Уже отчаявшись было найти что-то подходящее, я наткнулся на предложение, от которого было трудно отказаться: аж двадцать девять одинаковых дроидов от одного производителя, с тройным комплектом расходников и запчастей. И всё это великолепие за какие-то смешные сорок пять тысяч кредитов. Правда, был и минус: великолепие находилось в состоянии почти металлолома. Ну, то есть худо-бедно работали все двадцать девять машинок, но исключительно, как инвалидная команда.

Сильно не задумываясь, забронировал товар и вышел в реал, дабы узнать об успехах инвентаризации. И не зря. Имея полтора собственных ремонтных дроида, мы бы до китайской пасхи провозились с ремонтом. Заодно наш турецкий знаток напомнил, что без нужной базы я даже китайскую пасху скорее дождусь, чем дроидов починю.

Так что пришлось снова, приняв дебильное выражение морды лица, погружаться в цифровой рынок, разыскивая пару нужных баз — себе и Сергею, и доукомплектовывать железную гвардию ремонтного цеха.

Вынырнув из виртуала, обнаружил, что все, кроме лежащего в медкапсуле профессора, сидят вокруг и смотрят на меня, как суслики на удава.

— Чё? — осведомился я немного хрипловато.

— Нат… э-э-э, Глеб, мы там всё уро… в смысле — посчитали. — выговорил Эдик, тщательно напрягая лицевые мускулы с целью придания своему таблоиду формы кирпича.

— Вообще всё посчитали, Глеб. — вторил ему Санчо, после чего оба заржали аки кони гусарские.

Так, понятно, эти уже спелись. Что, в общем-то неплохо. Серж тоже улыбается, что тоже хорошо. Фуркан, как обычно, в роли мудрой совы, которая уже без подсказок догадывается, что это снова загадочный русский юмор. Ну и я тоже поулыбался. Чего бы не поулыбаться в хорошей компании.

Отсмеявшись, капитан всё-таки собрался с силами и начал доклад.

— В общем так: у нас есть один десантный бот в состоянии средней паршивости, то есть вам бы, техникам, поработать с ним как следует, чтобы сюрпризов неприятных не случилось. Бот старый, но зато крепкий и очень вместительный, стадо слонов утрамбовать можно.

Восемь двухместных разносортных челноков, видно, что с миру по нитке набирали, но все оборудованы манипуляторами, гравизахватами и прочими хваталками. Рабочих из них ровно половина, а с ремонтопригодностью остальных — сами разбирайтесь.

Три полностью рабочих боевых дроида с лазерным и плазменным вооружением. Внушительные такие каракатицы, мне понравились. Полно пехотной снаряги и вооружения, от монструозных рельсотронов до дамских пукалок, правда, сплошное старьё и не факт, что всё в рабочем состоянии. Нам тут просто негде было проверять.

В одном из отсеков трюма, похоже, тупо свалка. Забит горами хлама буквально под потолок. Мы туда даже заходить побоялись — завалит ещё, и с концами.

Ну и один отсек, ты в курсе. Сам нас оттуда вытаскивал. Пятьдесят криогенных капсул, из них пять пустых. У меня всё.

Канюк договорил и посмотрел на Фуркана. Тот кивнул и подхватил эстафету.

— Про ремонтных дроидов ты уже знаешь. Ни запчастей, ни расходки к ним нет вообще. Я полгода кэпу… Эдуард, не смотри на меня так странно — бывшему кэпу говорил, что и последнему скоро хана, а он… В общем, надо покупать.

На бот и челноки всё необходимое есть, но не в полной мере. На один-два вылета должно хватить, а дальше, надеюсь, уже заработаем.

В трюме много грузовых контейнеров, но состояние в среднем плохое и никакой однотипности. Можно оставить на запчасти, продать или выбросить. Много на них не заработаешь, а на рудный промысел с ними лететь — дольше с сортировкой провозимся.

Пищевых картриджей у нас примерно на месяц для шести человек. Но если задержимся или станем пополнять команду, то надо ещё. А вот медицинский остался всего один. Если бы ты инвентаризацию не объявил, то мы рисковали остаться без медицины посреди космоса. Про остальное медицинское хозяйство у профессора спросишь, когда из капсулы вылезет.

