Марта захлопала в ладоши.

— Ура! — закричала она. — У нас лучшая семья!

Глеб обнял Алину и прошептал ей на ухо:

— Мы справимся. У нас всё получится.

Алина прижалась к нему.

— Я знаю, — ответила она. — Потому что мы теперь вместе.

Они стояли в обнимку, а Марта прыгала вокруг них и кричала:

— Мы команда! Мы команда! Самая лучшая команда на свете!

Солнце светило за окном, чайки кричали над морем, и мир был прекрасен.

Глеб понял, что, возможно, быть отцом — это не про системы и расписания. Это про то, чтобы быть рядом. Слушать. Слышать. Идти на компромиссы. И никогда не забывать, что иногда четырёхлетняя девочка знает лучше, что делать.

И это было самым важным уроком в его жизни.

Вечер опустился на отель «Морской бриз» мягко, как бархатное одеяло.

Солнце уже скрылось за горизонтом, оставив после себя розово-золотые разводы на небе. Волны набегали на берег с тихим, успокаивающим шорохом. Пахло солью, водорослями и нагретым за день песком.

Глеб и Алина сидели на пляже, на большом покрывале, которое они расстелили прямо на песке. Рядом стояли две чашки с остывшим кофе, которые никто уже не пил.

Марта спала в номере с Кариной. Бабушка уложила её, почитала сказку и обещала охранять сон внучки до самого утра. Поэтому Глеб и Алина остались вдвоём. Впервые за долгое время.

Алина смотрела на море и чувствовала, как внутри разливается спокойствие. Она не думала о работе. Не думала о проблемах. Она просто сидела рядом с Глебом и слушала, как он дышит.

Глеб смотрел на неё. На её профиль, на её волосы, которые шевелил ветер, на её губы, которые чуть улыбались.

— Алина, — сказал он тихо. — Я хочу, чтобы мы были семьёй. Не только ради Марты. Ради нас.

Алина повернулась к нему. В её глазах мелькнуло удивление.

— Ты серьёзно? — спросила она. — Мы даже не были по-настоящему вместе пять лет.

— Так исправим это, — сказал Глеб, беря её за руку. — Выходи за меня замуж.

Алина застыла. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, и сердце её забилось где-то в горле.

— Ты с ума сошёл? — выдохнула она. — Мы только познакомились заново. Мы только узнали друг друга. Мы...

— Я знаю тебя пять лет, — перебил её Глеб. — Я люблю тебя пять лет. Просто я был дураком и не сказал. Я боялся. Я боялся признаться, боялся, что ты не захочешь меня слышать. Но теперь я говорю: я люблю тебя, Алина. Я люблю тебя так сильно, что у меня сердце разрывается. Выходи за меня. Пожалуйста.

Алина смотрела на него. В свете заходящего солнца его глаза казались тёплыми, почти золотыми. Они смотрели на неё с такой надеждой, что у неё перехватило дыхание.

Она хотела сказать «да». Она хотела броситься в его объятия, крикнуть, что она тоже его любит, что она ждала этого момента все пять лет, что она готова быть с ним навсегда.

Но страх всё ещё сидел в ней. Маленький, липкий, как морская соль на коже.

— Я не могу сразу сказать «да», — прошептала она. — Это слишком быстро. Я не знаю... я боюсь.

Глеб сжал её ладонь.

— Чего ты боишься? — спросил он.

— Всего, — сказала Алина. — Что ты передумаешь. Что ты снова уйдёшь. Что я не смогу быть той, кого ты хочешь. Что я не справлюсь.

Глеб смотрел на неё, и в его глазах была только нежность.

— Алина, — сказал он. — Я не собираюсь передумывать. Я не собираюсь уходить. Я хочу быть с тобой до конца жизни. Ты можешь быть собой. Ты не обязана быть идеальной. Ты просто будь. Я хочу быть рядом с тобой, со всеми твоими страхами, со всеми твоими сомнениями. Я хочу доказывать тебе каждый день, что я здесь. Что я никуда не уйду.

Он замолчал, потом добавил:

— Я подожду. Сколько надо. Месяц, год, десять лет. Я подожду. Потому что ты — моя судьба. Ты и Марта. Вы — всё, что мне нужно.

