Юли нет как-то слишком долго, и я уже начинаю переживать, не случилось ли чего серьёзного. Или, может, она не выдержала словесного излияния Валерии и решила вообще отсюда сбежать?

Но Юля наконец возвращается.

— Всё в порядке? — шёпотом интересуюсь у неё.

— Да, вполне, — кивает она. — А у вас?

— У нас тоже всё замечательно, — не скрывая гордости, говорю ей. — Очень продуктивная встреча.

— Я рада, — улыбается мне она и вновь переключается на болтовню Валерии.

А мы с Шабалиным и Пархимовичем продолжаем обсуждать новый контракт.

Общая встреча завершается на позитивной ноте.

— Мы с Лерочкой сейчас вас покинем, мне нужно через два часа быть в другом городе, — сообщает Шабалин. — Артём, а вы с Олегом составьте макет контракта и отправьте своим юристам. И желательно сделать это прямо сегодня, чтобы завтра доработать мелкие нюансы и поставить свои подписи. Сами понимаете, время — деньги. Конкуренты наступают на пятки, и нужно поторапливаться.

Попрощавшись с супругами Шабалиными, мы: я, Пархимович и Юля — идём в отель. У Олега забронирован здесь свой номер, но мы решаем поработать в моём — так удобнее.

— Ты справилась, молодец, — хвалю Юлю и вижу по довольному выражению её лица, что ей это очень приятно. — Иди отдыхай, я позвоню, если что.

— Спасибо! — радостно выдаёт она и убегает к лестнице, оставляя меня и Пархимовича у лифта.

— Какая интересная у тебя помощница, — задумчиво произносит Олег, глядя ей вслед. — Очень симпатичная. И неглупая, раз ты взял её с собой. Она не замужем?

После такого вопроса я хочу двинуть ему в челюсть, но благоразумно сдерживаюсь. Мы заходим в подъехавший лифт, и я, призвав всё своё спокойствие, отвечаю:

— Она не замужем. Но она занята.

Пархимович понимающе усмехается:

— Ясно.

К счастью, больше о Юле он ничего не говорит, моё раздражение потихоньку утихает, и в моём номере мы уже полностью переключаемся на обсуждение деталей контракта, а после и составление самого документа.

За активной работой мы даже забыли про ужин, но есть вроде и не хотелось, обед был очень сытным.

Когда завершаем макет договора и отправляем его своим юристам, уже поздний вечер, за окном стемнело.

— Ну что, я, пожалуй, пойду, — потирая глаза и зевая, произносит Олег. — Нужно отдохнуть, а то я уже третьи сутки всего по два-три часа сплю.

— У меня тоже бывают такие авралы, потому понимаю, — киваю я. — До завтра, — прощаюсь с ним, пожав ладонь, и он уходит в свой номер.

А я остаюсь один и понимаю, что мне явно чего-то не хватает.

Не знаю, как ноги сами меня приносят к номеру Юли. Стучу долго, но ответа нет. Ушла куда-то или уснула?

Уже собираюсь уходить, когда слышу звук открывающегося замка. Дверь наконец распахивается, и я вижу Юлю — заспанную, взлохмаченную, такую милую и удивлённую.

— Ох, Слойка, как же я сегодня устал, — признаюсь ей с порога, без приглашения вхожу в её номер и заключаю в крепкие объятия, прижимая к своей груди.

— Моя фамилия Бойко, — бубнит себе под нос Юлька, а я усмехаюсь: вот нравится мне неверно называть её фамилию, и всё тут. Не могу себе объяснить это непонятное удовольствие.

— Я помню, но сейчас мне хочется называть тебя слойкой, — признаюсь ей. — Может, из-за того, что проголодался, а может, из-за того, что от тебя пахнет чем-то сладеньким… вроде малины.

Принюхиваюсь к её волосам и понимаю, что не ошибся, от светлой шевелюры исходит лёгкий ягодный аромат.

— Это, наверное, шампунь так пахнет, — предполагает Юля. — Честно говоря, я об этом не задумывалась. А вы не ужинали, что ли?

Мы так и стоим в обнимку, и Юля, что интересно, не вырывается и не скандалит — удивительно и очень приятно.

— Нет, нам с Пархимовичем было некогда, да и не хотелось особо. Зато мы подготовили макет контракта и отправили юристам. И вот теперь я понимаю, что зверски проголодался. А ты?

Юля поднимает голову от моей груди, и мы встречаемся взглядами.

