— За людей и их безопасность, в том числе и Вашу, уважаемая Виктория Яновна, отвечаю я. И не только перед полковником Родиным.
Я смотрела, как вспыхнула Вика, и с каким интересом вслушивался в их перепалку Фельцер. Волин же назвал Вику по её настоящему имени и даже отчеству.
— Давайте не будем всё доводить до абсурда, — я подняла обе руки. — Волин, включайте контур и систему его жизнеобеспечения.
Спорившие повернулись ко мне с недоуменным видом — а рядовой тут с какого перепугу командует.
— Чего так на меня удивлённо смотрите? Я тут принцесса и Её Высочество, а Вы, Волин, простите, тут кто? А Виктория Яновна тут кто? То-то же. Включаем контур и браслеты. И заодно спросим у Контура, что случилось с тем дроном.
— Контур, можешь показать последнее видео с уничтоженного дрона?
— Докладываю. Видео загружаю, вывожу на моники.
После просмотра видео некоторое время все молчали.
— То есть получается, что нашу птичку перехватил обыкновенный беркут, приняв за реальную пернатую? Вот это да, — Волин почесал подбородок.
— Но и времени просматривать видео у нас с тобой не было, вспомни, ты же сразу отдал приказ о полном выключении всех систем.
— Вика, я действовал согласно инструкции. А такие инструкции обычно пишутся кровью, и, заметь, чужой кровью.
— Давайте включим ретранслятор и тогда…
— Вика, нет, и ещё раз нет. Мы не знаем, на что способна та улетевшая штука. Если она его запеленгует, то это провал всей операции. Если они смогли прислать сюда летающий корабль, то могут прислать и десяток, и даже сотню таких. Что мы тогда будем с ними делать?
— Резонно. А теперь давайте ложимся спать. Колечко, включи «Охранный режим», — скомандовала я своему браслету. После чего мы открыли подвал и выпустили оттуда женщин, которые даже успели там немного продрогнуть.
Служанки отвели наложницу в приготовленные для неё покои. Я уже не ожидала нападения. Даже если что-то и состоится — у нас уже есть рабочий Контур и «Охранный режим». Да и внутреннее чувство подсказывало мне, что нападение на усадьбу было самодеятельностью принца, как и предыдущие атаки наёмников его братца.
Рано утром один из солдат аккуратно снял мины, установленные на улице, чтобы ненароком на них не наткнулись соседи или те, кто пойдёт по нашей улице. Но вокруг была полная тишина.
Фельцер с руки запустил маленький дрон, и он улетел в сторону дворца. Второй дрон послали проверить южную дорогу в надежде обнаружить приближение королевских войск. Радиус действия у них был небольшой, поэтому особо надеяться на обнаружение армии не приходилось.
Во дворце в казармах держалась часть гвардии. Остальные гвардейцы и солдаты Кимов продолжали осаждать здания, но казармы были построены таким образом, что взять их можно было только пушками. А как раз пушки-то осаждённые увели с собой.
В остальной части дворца происходила какая-то непонятная суета. Бегали чиновники, люди в одеждах министров, дворцовые дамы шныряли в разные стороны. В самом городе по улицам рассыпались патрули, явно кого-то искали. Видимо, того, кто вчера умер у моих ворот.
Но ещё в четыре утра Го Дон Су привёз с десяток возов, хозяевам которых щедро заплатил моей звонкой монетой, и возчики, погрузив тела наёмников и принца, вывезли их за пределы города. Я приказала снять с принца его приметный плащ, куртку, шляпу, связать всё это в узел и утопить в протекавшей на окраине столицы реке.
— Волин, как ты думаешь, может, нам пора вмешаться и нанести удар в спину вот этим, что осаждают казармы?
— А оно нам надо? Мы просто окончательно рассекретим себя. И так тебе будет нужно объясняться с соседями по поводу взрывов.
— Но смотри — ворота оставлены без охраны, там только тела павших гвардейцев и мародёры шастают. По дворцу мародёры, для меня это просто немыслимо.
— Нет, и ещё раз нет. Мы и так им помогли, насколько это было возможно. Даже не знаю, как нам это ещё аукнется, ведь нас видели гвардейцы со стен, когда мы занимали и покидали тот особняк.