Алина почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Она закрыла их на секунду, чувствуя, как ветер касается её лица.

— Дай мне время, — сказала она. — Я не могу сказать «да» прямо сейчас. Мне нужно подумать.

— Хорошо, — сказал Глеб, поглаживая её руку. — Я подожду. Сколько надо.

Они сидели в тишине, глядя на море. Звёзды начали появляться на небе, одна за другой, словно кто-то зажигал их специально для них.

— Спасибо, — сказала Алина. — За то, что понимаешь.

— Я всегда буду понимать, — ответил Глеб. — Потому что я люблю тебя.

Он обнял её, и она прильнула к нему, чувствуя его тепло, его дыхание, его руки на своей спине.

— А ты помнишь тот день, когда мы встретились? — спросил Глеб.

— Помню, — улыбнулась Алина. — Ты сидел в кафе, пил кофе и смотрел в ноутбук. А я принесла тебе заказ. И сказала: «Не смотри так много в компьютер, испортишь зрение». А ты ответил: «Тогда я буду смотреть на тебя».

Глеб засмеялся.

— Я был дураком, — сказал он. — Но я смотрел на тебя. Я всегда на тебя смотрел.

Алина подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— А я смотрела на тебя, — сказала она. — Я смотрела и думала: «Вот он, мой человек». И я была права.

Глеб наклонился и поцеловал её. Поцелуй был мягким, нежным, как волна, которая касается берега. Он длился долго, и Алина чувствовала, как все её страхи растворяются в этом моменте.

Когда они отстранились, она прошептала:

— Я люблю тебя.

— Я знаю, — ответил он. — И я буду ждать столько, сколько нужно.

Они сидели на пляже, обнявшись, и смотрели на звёзды. Где-то над морем пролетела птица, оставив за собой тихий крик. Ветер шевелил песок, и волны набегали на берег, не переставая ни на мгновение.

Алина закрыла глаза и поняла, что впервые за долгие годы она чувствует себя дома. Не там, где она живёт. А там, где она любима.

И это было самое важное.

Марта проснулась с чувством, что вчера случилось что-то важное.

Она не знала, что именно. Она просто чувствовала это. Как будто воздух в номере стал другим — более сладким, более тёплым. Как будто всё вокруг шептало: «Что-то изменилось».

Она вылезла из кровати, натянула своё розовое платье и побежала искать маму.

Алина сидела на кухне, пила чай и смотрела в окно. Она улыбалась. Улыбалась так, как Марта не видела её давно.

— Мама, — сказала Марта, садясь рядом. — У тебя что-то случилось? Ты смеёшься.

— Нет, — ответила Алина, улыбаясь ещё шире. — Я просто думаю о хорошем.

— О чём?

— О папе, — сказала Алина. — О нас.

Марта наклонила голову и посмотрела на мать с подозрением. Она была маленькой, но она чувствовала, когда что-то не так.

— Мама, — сказала она серьёзно. — Ты что-то скрываешь.

— Я ничего не скрываю, — сказала Алина. — Просто...

Она замолчала, не зная, как объяснить.

— Папа просил меня выйти за него замуж, — сказала она наконец. — Вчера вечером. На пляже.

Марта застыла. Её глаза расширились, потом сузились, потом снова расширились.

— И ты сказала? — спросила она, затаив дыхание.

— Я сказала, что мне нужно подумать, — призналась Алина.

— Подумать?! — Марта вскочила со стула. — Мама, ты что? Ты должна сказать «да»! Он же мой папа! Он хороший! Он кашу варит! Он карусели любит! Он меня на руках носит! Ты должна сказать «да»!

— Марта, это сложно, — попыталась объяснить Алина. — Взрослые не могут просто так...

— Ничего сложного! — перебила Марта. — Скажи «да» и всё! Я хочу, чтобы у меня была семья! Настоящая! С мамой и папой! Мы будем вместе навсегда! Ты должна быть счастливой!

— Я и так счастлива, — сказала Алина.

— Тогда скажи «да»! — потребовала Марта. — Если ты счастлива, то почему не хочешь, чтобы мы были вместе?

Алина смотрела на дочь и не знала, что ответить. Она была права. Эта маленькая девочка, которая требовала счастья для своей семьи, была права.

— Хорошо, — сказала Алина. — Я подумаю. Честно.