— Ты куда понеслась, а если на заборе стрелок?

Она оказалась права — как только её голова выглянула из-за створки двери, в последнюю сразу впились две стрелы. Слева сверкнули несколько бледных вспышек, опрокинувших стрелков со стены. Мимо промчалась тень и исчезла за воротами. Несколько лёгких хлопков — и опять тишина.

— Все нейтрализованы, — раздался в ухе спокойный голос Вернера. — Двух я оглушил, мы их уже упаковали. Сейчас уберём следы огнестрела из ран, и можно будет звать стражу.

— Погодите со стражей. Как закончите их протыкать, сообщите. Пленных переведём в подвал, и тогда Вика поднимет управляющего и некоторых слуг. Нам нужны ответы, вернее, доказательства.

Тела наёмников сложили во дворе в одном месте, рядом положили их оружие. Слуги с факелами охраняли ворота, одного послали в Префектуру за стражниками, всё-таки нападение на члена королевской семьи. Ну а мы спустились в подвал.

Никаких пыток. Один из наших воинов сделал каждому укол в шею, и они заговорили, как младенцы на исповеди. Как и ожидалось, нападение было инициативой моего дяди. Даже не его самого, а супруги, использовавшей для этого личных воинов своего отца.

Показания исправно записали, приложили к ним пальцы обоих пленников, после чего передали их городской страже. Но, увы, по дороге к Префектуре неизвестные выпустили в пленников несколько стрел.

На следующий день при посещении дворца я зашла в военное министерство.

— Господин Ким, вчера на мою усадьбу было совершено нападение. Участвовало двадцать восемь наёмников. Все они мертвы. Двоих мои воины пленили, мы передали их полиции, но по пути в префектуру их убили неизвестные. Показания они дали, поставили свои росписи и отпечатки пальцев.

— Что сказали пленные?

— Они указали на супругу моего дяди, а сами они — люди из имения её отца. Возможно, дядя и не знает, но я почему-то в этом глубоко сомневаюсь.

— Ваше Высочество, семья Ким слово держит. А с Вашим дядей я ещё раз переговорю. Нам нет резона ссориться ни с Вами, ни с семьёй Юн. Тем более Вы приходитесь Его Величеству племянницей. Мы ещё из ума не выжили.

Я хотела не заострять внимание на происшествии, но король уже получил доклад по своим каналам и приказал Трибуналу провести расследование по горячим следам.

— Ма Ри, это нападение на члена королевской семьи, всё равно что на меня. Поэтому тут уже я сам принимаю решение. Такое надо пресекать на корню, иначе нас не поймут.

Жену дяди арестовали, самого его посадили с детьми под домашний арест на время следствия. Вину взял на себя отец той женщины, а они с дядей якобы вообще ни сном, ни духом. Король устроил показательный суд с казнью мужской половины на площади перед дворцом. Жене дяди предписали на два года убыть в монастырь замаливать грехи родителей. Дяде было запрещено два года появляться не только при дворе, но и приближаться на десять километров к столице.

На празднование Тано, праздника благодарения богов за хороший урожай, я следовала по улицам столицы в паланкине в свите короля. Волин очень переживал, боясь отравленной стрелы или даже выстрела с любой крыши. Два маленьких беспилотника контролировали ход всей процессии.

Но, видимо, расправа короля над семьёй старого знатного янбана стала уроком и для дяди, и для его вассалов. Да и устроить покушение во время шествия короля означало бы не просто смерть семей всех участников, но и срытие их домов и удаление любого упоминания из летописей и официальных документов.

Но Волин и Вернер были неумолимы — протокол есть протокол. Они не хотели рисковать, пока не выполнено задание. В районе предполагаемого нахождения инопланетного маяка учёные в последнее прибытие установили на скале аппаратуру, замаскированную под камни. Её электронная защита была рассчитана на скрытность работы при использовании всех известных систем радиоэлектронной разведки. Но не было никакой гарантии, что системы летающих дронов её не обнаружат.

Но пока система работала исправно, отправляя регулярные суточные отчёты на установленный под балками сарая приёмник, писавший все процессы наблюдения в онлайн-режиме. Монахи за всё время наблюдения не проявляли никакой активности в направлении пещеры.