— Ладно, ждём доклада второго дрона. Но обещай мне — если королева попробует сбежать или тот же Ким — ты прикроешь мне спину. Я сама их убью, если не смогу задержать. Обещаешь? Ну?
— Мари, ну какая же ты… Ладно, обещаю.
— Вот. Все слышали?
Дрон вернулся только к обеду. За это время я обошла соседей, пообещала помочь с ремонтом. Все были напуганы и не знали, что делать. Я посоветовала пока находиться дома и ждать прихода королевской армии.
Армия шла по двум дорогам и могла уже к вечеру быть у города. Поэтому мятежники и старались ворваться в казармы гвардии. Я приняла решение скинуть с дрона записку принцу, где обозначить обстановку в городе, и призвать его поспешить, чтобы успеть перехватить Кимов и королеву. А также спасти верных королю гвардейцев.
Но меня саму перехватил Волин при попытке отправить дрон. Я же понятия не имела, как с ним справиться, и как раз интересовалась у Контура, как мне его запустить в нужном направлении.
Доставить записку вызвался один из воинов Фельцера, с детства сидевший в седле. Верховые лошади были в конюшне, а до выхода из столицы его сопровождали два его товарища. Как раз для того, чтобы уложить на землю охрану и открыть сами ворота города. Теперь оставалось только ждать.
Дядя должен был дать сигнал двумя зелёными фейерверками — так тут назывались сигнальные ракеты. Они и вправду походили на фейерверк, только в отличие от него взлетали высоко. По этому сигналу мы должны будем открыть городские ворота, сколько бы там мятежников ни находилось.
Вернулся Дон Су, посланный мною в усадьбу Юнов. Там разграбили всё, что смогли, но в целом усадьба осталась целой, и даже нашёлся кое-кто из слуг. Им повезло, что туда ворвались просто солдаты, да и слуги по приказанию принца не запирали ворота.
Оставалось только ждать. Ближе к вечеру в ворота особняка постучали. На вопрос «кто» оттуда требовательно приказали открыть ворота дворцовой страже.
— И что потребовалось дворцовой страже во дворце принцессы Юн? — Волин задал резонный вопрос, не открывая ворот.
— Её Величество королева требует немедленного прибытия принцессы Юн во дворец. Нам приказано её сопроводить. Не заставляйте нас применять силу.
— Там за воротами говорит принцесса Юн Ма Ри, — мой голос от волнения звучал звонко. — Передайте своей королеве, что я с предателями не собираюсь общаться, и тем более с теми, кто повинен в смерти законного короля. Вы, которые подчиняетесь ей, тоже будете считаться предателями, как только королевская армия войдёт в город.
— Ваше Высочество, Вы вынуждаете нас применить силу.
— Какую силу? Спроси-ка соседей, сколько утром отсюда вывезли тел наёмников семьи Ким, и тебе скажут, что было одиннадцать полных возов. Вас там за воротами всего семь человек. Мои воины даже не поморщатся. Даже если приведёте сотню — вам будет уготована та же участь. Его Величество мертв, но его беременная супруга жива. Возвращайтесь во дворец и передайте королеве, что пусть готовится ответить за содеянное.
Мне в моник было видно, как они перешёптывались у ворот. Шесть простых стражников, даже не гвардейцев, и сержант в гвардейской форме.
— Стражников мы, может быть, и отпустим, но тебя, предавшего гвардию и преступившего данную королю присягу, мы повесим прямо сейчас. Воины, ну-ка откройте ворота.
Я была настроена очень решительно, и, видя, что никто не собирается меня останавливать, потребовала снять брусья. Как только створка ворот распахнулась, стражники внезапно повалили сержанта на землю.
— Ваше Высочество. Мы не нарушали присягу королю, нас заставили.
— Вы, предатели, семья Кимов… — удар сапога Фельцера в лицо прервал тираду извивавшегося на земле сержанта.
— Фельц, мне даже не интересно, что расскажет этот человечек. Повесьте его на рыночной площади с табличкой — он предал короля.
— Слушаюсь, Ваше Высочество, — Фельцер резко поклонился мне, потом развернулся и ударил эфесом сабли сержанта в низ живота. Ему заткнули рот и связали руки. Вика быстро кистью написала на принесённой слугами дощечке: «Он предал присягу и короля».
