От воспоминаний о прошлой ночи ее пробрал страх, и она перевела взгляд на тканевый полог, служивший дверью. Она успокоила себя мыслью, что Галеон знает только о Делле — об Аннет она не знает. И Делла еще не в металлической клетке, значит, Галеон сохранила ее тайну. Пока что.

Прохладный утренний воздух скользнул по ногам Деллы, когда она встала. Она выглядела ужасно. Грязь и засохшая земля пятнали ее сорочку; должно быть, видок у нее был жуткий.

Ледяная вода в тазу для умывания стала мутной и коричневой, пока она оттирала улики. Она накинула мягкий халат, а затем скомкала испорченную ночную сорочку и запихала ее глубоко в угол своего сундука. По возвращении во дворец она попросит Аннет помочь уничтожить ее.

Делла осторожно подошла к двери и выглянула. Галеон стояла прямо снаружи. Она лишь повернула голову, избегая встречаться взглядом с Деллой.

— Доброе утро. — прошептала Делла, глядя сквозь щель в ткани и используя ее как щит. Осознав, что делает, она заставила себя отодвинуть ткань пошире.

В мягком свете рассвета под глазами Галеон залегли темные круги. Словно она совсем не спала.

— Как вы себя чувствуете этим утром, принцесса? — спросила Галеон подчеркнуто ровным тоном.

— Намного лучше.

Напряжение висело между ними, густое и неопределенное.

— Вам что-нибудь нужно, принцесса?

— Я хочу поговорить с вами. О прошлой ночи…

— Я не хочу. Прошлой ночью ничего не произошло.

Делла должна была бы обрадоваться такому ответу. Вместо этого он почему-то ее разозлил. В животе закружилась обида. Галеон знала самый страшный ее секрет, видела ее в самый уязвимый момент. Жизнь Деллы была в руках Галеон. А Галеон даже не желала на нее смотреть.

Прежде чем Делла успела надавить на Галеон, появилась служанка, чтобы помочь Делле одеться. Делла отступила в сторону, впуская пожилую женщину в шатер, и отворот двери упал, скрыв Галеон из виду.

— Выглядишь ужасно, Гал. Тяжелая ночка? — сказал принц Валин, толкнув Галеон плечом, пока они шли меж деревьев.

Принцесса громко скакала верхом в нескольких шагах позади, сэр Алвор держался справа от нее. Галеон попросила его ненадолго поменяться с ней. Галеон нужно было хотя бы притвориться, что она держит дистанцию с женщиной, завладевшей ее мыслями.

Принц что-то сказал.

Галеон пробилась сквозь туман своей усталости. — Да, Ваше Высочество. Почти не спала.

— Ну, тебе лучше быть начеку здесь. У грифонов сезон спаривания.

— Да, Ваше Высочество.

Принц усмехнулся. — Я скучал по тебе. — Затем он наклонился чуть ближе. — Как принцесса? Сегодня она выглядит гораздо бодрее.

Они оба оглянулись. Принцесса и впрямь была более оживленной и больше общалась с остальными. В отличие от Галеон, принцесса спала крепко.

— Так и есть.

Внутри у Галеон всё сжалось. Галеон знала, почему принцессе стало лучше. Потому что зло внутри нее больше ее не развращало. Пока что.

Галеон с величайшим трудом пыталась поверить в то, что узнала прошлой ночью. Она не могла это раскрыть из-за риска того, что случится с принцессой и их королевством. Но она также не могла не раскрыть это из-за обмана своего принца. Она оказалась в ловушке, парализованная нерешительностью, между двумя дверями, которые отказывалась открывать. Поэтому она делала вид, что ничего не было. Она пыталась стереть из памяти боль принцессы и тошнотворно-зеленые вспышки магии, которая однажды пожрет ее, пытала ее.

Галеон сосредоточилась на выходках охотничьих собак, которые взяли след и повели их на пологий холм. Сильные мускулы под лоснящейся шерстью натягивали поводки, а виляющие хвосты глухо стучали по ногам, замедляя шаг. Галеон всегда хотела собаку. Но Лиллиан была против, и теперь Галеон была этому рада. Это была бы еще одна потеря.

