Для полного счастья решила угостить свой желудок пирожком. Пирожок с капустой был куплен и торопливо съеден.

В желудке потеплело. Жизнь дважды хороша!

Театр эстрады меня встретил теплом и праздничной суетой. Внутренний голос добродушно хмыкнул: «Да-да! Жизнь хороша! Птичка моя, посмотри, какие дамы, а какие мужчины! Что значит – «ты не птичка»? Объясняю: в иные моменты ты бываешь курицей, а иногда, когда ведёшь себя разумно, превращаешься в очень даже прелестную птичку! Всё, умолкаю. Будем наслаждаться прекрасным и настоящим».

Двери в зал были открыты. Бордовые бархатные кресла ожидали своих зрителей. Зрители медленно рассаживались и тихо переговаривались между собой. Девятый ряд партера был полностью заполнен. Только одинокое кресло в начале этого ряда ожидало своего зрителя. Я сразу направилась к нему. Кресло благосклонно приняло меня в свои объятия и окутало теплом.

Тут внутренний голос откашлялся и осторожно сказал: «Смотри не засни, птичка моя! А то тут тепло на тепле и теплом погоняет! Что значит «не поняла»?! Поясняю: в желудке тепло, в кресле тепло, в зале тоже тепло! Вдруг от этой теплоты ты уснёшь?! Не возражай! Моё дело – предупредить, а там как знаешь».

В этот момент раздались аплодисменты, и в зале погас свет. Спектакль начался. Хазанов играл блестяще. Зал то взрывался от хохота и аплодисментов, то умолкал и напряжённая тишина разливалась по залу. Актёры умели держать паузы и великолепно читали длинные монологи.

Неожиданно я заметила, что слова из монологов доходят до моего сознания очень медленно и урывками. Веки мои тяжелеют, и очертания сцены расплываются. Я тут же попробовала подтянуть указательным пальцем верхнее веко к брови и удержать его в этом положении. Мои попытки ни к чему не привели. Тогда мне пришлось незаметно для окружающих тянуть себя за уши. Ничего не помогало: глаза под тяжестью век закрывались. Дрёма меня обволакивала и пеленала. Внутренний голос уснул, по-моему, раньше меня.

Устав бороться, я слегка вытянула вперёд ноги и заснула.

Сначала у меня перед глазами медленно крутились декорации, двигались актёры, как в немом фильме. Потом меня окутала темнота.

Проснулась от грохота аплодисментов и криков «Браво!». Открыв глаза, я обнаружила, что моя голова лежит на плече рядом сидящего мужчины, а он в руках держит мою сумочку. Мои глаза встретились с его глазами. Он улыбнулся и тихо сказал:

– Добрый вечер! Вы выспались? – И, не давая мне опомниться, продолжил: – Не переживайте, вы не храпели! Вы просто устали, а я подставил в нужную минуту своё плечо.

Я почувствовала, как у меня заалели щёки. Какой позор – заснуть в театре! Вот тебе и встреча с прекрасным!

Тут раздался внутренний голос: «Я что-то интересное пропустила?! А ведь мужчина неплох! Заботливый, прекрасно выбрит и учтив! И вроде тобой заинтересовался. Вон как его глазища сверкают. Не будь курицей. Улыбнись ему! Так! Только не совершай глупости, не сбегай! Ты уже выросла и давно не Золушка! Что значит «замолчи»?! Ну и ладно! Делай что хочешь!»

Голос умолк. Я протянула руку за сумочкой и сказала:

– Благодарю за помощь! Кажется, я действительно устала!

Оглянувшись, я поняла, что спектакль окончен. Зрители медленно продвигаются к выходу. Я устремилась туда же, подавив в себе желание оглянуться на мужчину.

Получив пальто и одевшись, вышла из театра. На улице моросил дождик, и было уже темно.

Понуро брела я по набережной. Доставать зонт не было никакого желания. Жалко, конечно, что так и не досмотрела спектакль. Значит, ещё раз нужно пойти.

Вдруг около меня затормозила машина.

От неожиданности я остановилась. Из машины вышел мужчина и направился ко мне. Подойдя, он с улыбкой сказал:

– Не волнуйтесь, я то самое плечо! Хотите, расскажу, что было на сцене, пока вы спали?

– А вас это не затруднит?

– Отнюдь. Приглашаю вас на ужин.

– На ужин с дураком? Ой, простите, я не в том смысле!

