- Ваш, сэр. Всегда. Я... Моя... Любовь.

      Тобиас улыбнулся, застегнул ошейник, вставил запирающие болты на место и закрепил его.

      - Да. Любовь. - Он протянул руку Ною и позвал его. - Любовь.

      Ной быстро подошел и опустился на колени рядом с Фаном, который все еще держал Тобиаса за руку.

      - Поздравляю, зай, - тихо сказал он. - И добро пожаловать.

      Фан разрыдался.

      Тобиас улыбнулся и расстегнул наручники, наконец-то, освободив его и взяв на руки.

      - Давай посмотрим на твою спину, - прошептал он. - А потом ты, Никки и Ной сможете хорошенько поплакать, пока мы с Бредфордом пообщаемся минут десять. И тогда, подозреваю, потребуется побег.

      Ной осторожно обнял Фана и поцеловал его, затем встал и поцеловал Тобиаса.

      - Я поздравляю вас, сэр.

      Голос Бредфорда прорвался сквозь аплодисменты и поздравительную болтовню.

      - Все, напитки подаются в баре, а в обеденном зале накрыт «шведский стол». Дайте нам минутку, и мы присоединимся к вам. - Он, очевидно, освободил Никки от пут, пока Тобиас разговаривал с Фаном, и уже нанес мазь на пальцы, аккуратно размазывая ее по спине Никки. Никки, казалось, оправился от первоначальных эмоций и тихонько шмыгал носом, пока Бредфорд делал свою работу.

      Тобиас и Ной убедили Фана не двигаться самым простым способом: Ной встал перед ним и осторожно держал его, а Тобиас осмотрел его спину, размазывая арнику, чтобы синяки оставались в пределах нормы.

      - Ладно, мальчик, - сказал он. - Время для поцелуев.

      Ной ухмыльнулся и, взяв Фана за плечи, развернул его лицом к Тобиасу.

      - Можете поцеловать невесту, - сказал он со смехом. - Сэр.

      Фан даже не стал возражать против слова «невеста», просто бросился в объятия Тобиаса, закрыл глаза и запрокинул лицо.

      Тобиас засмеялся от восторга и крепко поцеловал его, захватывая его рот с сильной и мучительной страстью.

      - Люблю тебя, мальчик, - сказал он, отпуская его.

      - Люблю вас, сэр, - сказал Фан, сияя улыбкой и обвивая руками шею Тобиаса.

      - У тебя великолепный ошейник, - начал было Ной, но, очевидно, заметил что-то еще. - Ой. Ух ты. - Ной прочистил горло и незаметно указал налево от Тобиаса, где Бредфорд и Никки занимались примерно тем же самым. Бредфорд одел Никки в мягкую свободную рубашку, достаточно длинную, чтобы прикрыть его больную спину и задницу. Бредфорд держал одну руку на подбородке мальчика и нежно целовал его, а Никки почти растаял в шелке и коже Бредфорда.

      Тобиас улыбнулся, наблюдая за ними, больше из-за очевидной нежности Бредфорда к своему возлюбленному, чем из-за чего-либо еще. Одной рукой он обнял Фана, а другой потянулся к Ною, притягивая его к себе.

      - Они выглядят счастливыми, - тихо сказал он. - Я долго не мог дождаться.

      - Вы двое когда-нибудь присоединитесь к вечеринке? - раздался знакомый голос от двери. Это был Логан. - Наше шампанское нагревается!

      Бредфорд прервал разговор с Никки и повернулся, чтобы посмотреть на Логана.

      - О, очень хорошо, - сказал он со вздохом, как будто вечеринка была для него большим испытанием. - Пойдем, Никки, дорогой. Тобиас, приводи своих мальчиков. - Никки развернулся и последовал за ним из комнаты.

      Тобиас посмотрел на своих мальчиков, все еще улыбаясь.

      - Давайте заставим их упасть в обморок от зависти, мальчики. - Он взял поводок Фана, прикрепил к его ошейнику и вывел их из комнаты, прекрасно понимая, что они идут, держась за руки.

      Как и положено.

Глава 34

      Тобиас приподнял бровь и погрузился в ванну глубже, ожидая, когда присоединятся его мальчики. Если бы он не знал их лучше, то подумал бы, что Фан нарочно задержался, любуясь своим новым ошейником.

      Хотя, если подумать, он знал лучше - его мальчик был настоящим павлином, и ему не следовало забывать об этом.

      - Фантом. Он прекрасен. Мы все это знаем. Тащи сюда свою задницу и позволь Ною разлить чай!

      Фан ухмыльнулся и тут же повернулся к ванне.

      - Да, сэр, - сказал он, перелезая через край и прижимаясь к Тобиасу. - Простите.

      Тобиас не смог сдержать улыбки. Фан весь день парил, прижимаясь к нему и не переставая улыбаться. Он поцеловал его в макушку и посмотрел на Ноя как раз вовремя, чтобы принять две кружки чая.

      - Спасибо, малыш.

      - С удовольствием, сэр. Что я могу сделать для моего господина и его вновь окольцованного мальчика. - Ной усмехнулся и нырнул в ванну с ними. - О-о-ох. Горячо, - сказал он с долгим вздохом.

      Фан пискнул, и Тобиас почувствовал, как он улыбается. Закатив глаза, он расслабился в воде, переплетя свои ноги с ногами Ноя, пока тот не допил чай и не обнял его.

      - Мы знаем, как Фан, - заметил он. - Как ты, малыш?

      - Я в порядке, - задумчиво произнес Ной. - Все еще под впечатлением вчерашнего вечера, понимаете?

      Тобиас кивнул.

      - Как и все мы, - сказал он с улыбкой, которая, как ему показалось, могла сойти за ухмылку. - И в этом нет ничего плохого. - Он обнял Фана за плечи. - Однако, после вечеринок с ошейниками есть жизнь, и у нас много изменений.

      - Мммм, - промычал Ной, опускаясь пониже в ванну. Его голос был спокойным. - Вы скоро станете учителем. Это довольно круто. С нетерпением ждете этого?

      - Вообще-то, да. Меня немного удивляет, насколько сильно.

       - Почему? - мягко спросил Фан. - В смысле, почему это удивляет? Вы одинаково хорошо ладите и с людьми, и с животными. Ну, если только люди не глупы.

      Тобиас так же тихо рассмеялся.

      - Наверное, я никогда не задумывался о том, чтобы вести такой образ жизни, при котором это стало бы полноценным занятием. Я думал, это может ограничивать... Вместо этого я чувствую свободу. Ну, по крайней мере, на данный момент.

      - Окружить себя средой, где сможешь быть самим собой? - Ной улыбнулся. - Держу пари, это здорово. Думаю, у вас все получится. И с Бредфордом вы отлично сработаетесь, да?

      - Если не поубиваем друг друга и не станем буйными алкоголиками, - подмигнув, ответил Тобиас. - Нет, думаю, у нас все будет хорошо. Мы умеем держаться подальше друг от друга, если только это не является важным вмешательством. И даже тогда, тот, кому нужен толчок, обычно сам ищет его.