В коридоре появился свет фонаря. Шаги сбежали по лестнице. Караульный произнёс пароль.

Ответил Громов.

Дверь открылась. Капитан вошёл вместе с Надей. У девушки на щеке была кровь, но рана выглядела поверхностной. Громов держал автомат.

— Что произошло? — спросила Александра.

— Удар по штабу и двору. Телефонную линию к батальону перебило. Документы переносят в нижнее укрытие.

— Дроздов?

— В оперативной комнате.

— Пока.

Громов посмотрел на караульных.

— Задержанную не выпускать без приказа Савельева.

Он уже собирался уйти.

— Сергей, — позвала Александра.

Капитан остановился. Имя прозвучало впервые без звания. Возможно, поэтому он повернулся сразу.

— Обстрел подготовлен заранее. Дроздов мог дать сигнал перед очной ставкой.

— Савельев уже проверяет.

— Он создаёт хаос не ради обстрела.

— Знаю.

Громов ушёл наверх. Надя осталась у двери.

— Почему ты здесь?

— Линию связи накрыло. Меня послали искать запасную катушку в подвале.

— Нашла?

Она подняла сумку.

— Теперь вернусь.

— Следи за Дроздовым.

— За ним люди Савельева.

— Следи за людьми Савельева.

Надя кивнула и исчезла в коридоре.

Дверь снова заперли.

Александра осталась в темноте. Лампу не зажигали: дым мог скопиться, да и никто не собирался тратить время на удобство задержанной. Каждый новый разрыв отдавался в кирпичах. Немцы методично накрывали район штаба, но не пытались разрушить само каменное здание прямым попаданием. Огонь ложился по двору, дороге и кабельным выходам. Целью было нарушить управление, заставить людей покинуть помещения и смешать документы.

И открыть путь человеку, который знал, что брать.

Наверху происходило именно это.

Дроздов вышел из оперативной комнаты вместе с Бочаровым и Фединым. Оба писаря несли папки к нижнему укрытию. Старший лейтенант держал рабочий планшет начальника штаба, прикрытый плащ-палаткой. Снаружи падали снаряды, коридор наполнялся дымом, поэтому никто не удивился, что ПНШ-1 лично спасает документы.

У двери хозяйственного двора его ждал красноармеец Лунин — один из людей Савельева. Официально Лунин помогал переносить имущество. Неофициально должен был не выпускать Дроздова из поля зрения.

— Куда? — спросил он, когда старший лейтенант повернул не к подвалу, а к заднему выходу.

— В укрытие за кухней, — ответил Дроздов. — Здесь перекрывает проход.

— Приказ переносить вниз.

— Нижний коридор повреждён. Идите за мной.

Лунин не подчинился сразу. На одну секунду задержался у двери, оценивая движение. Этого хватило.

Дроздов ударил планшетом в лицо. Когда красноармеец отшатнулся, старший лейтенант выхватил пистолет и выстрелил почти вплотную. Пуля прошла через плечо. Грохот растворился в артиллерийском разрыве.

Лунин упал, но успел схватить Дроздова за ремень. Тот ударил рукоятью по голове, вырвался и выбежал во двор.

Позже Александра узнала эти подробности от Савельева. В тот момент в подвал донёсся только крик.

— Держи его!

Раздался выстрел. Потом ещё один.

Караульные за дверью переглянулись.

— Что там?

Шаги быстро приближались. Кто-то сбежал по лестнице, едва не упав.

— Открывай! Савельев!

Дверь распахнулась.

Оперуполномоченный вошёл с пистолетом в руке. За ним появился Громов.

— Дроздов ушёл через хозяйственный двор, — сказал Савельев. — Ранил Лунина. При нём рабочий планшет.

— Что внутри? — спросила Александра.

— Калька маршрута завтрашнего движения батальона.

— Настоящего?

— Да.

Надежда появилась в коридоре. Дышала тяжело, на плече висела катушка кабеля.

— Я видела его у кухни, — сказала она. — Побежал к старому саду. Потом дым закрыл.

Громов уже разворачивал карту прямо на ящике.

— Из сада два пути. К северной дороге и в овраг.