— Я бы тоже съела чего-нибудь, — признаётся смущённо. — Только столовая наверняка закрыта.

— Я сейчас спущусь вниз и узнаю на стойке регистрации, можем ли мы сейчас раздобыть где-нибудь еды. — По улыбке понимаю, что Юлю эта идея радует. — Только обещай, что впустишь меня к себе в номер, — состроив строгий вид, требую от неё. — Я тебя сюда взял в качестве помощницы, вот и будешь мне оказывать всяческую помощь.

— Это какую же, например? — хитро прищуривается она.

— Психологическую и моральную, — выдаю, не задумываясь. — Ну и помощь в поедании чего-нибудь вкусного — конечно, если мне удастся сейчас найти еду.

— Ну раз уж это входит в мои должностные обязанности, разве я могу отказаться? — смеётся Юля, и я нехотя разжимаю хватку, выпуская её из своих объятий.

— Я быстро, — обещаю, выходя из её номера.

Девушка у стойки регистрации в холле с пониманием относится к моей просьбе.

— Столовая закрылась всего час назад, и на кухне ещё есть сотрудники, там работа идёт круглосуточно, нужно ведь сделать заготовки к завтраку. Я сейчас им позвоню.

После недолгого разговора по телефону сообщает мне:

— Вы можете подойти в столовую, вам соберут всё с собой, после ужина много осталось.

Поблагодарив девушку, направляюсь за едой. Меня сначала спрашивают о предпочтениях, а после набивают большой бумажный пакет всякой всячиной: салаты в пластиковых контейнерах, мясная нарезка, выпечка с разными начинками, фрукты, даже две литровые бутылки морса положили. Ещё по моей просьбе добавили одноразовую посуду на две персоны.

Возвращаюсь в номер Юли, довольный своей добычей.

— Вы так быстро? — удивляется она. — Я даже не успела прибраться.

— Да у тебя вроде и так тут порядок, — пожимаю плечами я, прикидывая, как бы нам лучше расположиться для позднего ужина. У Юли, судя по всему, такие же мысли.

— Столик тут есть, а стульев нет, — вздыхает она.

— Это не проблема, — решаю я, — сейчас всё будет. — И переношу стол к кровати. — Вдвоём рядом мы вполне уместимся. В крайнем случае возьму тебя на колени, — добавляю, замечая, как Юля стремительно краснеет. Снова смущается? А ведь мы уже, на минуточку, провели вместе ночь, но она всё равно испытывает неловкость от любых моих намёков на близость.

Справившись с эмоциями, Юля быстро достаёт из пакета принесённые продукты и выкладывает на стол. Потом со словами: «Я помою руки» — убегает в ванную комнату.

И вот хорошо, что я не сажусь сразу после этого за стол, а продолжаю стоять рядом с ним, потому что, выйдя из санузла, Юлька спотыкается на ровном месте и, широко раскинув руки, летит носом в пол. Благо я успеваю её подхватить.

— Койка! Ну что же ты так себя не бережёшь! — начинаю строго выговаривать ей, подняв её на ноги и поставив перед собой. — Как ты умудряешься на ровном месте найти проблемы?

Я приобнимаю её за плечи, она стоит напротив и, задрав голову, смотрит на меня своими невозможно красивыми глазами, а потом облизывает свои пухлые губки, которые мне сейчас отчаянно хочется поцеловать.

— Просто меня в детстве пару раз током шарахнуло — и теперь я такая… неуклюжая, — выдаёт Юля неожиданно, наивно хлопая глазками. — И моя фамилия Бойко, — добавляет, а я начинаю хохотать как ненормальный, забыв, что уже ночь и соседи в отеле наверняка спят.

— Никогда не встречал таких людей, которые на ровном месте притягивают неприятности, а потом быстро находят им занимательное объяснение. Ты просто уникум какой-то! — признаюсь ей.

— Ну вот видите, все такие разные, и только я такая… одинаковая. — Пожимая плечами, Юля осторожно выкручивается из моих объятий и идёт к кровати. — Может, мы приступим, наконец, к позднему ужину? Иначе он скоро превратится в ранний завтрак, — резонно подмечает, садясь за стол.

Усмехнувшись, занимаю место на кровати рядом с Юлей, подавляя в себе дикое желание усадить эту девчонку себе на колени и зацеловать. Не представляю, как она сейчас отреагирует на мой напор, и не хочу всё испортить.