— Ты пообещала ему, что его отправят всего лишь в ссылку? А если его в дальнейшем используют для создания новой смуты?

— Я ему ничего не обещала, кроме того, что поговорю с королём. Мне кажется, ни для чего его уже не смогут использовать, он свой заряд бодрости получил на всю оставшуюся жизнь.

— Докладываю, — в ухе раздался характерный щелчок, — прибыла посылка. Вас просят посетить усадьбу в ближайшее время. Приём посылки продолжается.

Мы с Викой переглянулись, потом она запросила Контур:

— Пусть старший выйдет на связь через полчаса с полным докладом.

— Принято.

На связь вышел Фельцер и доложил, что прибыло двенадцать научных сотрудников и большое количество различной аппаратуры. И через каждые двадцать минут прибывают новые партии кофров и ящиков. Старший группы попросил меня как можно скорее прибыть в усадьбу, так как у него имеется срочная информация для принцессы.

Не надо объяснять, что утром, еле позавтракав, я уже дежурила у кабинета короля. А его как назло всё не было. Наконец прибежавший дежурный офицер сообщил, что Его Величество увлечённо стреляет из лука.

— О! Ма Ри, составь-ка мне компанию, — радушно приветствовал меня дядя, вернее, теперь мой отец.

— Папа, — я впервые назвала его так в присутствии придворных и гвардейцев, что заставило его растеряться. Он попытался выглядеть невозмутимым, но губы всё-таки дрогнули. Король быстро подошёл ко мне, обнял и прижал к своей широкой груди.

— Ты как меня сейчас назвала? — шепнул он еле слышно.

— Папа, я никогда никого так не называла, но ты же всегда мне был как отец, так? — я подняла голову, чтобы увидеть слёзы в его глазах. Сердце схватило когтистой лапой, я даже дышать перестала, потому что не могла выдохнуть. В висках молотили крошечные молоточки, я не понимала, что со мной происходит.

Я несколько раз судорожно всхлипнула, пытаясь выдохнуть. Он, видимо, что-то понял и легонько стукнул меня по спине. Фух, выдохнула, но что это сейчас со мной было? Я таких эмоций не испытывала за всю свою жизнь. Окружающие почтительно склонили головы, сохраняя молчание.

— Папа, — я ещё раз назвала его так, — мне срочно нужно в мою усадьбу, кое-что произошло. И ещё — если вдруг я задержусь на сколько-то, придумай что сказать маме, но это очень важно. Только ты знаешь, почему. Я тебе всё расскажу.

— Хорошо, я не буду спрашивать тебя о подробностях, — он повернулся к начальнику личной охраны. — Выделите конвой, который сопроводит наследную принцессу в указанное ею место, немедленно.

Я взяла с собой только Вику, оставив во дворце всех служанок и личную охрану. С нами пошёл Волин, назначив сержанта старшим среди оставшихся воинов. Выйдя у своих ворот из паланкина, я распорядилась, чтобы гвардейцы и паланкин выдвигались во дворец. Я вернусь с воинами моей личной охраны.

На мне была надета черная парчовая чхима (юбка) с золотым орнаментом, сверху — тёмно-красный, расшитый золотыми фениксами чогори. Сверху я накинула тёмно-синий чанот с белыми лентами по краям. На голове присутствовали золотые украшения и заколка в виде золотого феникса.

Волин был в форме офицера королевской гвардии, на Вике — тёмно-синяя чхима и зелёный чогори, как и положено сангунн пятого ранга. Поэтому, когда мы вошли в дровник, все присутствующие там замерли.

— Ваше Высочество, — почтительно склонил голову в поклоне старший инженер, — мы отправили обе карты этого мира, и через час к нам прибыл приказ. Вас вызывает к себе сам Император.

— Погодите, о каких картах идёт речь?

— О тех, которые были созданы по материалам, полученным с геодронов. И самой шокирующей оказалась карта полезных ископаемых. Именно по этому поводу Его Императорское Величество и приказал доставить Вас в наш мир. Вы готовы?

— Но мне не во что переодеться.

— Это не имеет никакого значения.

— Но у меня есть просьба — со мной проследуют моя личная служанка и начальник моей охраны.

