.

Говорят, что стрелять из огнестрельного оружие, как езда на велосипеде — если один раз научился — больше никогда не разучишься. Вот только многие забывают о том, что если сесть на велосипед после долгого пропуска, то вначале будешь чувствовать себя на нём неуверенно и первое время станешь заново привыкать к поездкам. Так же и с оружием. Руки-то Шульца помнили о том, как перезарядить оружие, как его разобрать и почистить, в какую сторону направлять ствол. Но даже всё это он делал неуверенно, как человек, который выгнал свой старый велик из сарая спустя четырнадцать лет.

Немец успел оборудовать всего одну стрелковую позицию к тому моменту, как вдалеке показалось пылевое облачко. Он гадал о том, нормально ли это? Это он виноват в том, что слишком долго искал этот холм и устанавливал растяжки? Или же это виноваты его противники, которые отчего-то на этот раз его нашли быстрее? Или же вся причина в том, что на этот раз он не прихватил аудиоплеер Давида?

Пикап начал взбираться на его холм. Пот крупными градинами выступил на лбу Александра. Его пальцы нервно стискивали цевьё винтовки, а нервы были напряжены до предела. Он давно позабыл это чувство, когда по венам будто бежит чистый адреналин. Кровь стучала набатом в висках.

Автомобиль миновал первую растяжку, проехав вдалеке от неё. Потом метрах в пятидесяти проехал мимо второй ловушки. Напряжение Алекса стало запредельным. И вот, третья ловушка. Наконец, ожидания немца были вознаграждены — раздался громкий слаженный взрыв сразу четырёх гранат. Одна из них подорвалась прямо под днищем пикапа, и её осколки повредили топливный бак. Солярка с неохотой загорелась сначала под днищем тачки, которая резко затормозила. Затем огонь охватил весь автомобиль.

Пулемётчика выкинуло за борт во время взрыва. Он больше не поднялся, поскольку от других гранат в падении в него прилетел осколок.

В следующее мгновение из салона выскочили трое паникующих темнокожих солдат.

Тут же Александр открыл по ним огонь короткими очередями. Он безбожно палил в молоко, но всё же один из врагов упал замертво. Остальные двое тоже попадали на землю, но сделали они это для того, чтобы укрыться от стрельбы.

С одной стороны Алекс радовался тому, что у него осталось всего два противника. С другой стороны он был опечален потерей пикапа. Тот горел подобно факелу и не думал прекращать пылать. К тому же, два противника — это ровно на пару больше, чем Шульцу хотелось бы видеть.

Посетовав на то, что у его винтовки магазины всего на двадцать патронов, он как мог быстро сменил магазин. А мог он хуже, чем раньше. К тому моменту, как он загнал магазин на место, его позицию накрыли огнём в два ствола враги.

— Да что б вас черти в аду драли! — скатился он с канаву-окоп.