Бредфорд покачал головой.

      - Никки ни слова не сказал, когда Фан жил с нами, а я знал, что пренебрегаю им. Думаю, он, вероятно, оставил бы все как есть, надеясь, что я исправлю ситуацию, до тех пор, пока больше не смог бы этого выносить, и тогда мы бы закончили разговором о расторжении контракта, и я бы пошел на попятную и извинялся в очень неподобающей для Дома манере.

      - Итак... тебе нужен партнер, по многим причинам. А мне нужно найти способ сбалансировать свою жизнь.

      - Верно. Думаю, мы это уже обсуждали. - Бредфорд улыбнулся.

      - Я поговорю с ними. Поговорю с Ди. Поговорю с... несколькими людьми о многих вещах. Это все, что я могу сейчас сделать, старина.

      - Великолепно. Голоден?

       - Скорее да. Давай поедим. - Тобиас еще раз взглянул на папку и отложил этот вопрос в сторону, до возвращения домой.

Глава 30

      Тобиас вернулся домой чуть позже половины десятого и, отпирая дверь, нажал на кнопку звонка.

      - Привет, мальчики, - прокричал он, перекрикивая шум, ухмыляясь.

      - Здравствуйте, сэр! – пропел Ной под звуки звонка. Он появился на верхней площадке лестницы. - Фан был очень занят сегодня вечером, вы бы видели.

      - О, боже. - Тобиас чуть было не покачал головой, представив, в какие неприятности попал мальчик, но потом остановился. - Подожди, рисование? Или пена в ванне?

      - Рисование. - Ной рассмеялся. - Я спрятал пену.

      - Хороший мальчик, - одобрил Тобиас, вешая пальто. - Теперь, если бы мы только могли спрятать сахар... - Он поднялся по лестнице и, добравшись до верха, поцеловал Ноя. - Веди, малыш.

      Ной целовал чуть дольше, чем планировал Тобиас, затем взял его за руку и повел в спальню Фана. Он пропустил Тобиаса внутрь, но сам остался стоять в дверях.

      - Здравствуйте, сэр, - сказал Фан, подбегая получить свой поцелуй. Он тоже растянул его, и Тобиас решил, что это будет физически насыщенная ночь. - Заходи, котенок, - добавил он, отпуская Тобиаса.

      - Ни в коем случае, Фан, - сказал Ной, оставаясь на месте. - Если только сэр не разрешит.

      Тобиас закатил глаза.

      - Входи, малыш. Это его личное пространство, он сказал, что все в порядке. - Он сделал мысленную пометку немного уточнить правила. На самом деле, послушные сабы - радость, за исключением тех случаев, когда это не так. Он рассмеялся про себя и выжидающе посмотрел на Фана. - Ну? Покажи мне, дорогой.

      Фан ухмыльнулся.

      - Ничего особенного. - Он провел по щеке, и капля синей краски превратилась в полоску. - Черт.

      - Как мило, - заверил его Тобиас. - Рисуешь?

      Фан указал на один из углов, где у него был импровизированный мольберт. Холст был не слишком большим, может, двенадцать на шестнадцать дюймов, но он хорошо его заполнил. Обнаженная мужская фигура была обведена темными завитками, бледность ее кожи почти светилась на контрасте.

      - Это Ной? - Спросил Тобиас, вытаращив глаза. Это был великолепный образ.

      - Ага. Он не позировал или что-то в этом роде, я просто как бы... нарисовал. Не так уж и ужасно, правда?

      Тобиас предположил, что вопрос был риторическим, потому что картина была прекрасной.

      - Подожди, это я? - Ной шагнул в комнату, подходя ближе. - Ты не говорил, что это должен быть я. - Он подошел еще ближе. - Вау, Фан.

      Тобиас фыркнул.

      - Здесь нет никакого «должен был быть», малыш. Посмотри на плечи, на линию бедер. Один только вид члена должен был подсказать тебе. Он прекрасен.

      Фан прикусил губу.

      - Ты злишься, Ной? - тихо спросил он.

      - Что? Нет! - Ной подошел к Фану и обнял его за талию. - Нет, зай, я... ничего себе. Ошеломлен. Польщен. Это прекрасно. В смысле, картина прекрасна, но ты сделал меня слишком горячим. - Он усмехнулся.

      Фан ухмыльнулся.

      - Тебе, правда, стоит почаще на себя смотреть.

      Тобиасу пришлось согласиться.

      - Можно я возьму ее, когда высохнет? - спросил он. Он наблюдал, как моргает Фан.

      - Конечно, - сказал Фан, выглядя все более и более удивленным. - Если хотите.

      - Хочу, - сказал Тобиас, изучая картину. - И мне нужно придумать, куда ее повесить. Как ты думаешь?

      - В вашей комнате? - предложил Фан. - Или в гостиной?

      Ной перевел взгляд с одного на другого.

      - Вы хотите повесить в гостиной портрет моей обнаженной натуры?

      Тобиас кивнул, не отрывая глаз от картины.

      - Да, думаю, да.

      Ной покачал головой.

      - В смысле, это действительно красивая картина, но...

      Тобиас ухмыльнулся.

      - Ты не хочешь, чтобы наши друзья восхищались тобой? После того, как я выводил тебя на улицу в разной степени обнаженности, трахнул в переулке на глазах у большинства из них и заставил надеть чапсы на глазах у Луки и Бредфорда? После того, как я раздел тебя догола на глазах у всех, когда надевал ошейник? После всего этого ты не хочешь, чтобы твоя красота демонстрировалась в гостиной?

      Ной потер затылок.

      - Ну, если вы так ставите вопрос, сэр...

      - В самом деле. Да, думаю, она будет висеть в гостиной. Молодец, Фантом. Она прекрасна.

      Фан улыбнулся и заерзал.

      - Спасибо, сэр.

      - Это правда. Даже если это я, - пошутил Ной и крепко поцеловал Фана.

      Тобиас закатил глаза.

      - Ты совсем не тщеславен, правда, малыш?

      - Наоборот, я знаю, что чертовски хорошо выгляжу в этих чапсах. - Ной улыбнулся. - Как прошел ужин?

      Тобиас рассмеялся.

      - Мне нравятся эти чапсы. Ужин был... интересным. Вообще-то, это дало мне пищу для размышлений. И желание поговорить с вами обоими.

      - О-о-о. - Ной посмотрел на Фана. - Звучит зловеще.

      - Может быть. А может, и нет. - Фан сразу же забеспокоился, и Тобиас инстинктивно притянул его к себе, погладил и поцеловал в нос. - Вы двое приготовились ко сну? Домашние дела закончены? - спросил он.