— На этот счёт никаких запретов не было, поэтому прошу в центр платформы.

Опять замирание сердца, подташнивание, пульсирующая боль в висках — гонг. Я открыла глаза — мы стояли на освещённой ярким светом большой круглой платформе внутри стеклянного колпака. Окутывавшая нас дезинфекционная дымка развеялась, с лёгким шипением отворились двери, и мы вышли на помост.

В помещении наступила какая-то гнетущая тишина, потом Родин и следом за ним генерал склонили головы в почтительном поклоне.

— С возвращением, Ваше Высочество, — прозвучали неожиданные для меня слова начальника проекта. Тут явно было что-то не так. Я посмотрела на Родина, но он кивнул и показал рукой: — Пройдём в кабинет.

— Волин, Виктория Яновна, а это что за самодеятельность? — раздался строгий голос генерала.

— Степан Андреевич, я мороженого хочу, но главное — мне нужно взять с собой туда кое-что по женской части, чего там ещё не изобрели. Вам этого не понять.

— Товарищ генерал, — в отличие от Вики Волин был официален, — я туда попал вместо отпуска, и пока Её Высочество будет здесь, желал бы это время побыть вместе с семьёй. И хотя бы объясниться с детьми.

Оставив их в приёмной, мы с Родиным вошли в кабинет генерала. Там находился незнакомый человек в костюме, который встал при нашем появлении.

— Ваше Высочество, я камергер двора граф Павлов. Мне приказано доставить Вас в загородный императорский дворец. Конвертоплан ждёт нас на крыше Института.

— Господин полковник, может, Вы сможете мне объяснить, что происходит?

— Мари, всё объяснит Император, нас ждут.

Мы поднялись на крышу здания, где я увидела странный аппарат, ни на что не похожий. И впервые в жизни испытала прелесть полёта, прилипнув к иллюминатору. Загородный дворец находился в горной долине на берегу кристально чистого озера с синей, как небо, водой. Аппарат плавно сел на большую площадку с нарисованным на ней белым кругом.

— Накиньте свою накидку, — попросил камергер, и мы мимо любопытной охраны прошли во двор, потом вошли в само здание, поднялись на второй этаж и двинулись по показавшемуся мне бесконечным коридору. Я повернула голову к Родину:

— Николай Сергеевич, когда карты успели попасть к Императору?

— Как только ночью первая партия прибыла на место, сразу подключили ретранслятор и скачали с него всю базу данных. Дроны продолжают работу, но мы уже получили карту всех континентов и, самое главное, места залегания полезных ископаемых. Как ты понимаешь, в вашем мире никто их добычей ещё не занимался.

— Что-то не нравятся мне Ваши слова.

Из одной из комнат выбежали две молодые девушки, примерно шестнадцати и тринадцати лет. Увидев нас, они остановились, не сводя глаз именно с меня. Родин и камергер поклонились им, а я осталась стоять прямо. Я их первый раз видела и уже отвыкла кому-то кланяться.

— Господин граф, а почему эта актриса не приветствует нас как положено? И я не знала, что у нас во дворце снимают исторический сериал, даже не представляю, из какой эпохи, — старшая из девушек наклонила голову, оценивающе осматривая мой наряд. Я сняла накидку и передала её Родину, заметив, как вспыхнули глаза младшей.

— Ваши императорские высочества, Её Высочество принцесса Юн не является актрисой, она гостья Вашего отца.

Я смотрела на этих избалованных девочек и вдруг поняла, что они для меня — как дети. Я видела столько смерти и боли, что их детские вопросы казались мне смешными

— И я старше вас на шестьсот двадцать лет, так будет понятнее? — не люблю, когда на меня пялятся, даже если это императорские дети. Заметив недоумение в глазах обеих, я продолжила: — На все вопросы, кто я, вам ответит ваш отец, если посчитает нужным. А теперь отойдите в сторону, мы спешим.

Опешившие девушки послушно сделали шаг в сторону, и я прошествовала мимо них с высоко поднятой головой, надменным взглядом, шелестя длинной юбкой. Но всё-таки не удержалась и, проходя мимо, подмигнула младшей правым глазом, успев заметить полезшие вверх изумлённые брови.