Поморщилась, стараясь не смотреть в ту сторону, где все еще сидел с кем-то из местных мой самый выгодный гость. Незнакомец окинул быстрым взглядом зал, но я уже оказалась рядом.

— Добро пожаловать в «Две котлеты». Снимайте плащ и выбирайте любое из свободных мест. Если желаете остаться на ночь, у меня как раз осталась свободная комната и я буду рада…

— Мне нужен постоялец, — перебил он, практически не взглянув на меня, зато не выпуская из виду звонко хохатавшую над шуткой кузнеца Ташу.

— У меня несколько постояльцев, — ответила я ровно, хотя уже будто бы и так точно знала, о ком он говорит. — Как его зовут?

Мужчина чуть помедлил.

— Остановился здесь примерно три недели назад. Высокий, темные волосы. Каэль. Возможно, назвался кратким именем.

Значит, это настоящее имя. Что-то внутри чуть сдвинулось, я не поняла хорошо это или плохо.

— Второй столик от окна, — сказала я ровно и, твердо решив не интересоваться, какие дела связывают Каэля и незнакомца, отправилась к так своевременно затребовавшему новую порцию медовухи Пирку.

Я не собиралась подслушивать. Более того, я действительно не заметила как Каэль и искавший его мужчина поднялись в комнату. Но один из гостей, поднимаясь, сбил со стола недопитый кувшин эля и тот весьма неудачно разлился прямо на меня, забирающей с их стола пустую посуду. Я торопилась сменить платье и уже успела открыть дверь в собственную спальню, когда услышанное заставило меня замереть.

— Ваше Высочество.

Голос гостя был тихим и совершенно обыденным — так говорят люди, для которых эти слова привычны и даже не внушают особого страха. Я вздрогнула и уставилась на дверь за своей спиной, будто из-за нее на меня мог выпрыгнуть какой-то монстр.

— Его Величество ожидает доклада, в письме все интересующие его вопросы, — продолжал все тот же голос, приглушенный дубовой дверью.

Я не дышала. Они говорили так свободно, будто это была самая обычная вещь — принц в захудалой таверне, в отдаленной деревушке. Будто бы их совершенно не заботило, что кто-то может услышать беседу. Я почувствовала как пересохло горло, но будто бы приросла к доскам пола.

— Когда ты выезжаешь обратно? — раздался голос Каэля.

— Завтра на рассвете.

— Хорошо. — Я услышала как он двигает что-то из мебели. Стул, полагаю. — Подожди внизу. Дай мне час. Я передам доклад и подготовлю инструкции для моих людей. Передашь лично.

— Понял.

— И скажешь Императору, что я вернусь, когда закончу со всем лично.

Я запаниковала и успела все же юркнуть в собственную комнату и беззвучно прикрыть за собой дверь за секунду до того, как дверь напротив распахнулась.

Прежде чем сменить платье и вернуться в зал, я несколько минут стояла прислонившись к дереву и пытаясь унять накатывающие на меня эмоции.

Когда я все же спустилась, то попросила Ташу присмотреть за гостями, а сама сбежала на кухню, избегая чьих-либо взглядов. Мне было необходимо подумать.

Чистила горшки. Перебирала запасы. Невольно слушала доносящуюся из зала даже через прикрытую дверь историю о том, как чья-то бабка однажды напугала до полусмерти имперского чиновника, который пытался обложить повышенным налогом ее свиней. История была длинной и явно приукрашенной, но даже я, погруженная в собственные переживания, не сдержала улыбки в нескольких местах.

Посыльный ушел с наступлением темноты.

Я видела, как Каэль вернулся в зал и в этот раз не стесняясь смотрела на переданное им письмо. Запечатанное сургучевой печатью с оттиском двух распахнутых крыльев. Я всматривалась так пристально, что даже немного заныло в висках и лишь поэтому я с досадой отвернулась.

Приезжий после этого быстро расплатился со мной, оставив даже больше, чем обошелся ему заказ, а я и не стала спорить. Не из жадности, а исключительно не найдя в себя сил начинать этот разговор. Очевидно это серебро было для него не последним.