Удалось установить периодичность сигнала и его частоты. Она превышала все разумные пределы и оказалась в размере десять в тридцать второй квадратной степени и составила менее ничтожных восьми пикометров. И самое главное — точно такой же сигнал трижды в течение часа поступал на артефакт с чётко обозначенных географических направлений.

Вернер провёл воздушную разведку всех трёх лагерей воинов семьи Ким, и дрон даже побывал в пещере, где помимо ящиков с порохом обнаружились и четыре небольшие пушки. Но у нас не было ударных дронов, а на маленькие дроны-разведчики боевую часть нельзя было приспособить.

Прошёл месяц с момента нападения на усадьбу. Мы с Викой в сопровождении моих воинов и охранников принца дважды выезжали за пределы столицы для посещения моих деревень. Из второй поездки я привезла двенадцатилетнего паренька, прибившегося к семье старосты одной из деревень. На вопрос Вики сказала, что парень явно не крестьянских кровей. И мне уже сейчас нужно думать о том, на кого я оставлю моих людей и имущество.

— Мари, ещё ничего не закончено, а ты уже собралась назад? А если поступят другие приказы?

— Вика, а ты думаешь, подобное так быстро делается? Нам необходимо всё узнать о пареньке, но из того, что я о нём узнала, он мне подходит. Остаётся навести все справки через моего дядю и представить его семье Юн. Если они его примут — значит, приму и я.

— Ты так далеко загадываешь?

— А иначе нельзя. Здесь, в усадьбе, сейчас люди, которые верят мне как принцессе. И если я вдруг исчезну, то что с ними будет? Я так не могу.

— Мари, ты мне всё больше и больше нравишься, — Вика смотрела на меня взглядом, который можно было назвать восхищённым.

— Давай пойдём спать, уже темно и все слуги спят.

Утром нас обеих разбудил голос Волина:

— Мари, Виктория, посылка прибыла. Жду вас в дровнике.

— Вика, — я спросонья полностью не поняла слова Волина, — какая посылка и почему нам идти в дровник?

— Сама не знаю. Неужели они за ночь успели всё перетащить, или… — Вика замолчала, и глаза её сощурились, глядя куда-то вдаль.

— Что «или»? Договаривай.

— Или же те штуки на потолке, оставленные «яйцеголовыми», были своеобразным маяком, и посылка прибыла прямо в дровник. Одеваемся и пошли.

Мы не пошли, мы почти побежали мимо удивлённых слуг, уже с утра работавших во дворе. Нас встретил один из воинов и проводил внутрь. Ещё ранее, отгородив основное помещение лёгкой стеной из тонких досок, Волин создал в дровнике предбанник, где они спали, ели и отдыхали.

Войдя в основное помещение, мы с Викой застыли в изумлении. Посередине дровника возвышалась груда кофров и ящиков, возле неё копошились два человека в чёрном. Справа у стены, прямо на полу, спало, завернувшись в чёрные накидки, не менее десяти человек. Немного правее них стояло несколько длинных кофров, в каких обычно переносят оружие, и покрытый пятнистым камуфляжем пулемёт.

— Мари, — Волин говорил тихо, видимо стараясь не разбудить спавших, — два научных сотрудника, оборудование для установки постоянного причала, боеприпасы, взрывчатка, геодроны и боевые беспилотники. И десять космодесантников во главе с капитаном Сергеем Фельцером.

— Иван, пойдём выйдем на улицу, — Вика тронула Волина за рукав, но в это время один из спавших резко сел. Заметив нас и Волина, он удивлённо приподнял брови, затем встал и подошёл к нам, кивнул, окинув обеих взглядом.

— Иван, кто с тобой, это представители того мира, в котором нам предстоит работать?

— Майор Виктория Хон, — Волин указал на Вику, — в настоящее время старшая служанка дворца принцессы Юн.

Фельцер козырнул и повернулся ко мне:

— Её Высочество принцесса Юн Ма Ри, чьими гостями мы являемся. Она же объект, который мы обязаны охранять.