Имеем шесть пустотных скафандров, точнее пять, один — полный хлам и один — ремонтопригоден, ну и один десантный бронескаф ты знаешь чей. Мы его тогда не отмыли, так что он пованивает, в остальном без нареканий. Обычных комбинезонов, в которых мы все сейчас ходим, не меньше сотни.

Кстати, Глеб, шахтёрских баз у нас нет ни одной, а нужны и по разработке, и по дроидам, и по минералогии, может и ещё что-то, но я не нашёл в местной сети. — турок договорил и качнул в мою сторону открытой ладонью, вроде как передавая эстафету.

— Молоды, ребята, хорошо поработали! — похвалил я команду. — Я тоже не балду пинал, поэтому у нас уже почти в кармане основная масса того, что обсуждали ранее. Осталось отовариться по результатам вашей проверки и мы, надеюсь, готовы к первой экспедиции.

В этот момент капитан встрепенулся и сообщил, что начали прибывать курьеры с мелкими покупками, а из медотсека вернулся выспавшийся Иван Иваныч, после чего началась всеобщая суета.

До конца оплаченных суток мы уложились едва-едва, после чего отчалили, расчехлив бот, и начали с его помощью забирать забронированные крупногабаритные товары из разбросанных по периметру станции складов и ангаров. Загрузку контейнеров оставили на десерт, как самое габаритное, за которым пришлось гнать сам корабль.

По огромному ангару шныряли многочисленные грузовые дроиды от многоногой мелочи до колёсных гигантов. А нас встречал человек. В пустотном скафандре без шлема, с планшетом в руках, черноволосый и с раскосыми глазами крепыш, фигурой напоминающий борца.

— О, смотри, монгол! — по-русски воскликнул Серёга, пихнув меня локтем в бок.

— Сам ты монгол, я алтаец. — на чистейшем русском ответил встречающий.

— С Горного? — ляпнул я от удивления первое, что пришло в голову.

— С Турочака. — поправил меня алтаец, улыбаясь.

— А мы с Барнаула. — так же растягиваюсь в лыбе.

— Земе-еля! — раненым вепрем взревел мужик на весь ангар, аж с верхних стеллажей посыпалось что-то мелкое и вроде даже матерящееся, и полез обниматься.

— Задавишь, медведь… — просипел покрасневший Серж, безуспешно пытающийся извернуться так, чтобы вдохнуть.

— Угадал, брат, — счастливо проревел борец, теперь уже почти без сомнений, — Абагай, так меня зовут, по-русски как раз — медведь. Ну или Михаил, Миша, чтоб вам привычнее. Кергилов. Вы как здесь? Давно? Как на Землю вернуться знаете?

— Я Глеб, Это Сергей, — не без опасений протянул ему руку для закрепления знакомства, сдавленные в тисках плечи ещё покалывало, — ещё недели не прошло, как из криокапсул вылезли. Про путь домой пока не в курсе, но мы работаем в этом направлении. Ты-то сам давно тут?

Михаил открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент сразу с двух сторон загрохотало, приближаясь, целое стадо чего-то, судя по звукам, крупного копытного. Через пару секунд на площадку перед шлюзом вывалилась группа, ну, скажем, разумных. На восьмерых условно обычных, не считая экстравагантной внешности, людей, приходился один не выделяющийся ничем, кроме серой кожи, один эльф, вернее… точно — аграф, с характерными ушами и синеватой кожей, и один кошко-человек, по-местному то ли мзин, то ли мрзин. Они настороженно уставились на нас, а мы, как городские дети, впервые увидевшие в деревне самоходный генератор молока — на них.

Группа была вооружена до корней волос и кончиков ушей, бронирована и сопровождалась пятёркой боевых дроидов. Увидев, что никто никого не убивает, а вполне наоборот — мирно беседует, банда опустила оружие и аграф поинтересовался:

— Абагай, тебе угрожает опасность?

— Ребята, какая опасность? — Миша лучился счастьем, как новенький ядерный реактор, при этом эмоционально размахивал руками, грозя планшету безвременной кончиной. — У меня тут земляки нашлись, не просто с моей планеты, а почти соседи! Но спасибо, что прибежали, извините, сам не ожидал, что так заору.

Когда маленькая армия неторопливо угромыхала восвояси, Михаил предложил культурно посидеть у него в офисе при ангаре, на что мы ответили, что уж лучше вы к нам, дескать, команда полностью из землян, причём пятеро из шестерых — барнаульские. Он согласился, но в офис на минуту всё равно забежал.