Сука! Ненавижу! Ну, сбежал ты, обуреваемый алчностью или ещё чем. Так делай свои дела, зачем другим людям вредить. И как можно изнасиловать и убить ребёнка?

— На кол! Всех!

— Ээээ… Тех, кто не убивал, тоже? — после небольшой заминки спросил секретарь.

— Да! Родню и знакомых татей допросить. Если возникнет даже подозрение, что они знали о готовящемся побеге и не сообщили, то всех взрослых в шахту навечно! Детей раскидать по посёлкам провинившихся. И чтобы остальные рабочие об этом знали. Хочешь бежать? Бери семью и рискуй жизнями своих детей. Нечего думать, что они за мой счёт отсидятся, а потом тоже сбегут.

Именно так! С волками жить — по-волчьи выть. Лживый лозунг усатого грузина «Сын за отца не отвечает» на меня не действует. Отвечает, ещё как! Здесь расчёт даже не на совесть ублюдков, а на страх перед наказанием их близких. Побегут сдавать потенциального бунтовщика как миленькие. У меня даже целенаправленный расчёт на баб, которых в рабочих посёлках меньшинство. Для них не проблема найти нового мужа, невзирая на возраст и количество детей. Главное, чтобы народ не начал сводить счёты. Жители прошлого мало чем отличаются от будущего, хотя отличаются богобоязненностью.

А вообще, ситуация мерзкая! Сплю я нормально, и казнённые преступники мне не снятся, но настроение испорчено надолго.

— Вот они, Ваше Сиятельство! Наконец, получилось! — мастер улыбнулся, показав щербатый рот.

Причина радости Андрея понятна. После четырёх месяцев экспериментов и даже замены штампа нас ожидал успех!

Беру в руку блестящий кругляш и рассматриваю его через лупу. Идеально! Даже слишком. Как бы наша монета не получилась лучше, чем у казённой чеканки. Фигура воина с пучком и надписи вышли просто идеальными. Аверс тоже не подкачал. Достаю рулетку, являющуюся предметом зависти инженеров и мастеров, после чего делаю замер. Двадцать один миллиметр!

— Вес? — перевожу взгляд на Андрея.

— Ровно одна четвёртая грана, как у утрехтского дуката, Ваше Сиятельство. Чистота золота такая же, даже лучше, чем у голландцев, — сразу ответил тот, указав на небольшие весы, стоящие на массивном верстаке.

Ага! Я решил пойти по стопам Акинфия Демидова. Помню, был неплохой советский фильм, где сын основателя династии принёс Анне Иоанновне лукошко с червонцами. Кстати, при сестре Петра утрехтские дукаты русской чеканки не делали. Процесс возобновился уже при Елизавете и был продолжен её преемниками. Но наибольший размах производство приняло уже при Александре I. Наша армия тогда постоянно воевала в Европе, и ей требовалась монета для размена. Серебро брали хуже, да и его перевозка требует больше ресурсов. Например, когда я ограбил Потёмкина на весьма скромную по меркам государства сумму, то пришлось готовить специальный возок с укреплёнными рессорами, чтобы он не развалился по дороге. Соотношение же золота и серебра — один к пятнадцати. Можно было ограничиться двумя вьючными лошадьми и провести экспроприацию быстрее.

Возвращаясь к теме изготовления фальшивых монет, я решил предвосхитить грядущие события. Вскоре монетный двор начнёт активно чеканить голландский червонец, или дукат, кому как удобно. А у меня самый настоящий переизбыток золота, который очень не хочется отдавать Екатерине. Я действительно не для себя стараюсь. Во-первых, нельзя сразу выкидывать в обращение много золота. Во-вторых, зная расточительность императрицы, большая часть денег уйдёт на войну, развлечения и оплату внешнего займа. Вернее, мне очень хочется, чтобы началось погашение долга. Армия и флот требуют срочного финансирования, здесь спорить глупо. Только весомую часть средств разворуют, ведь ими распоряжается Потёмкин. Ну а ситуация с праздниками понятна. Если немка не спустит в унитаз несколько миллионов, то будет плохо спать.

У меня же совершенно иные планы на золото. Оно пойдёт в оборот через Бергбанк. Через который начнётся более активное кредитование отечественной промышленности и торговли. Также в моих планах увеличить поток переселенцев в Южную Сибирь и далее на восток. Пока я нахожусь на Южном Урале, этот процесс легче контролировать. Мои люди давно выкупают крестьянские семьи и отправляют на новое место жительства. На орском направлении у нас полный порядок, и русские деревни давно перебрались на левый берег Яика. Я же больше контролирую полосу между Петропавловской и Омской крепостями, где за последние четыре года выросло более тридцати сёл.