– Ничего, ничего, я понимаю, вы ещё не проснулись. Поехали?

– Поехали? Куда?

– Тут недалеко есть кафе, где угощают французскими булочками.

Я молча кивнула. Он галантно открыл дверь машины и помог сесть. И мы поехали.

В окне мелькали огни, рекламные щиты. Внутренний голос вдруг откашлялся и сказал: «Ага, смотри не растай, как мороженое. За локоток её подержал. Подумаешь! Курица, опомнись! Ты куда едешь? Ты его знаешь?! Вдруг он маньяк? А?.. Ой, горе ты моё! Ты всегда такая разумная была, а тут… Может, не выспалась и мозги в театре оставила?»

Тем временем машина затормозила около кафе. Я же, прислушавшись к внутреннему голосу, повернулась к мужчине лицом и произнесла:

– Отвезите меня домой! На Чистые пруды! Я передумала. Простите.

Мужчина улыбнулся:

– Не волнуйтесь, я не маньяк! Пока вы спали на моём плече, я пытался в темноте рассмотреть ваше лицо, но не смог. Вы так быстро ушли, что пришлось догонять. Теперь, когда увидел ваше лицо и услышал ваш голос, я вас так просто не отпущу. Вы выспались на моём плече?.. Выспались! Значит, вы просто обязаны выйти за меня замуж!

Моё лицо вытянулось от удивления. Увидев мою реакцию на его слова, мужчина от всей души захохотал. Я быстро справилась с собой и с улыбкой сказала:

– Конечно, как порядочная женщина я просто обязана на вас жениться!

– Не жениться, а выйти замуж! Это совершенно разные вещи! – улыбнувшись, сказал мужчина.

– Можно мы поговорим об этом как-нибудь в другой раз?

– Можно! Только в долгий ящик этот вопрос мы не откладываем!

– Нет, так быстро я не могу. Мне нужно подумать, всё взвесить, – пробовала я отшутиться.

– Хорошо, даю вам три дня, потом мы женимся! – хмыкнув, ответил мой спутник.

– Мы приехали, остановите машину у почтамта. Всего доброго, спасибо за всё.

Машина остановилась, я открыла дверь и быстро вышла.

– До скорой встречи! – произнёс мужчина мне вслед.

– Всенепременно!

И, не оглядываясь, быстрым шагом я направилась к арке моего дома.

Внутренний голос облегчённо произнёс: «Уф! Обошлось! Слава богу! Ты, надеюсь, за него замуж не собралась? Ладно-ладно, не кричи. Это же риторический вопрос. Ты же умная птица!»

Дом меня встретил тишиной и уютом. Жизнь продолжается. Я нырнула в кровать, свернулась калачиком и заснула. Мне ничего не снилось.

Утром внутренний голос меня разбудил такими словами: «Вставай, птичка моя! Доброго тебе дня. Труба зовёт! Что значит «кофе не хочешь»? Нет настроения? Депрессия? Нет, птичка, депрессия так быстро не приходит, её ещё вырастить нужно! У нас страданий нет, значит, и депрессии тоже! Вот, правильно, потанцуй с утречка. Улыбнись самой себе в зеркало. Просто красавица! Правильно, на работу бегом. Мало ли что доктора говорят! Будешь жить до ста лет! Почему как ворона?! Вороны сто двадцать лет живут».

Я быстрым шагом вышла из арки своего дома и сразу наткнулась на машину.

Около машины стоял мой вчерашний спутник. В одной руке у него был букет с ирисами, а в другой белел конверт.

– Утро доброе! – сказали мы одновременно и рассмеялись.

Протягивая мне букет и вручая конверт, он произнёс:

– Как вы смотрите на ужин с дураком?

Я раскрыла конверт, и в руке у меня оказались два билета на спектакль. Затем, глядя на моё растерянное лицо, мужчина загадочным голосом продолжил:

– Учтите, через три дня нас ждёт ЗАГС! Возражения не принимаются!

Тут внутренний голос, радостно хихикнув, произнёс: «Вот так встреча с прекрасным!»

Родился 20 апреля 1981 года в г. Новомосковске (Тульская область РФ).

Инвалид первой группы. Диагноз – ДЦП (детский церебральный паралич). Руки не работают совсем и даже мешают передвигаться, так как очень сильные гиперкинезы (подёргивания). Все функции, которые должны выполнять руки, выполняют ноги.