— Он не пойдёт к дороге, — сказала Александра. — Там посты.

— Овраг ведёт к лесопилке, — ответил капитан. — Дальше можно выйти к немецкой стороне.

Савельев посмотрел на Надю.

— Вы уверены в направлении?

— Да. Он нёс планшет под рукой и припадал на правую ногу.

— Сапоги новые, — сказала Александра. — Но старая привычка осталась.

Громов провёл пальцем по карте.

— До лесопилки коротким путём около трёх километров. Через лес дольше, зато скрытно. Он знает местность.

— Келлер тоже знает, — добавила Александра. — Аварийная точка могла быть подготовлена заранее.

— Поэтому возьмём взвод.

Савельев остановил его.

— Не весь. Слишком заметно. Группа перехвата, десять человек. Вторую пошлём закрыть овраг ниже.

— Маршрут батальона нужно отменить, — сказала Александра.

— Уже.

В подвал вошёл майор Беляев. На лице у него была кровь от рассечённой брови, но голос оставался твёрдым.

— Прежнее движение отменено. Батальон останется на месте до нового распоряжения. Время перенесём, маршрут изменим через северную просеку. Телефон повреждён, связные уже ушли.

— Значит, украденная калька больше не погубит людей, — сказала Надя.

Майор посмотрел на неё.

— Не погубит этим маршрутом. Но на ней структура взаимодействия, номера подразделений, условные обозначения и система резервных постов. Если передаст немцам, они поймут не только куда шли, но и как мы меняем решения.

— Дроздов мог знать это без кальки, — заметила Александра.

— Знать и доказать — разные вещи. Документ повысит его ценность и поможет убедить немцев, что сведения настоящие.

Савельев убрал пистолет.

— Начальник штаба остаётся здесь. Я иду с группой Громова.

— Вы нужны для расследования, — сказал Беляев.

— Расследование уже бежит к немецким позициям с планшетом под мышкой.

Майор не стал спорить.

Громов посмотрел на Александру.

— Ветрова остаётся.

— Нет.

— Вы без оружия, под следствием и после контузии.

— Я знаю след Дроздова, аварийный канал Келлера и место, куда он идёт.

— Место знаем по карте.

— Вы знаете лесопилку. Я знаю, как Келлер строит наблюдение. Он не будет просто ждать у здания. Подготовит несколько точек, прикроет открытый участок и заставит нас идти туда, куда хочет.

— Именно поэтому вы останетесь. Он изучает вас.

— Значит, будет ждать моих решений. Если меня нет, изменит схему.

Громов сжал губы.

— После истории с ложной высотой мне особенно приятно слышать о ваших решениях.

Александра приняла удар.

— Я тогда нарушила приказ. Сейчас не прошу разрешить действовать одной. Возьмите в группу и командуйте.

— Вы задержанная.

Савельев вмешался:

— Больше нет времени поддерживать формальный статус.

Он посмотрел на караульных.

— С этого момента Ветрова временно привлекается к операции по задержанию подозреваемого. Под мою ответственность и ответственность капитана Громова.

Один караульный удивлённо открыл рот. Второй молча кивнул.

Савельев повернулся к Александре.

— Это не оправдание, не освобождение и не награда. Вы нужны, потому что участвовали во всех предыдущих контактах с Келлером, помните след и способны работать с Громовым на местности.

— Понимаю.

— Любое отклонение от приказа — и операция продолжается без вас. Если попытаетесь преследовать Дроздова самостоятельно, капитан выполнит прежнее обещание.

Громов посмотрел на него.

— Решение моё.

— Тогда решайте.

Капитан несколько секунд молчал. Сверху продолжали греметь разрывы, но огонь постепенно уходил южнее. Немцы выполнили задачу: разбили связь, создали хаос и дали агенту время покинуть штаб.

— Ветрова идёт, — сказал Громов. — Крылова тоже.

Надя выпрямилась.

— Почему я?

— Потому что видела направление, знаете методы Александры и умеете замечать то, что она пропускает.

Он произнёс последнее без насмешки. После манекена и кальки Надя заслужила это место не присутствием рядом, а собственной работой.