Понятно, что их состав смешанный. Среди поселенцев хватает представителей поволжских народов. Главное — закрепиться, начать обеспечивать регион продовольствием и начать двигаться на юг. Национальный состав поселений меня мало волнует, лишь бы не киргиз-кайсаки и прочие кочевники. Эти земли должны стать житницей Русской Сибири, и никак иначе. А всякие дикари пусть сидят по полупустыням. Да и нет их сейчас в лесостепной зоне, разве что там ютятся мелкие роды.

Для бесперебойной переправки поселенцев и их снабжения нужны огромные средства. Моих финансов на всё не хватает. Золото стало хорошим подспорьем, поэтому чеканка фальшивок — необходимость, а не преступление.

Ещё я задумал создать целую сеть хранилищ для зерна в Черноземье, где огромные земли фактически заняты артелями. Даже крупные помещики уже не могут составить им конкуренцию. Но мы с Болотовым поздно спохватились. Ведь важно не только вырастить и собрать хлеб, но и сохранить его. Поездов и самосвалов здесь нет. Вся логистика завязана на реки и чуть меньше на гужевой транспорт. Прибавьте сезонность перевозок, связанных с климатом, и отвратительные дороги. При этом экспорт зерна имеет хорошие перспективы. Хотя лучше везти его через Чёрное море. Однако после фактического присоединения земель Крымского ханства южный путь для нас закрыт. Но даже при таких раскладах мы можем конкурировать с польскими производителями за счёт более совершенной техники и высокой производительности труда.

Кроме крупных проектов, я запустил несколько высокотехнологических. Южнее Вешняков вырос огромный завод, начавший производить станки и сложные механизмы вроде сеялок или сушилок для зерна. Да и те же плуги с боронами — достаточно сложный процесс, требующий хорошего материала и опытных мастеров. И всё это сжигает огромные средства, которые пока не думают окупаться. Года через три-четыре мы выйдем на нормальную прибыль, а пока сплошная дыра в моём бюджете.

Поэтому мы с Горюшковым начали готовиться к использованию золота, когда пришёл приказ о моей высылке. О монетах знает ещё пять человек, включая трёх мастеров, дядьку и фон Шика. Ну и нас со Степаном, конечно. Именно инженер с Андреем изготовили штамп, а затем проводили все замеры, чтобы изготовить нужную монету. Из-за секретности небольшой цех располагается недалеко от Кусинского завода, замаскированный под мастерскую, производящую ружья. Отчего никого не смущает секретность.

Так и живём. Приходится казнить воров и в то же время воровать самому. Но ведь я тружусь на благо страны и будущее народа! Я практически святой! Ха-хаЙ

Ноябрь-Декабрь 1780 года. Екатеринбург, Сибирская губерния, Российская империя

В середине ноября на Урале зима уже в полном разгаре, и жизнь постепенно замирает. Только заводы и связанные с ними люди продолжают работать. Это я могу позволить себе отдохнуть. Год выдался насыщенный, даже более энергозатратный, чем в Орской крепости. Там всё было просто: есть враг, причём неумный, которого надо давить. Основание металлургических производств, угледобыча и получение керосина шли параллельно. Нет там особо моих заслуг, разве что идея с пространными описаниями крекинга нефти. Далее учёные всё сделали сами. С металлургией вообще легко — выделил деньги, привёз инженеров и поставил задачу.

А вот заниматься сразу несколькими делами в условиях сжатого времени мне давно не приходилось. Если честно, я вообще привык не напрягаться. Обладая колоссальными ресурсами и послезнанием, оно без надобности. И вдруг пришлось переоборудовать сразу несколько заводов, одновременно встраивая в концерн предприятия компаньонов. Ну и золото! Как без него? Просчитался я, чего греха таить. Думал, будет минимум два года на развёртывание, однако по факту получилось намного меньше. Упомянутые компаньоны и не позволили спокойно работать. Уже в конце лета Трубецкой, Демидов и Разумовский прислали своих людей, начав обустраивать их на выделенных участках. Весной прибудут представители других союзников, да и сами они хотят на месте обсудить перспективы недавно созданной «РЗК». Покой нам только снится.