Каэль же вернулся на свое прежнее место в зале. Все, кто составлял ему компанию ранее уже разошлись, потому мужчина взял книгу. Я вновь с раздражением отметила, что даже несмотря на его частые отлучки именно такое зрелище — устроившийся в уединении с книгой Каэль — успело стать для меня привычным.

Я вытирала стойку и смотрела на него между делом. Один раз. Второй. На третий поняла, что уже не вытираю, а просто стою и смотрю, сжав полотенце в кулаке так, что побелели костяшки.

Вэрра меня предупреждала.

Не о принцах, нет. О мужчинах, которые смотрят слишком внимательно. Которые задают вопросы. Которые оказываются рядом именно тогда, когда нужна помощь.

«С такими, Виолетта, всегда что-то не так».

Я положила полотенце и устало потерла пальцами переносицу, прикрыв глаза. Хмуро проследила за тем, как русалка выпроваживает последних из засидевшихся гостей, а постояльцы один за другим отправляются в снятые комнаты. Все, кроме Каэля.

Определенно чувствуя мое настроение, Таша быстро сообщила, что сегодня намерена провести ночь в реке. Я лишь рассеянно кивнула, домывая последние из кружек и надеясь, что когда закончу зал будет абсолютно пуст. Мне одновременно ужасно хотелось задать все терзавшие меня весь день и вечер вопросы, а с другой стороны я подозревала, что затевать этот разговор будет отвратительной идеей.

Каэль все же сидел на своем месте, перелистывая страницу как раз в тот момент, когда я вышла из кухни. Будем считать это знаком местных богов.

— Добрый вечер, — сказала я, как надеялась без всяких эмоций, подойдя к единственному занятому столу.

Мужчина поднял взгляд от книги. Что-то в его лице изменилось — едва заметно, я не смогла до конца разобрать эмоцию и это разозлило еще сильнее, укрепляя мою решимость.

— Виолетта.

— Я хочу спросить вас кое-что, — произнесла я и, не дожидаясь приглашения, села напротив. Прямо, руки сложила на столешнице. — И хочу, чтобы вы ответили честно.

Он медленно закрыл книгу, не отводя взгляда.

— Хорошо.

— Ваш гость сегодня вечером. — Я не смотрела в сторону двери, куда ушел гонец. Смотрела только на него. — Он называл вас «Ваше Высочество». Я слышала.

Каэль не отвел взгляда, но мои слова все же что-то задели в нем. В этот раз я смотрела пристально и совершенно точно была уверена, что на несколько мгновений его зрачок вытянулся, став вертикальным.

— Слышала? — спросил он.

— Я шла переодеться. Гость разлил на меня эль. Вы говорили не слишком тихо.

Что-то в его лице снова дрогнуло — не усмешка, но похожее. Каэль быстро вернул себе спокойствие и слегка кивнул.

— Понятно, — сказал он, будто бы принимая мой ответ как оправдание.

— Мне — нет, — отрезала я. Голос прозвучал звонче, чем я ожидала. — Мне совершенно ничего не понятно. Вы живете здесь уже почти месяц, пачкаете руки на кухне, чините мне крышу. Вчера вы... — я не закончила, мотнув голову так сильно, что одна из прядей упала на лицо. — А сегодня приезжает человек и называет вас принцем так, будто это само собой разумеющееся. И вы ему что-то передаете. Инструкциивашим людям . — Я смотрела на него прямо. — Кто вы?

Каэль опустил взгляд на стол. Провел большим пальцем по краю закрытой книги — медленно, как человек, который не тянет время, а просто думает.

— Это не простой вопрос, — сказал он наконец.

— Времени у меня достаточно.

— Виолетта…

— Не надо говорить мое имя вот так, будто я капризный ребенок, — перебила я, поморщившись. Тихо, но твердо. — Я слышала это от бывшего мужа каждый раз, когда он не хотел отвечать. Я не нуждаюсь в том, чтобы меня успокаивали. Мне нужна лишь честность.

Что-то изменилось в его лице. Что-то задело его в моих словах практически так же, как когда я сказала, что слышала его разговор с человеком императора. Упомянутый бывший муж или сама интонация, — не знаю.

Он смотрел на меня долго. Без напускной вежливости, за которой прятался в первые дни, и без той осторожной заботы, что появилась потом. Просто смотрел — как смотрят, когда понимают, что отступать уже поздно.