Галеон шла рядом с принцем, который предпочитал охотиться пешком. Он болтал с несколькими другими аристократами, чьи имена Галеон следовало бы помнить, но в это утро ей было глубоко плевать. Она вежливо кивала и кланялась, не вслушиваясь в беседу.

Собаки потеряли след, и внезапно наступил полдень. Время — странная штука.

Они остановились у журчащего ручья, который спешил влиться в главное русло реки Глеи в котловине долины. Еду распаковали, а на жесткую траву у берега расстелили одеяла. Галеон теребила застежку на одной из латных рукавиц, чтобы хоть чем-то занять руки.

Сэр Алвор спешился и потянулся к принцессе, чтобы помочь ей сойти с лошади.

Галеон двинулась с места прежде, чем осознала это. Ей не нравилось, что принцесса прикасается к нему, благодарит его, когда это Галеон должна была ей помогать.

Мысли Галеон напугали ее саму, но не изменили ее шага.

— Благодарю, сэр Алвор. Вы можете вернуться к принцу, — сказала Галеон; ее голос прозвучал хрипло.

Сэр Алвор с понимающей усмешкой подчинился. Галеон было плевать.

Принцесса смотрела на Галеон с нечитаемым выражением лица. Галеон опасалась, что ее собственное лицо было слишком легко прочесть. Галеон и сама не знала, что на нем написано. Возможно, принцессе стоит просто рассказать ей, и тогда Галеон сможет понять, как разобраться с бардаком, забившим ей голову.

Земля начала дрожать. Дрожь поднялась по сапогам Галеон, пробившись сквозь туман смятения и усталости.

Собаки залаяли, а затем рванули прочь, повинуясь инстинкту, велевшему им бежать.

Тело Галеон среагировало, даже если разум всё еще медлил. Она схватила принцессу за талию и бесцеремонно закинула обратно на ее скакуна. Принцесса ахнула от неожиданности, но у Галеон не было времени извиняться, запрыгивая позади нее. Галеон встретилась взглядом с сэром Алвором, который уже подсаживал принца на его лошадь. Галеон доверяла сэру Алвору защиту принца. Ей приходилось.

Остальные аристократы визжали и тоже забирались в седла. Галеон было плевать на них, всё ее внимание было приковано лишь к безопасности женщины между ее бедрами.

— Что происходит? — спросила принцесса.

— Паника стада.

Гул нарастал, пока Галеон пришпоривала неохотно перешедшую в галоп лошадь.

Неуправляемое стадо зверей было уже почти на них, несясь вниз по долине; треск щепок от безжалостно сминаемых деревьев эхом разносился всё ближе.

Принцесса вцепилась в седло, а Галеон понукала лошадь бежать быстрее.

Скакун принцессы был выбран за свой кроткий нрав. Это был не рыцарский конь, и ему было тяжело нести двоих седоков, один из которых был в доспехах.

Они начали отставать.

Грохот был оглушительным. И становился всё ближе.

Галеон вложила поводья в руки принцессы и прижалась губами к ее уху. — Скачите со всех ног. Не останавливайтесь.

— Что вы…

Остального Галеон не услышала, спрыгнув со спины лошади.

ГЛАВА 10

—

ПАНИКА СТАДА

Жесткое давление тела Галеон исчезло со спины Деллы. Обернувшись, Делла увидела, как та сгруппировалась при падении и каким-то чудом сумела вскочить на ноги, обнажив меч, готовая в одиночку отбиваться от несущегося стада громадных тварей.

Делла потянула за поводья перепуганной лошади, пытаясь заставить ее повернуть назад, но инстинкт самосохранения животного оказался слишком силен. Делла потеряла равновесие и рухнула на землю, растянувшись в куда менее впечатляющей позе.

На мгновение удар выбил воздух из ее легких, и она судорожно пыталась снова сделать вдох. Пока она хватала ртом воздух, она быстро оценивала свои варианты.

К востоку протекал ручей, который теперь больше походил на небольшую речку. Она могла бы попытаться войти в воду, чтобы спастись от стада.

Затем она посмотрела туда, где на их пути стояла Галеон.

Делле следовало позволить ей умереть. Это решило бы сразу несколько ее проблем. Больше не пришлось бы беспокоиться о том, что она выдаст секрет Деллы.

Делле следовало отвернуться. Она твердила себе это, пока со всех ног бежала к этому невыносимо благородному и безрассудному рыцарю.