- Конечно. Со своей стороны я бы хотел привлечь Фана. Он заядлый мазохист и невероятно красноречив. Он будет знать, как выразить, внимателен ли и хорошо ли себя ведет тот или иной Дом. К тому же, он мой, так что я смогу установить все ограничения без каких-либо вопросов.

       - Это касается только тебя и твоего мальчика. Если хочешь внести его в платежную ведомость, действуй. В какой-то момент я ознакомлю тебя с бухгалтерией и введу в курс дела о том, сколько я плачу сотрудникам и тому подобное. Нужно ли нам соглашение о партнерстве? Или мы какое-то время обойдемся без него и решим это позже?

      Тобиас посмотрел на него с жалостью.

      - Мы живем по контрактам, и мой папа меня кое-чему научил. Кстати, я серьезно насчет кабинета. Мне нужно какое-нибудь место, вне дома, чтобы работать и встречаться с людьми.

      - Конечно. Тебе оно нужно здесь, в клубе, или за его пределами?

      - Вообще-то, здесь было бы наиболее логично. Скажи, когда ты собираешься окольцевать мальчика?

      - Прямо за этой стеной, - сказал Бредфорд, указывая пальцем, - находится комната примерно такого размера, которую я использую в качестве хранилища. Я распоряжусь, чтобы там все убрали, и сможешь делать с ней, что захочешь. Достаточно просторно? - Бредфорд посмотрел прямо на него, демонстративно игнорируя его вопрос о Никки.

      - Должно быть. Я думаю, ему бы подошел золотой ошейник. Цвет его кожи прямо-таки кричит об этом. А вот для Фана... серебряный, но звенья слишком мягкие, так что, думаю, придется выбрать что-то более солидное. - Тобиас ухмыльнулся и обвел взглядом кабинет. - А твой больше, хоть на чуть-чуть, да?

      - Не знаю, может, нам встать и сравнить? - Бредфорд скрестил руки на груди, но едва скрывал ухмылку.

      - Да, пожалуйста. Мы оба знаем, что мой член больше, а яйца висят ниже. Итак, ты влюблен в Никки. Поздравляю.

      Бредфорд рассмеялся.

      - Ты невыносим, Тобиас. Что ты на самом деле хочешь знать? Да, я хочу окольцевать мальчика. Хочешь сказать, что собираешься окольцевать и Фана тоже?

      - О, разве я не объяснил? Извини. И я хочу услышать это от тебя, Бредфорд. - Тобиас улыбнулся ему. - Давай. Ради меня? Произнеси эти слова, это мне очень поможет.

      Бредфорд вздохнул.

      - Я по уши влюблен в Никки. - Он полез в карман пиджака и вытащил сигареты. - Вот ты жук!

      Тобиас покачал головой, шагнул к другу и, заключив его в объятия, смяв сигареты.

      - Хорошо, - прошептал он ему на ухо. - Ты заслуживаешь счастья.

      - Правда? - Бредфорд снова вздохнул. - Ну, в любом случае, большое облегчение.

       Тобиас приподнял бровь.

      - Садись. Поговорим. - Он схватил сигареты и, прикурив две, протянул одну Бредфорду.

      - О нет, ты этого не сделаешь. - Бредфорд ухмыльнулся, взял сигарету и откинулся на спинку стула. - Я потратил годы на отрицание, выстраивая этот крутой и нерушимый фасад, и не собираюсь позволять тебе разрушать его такими банальными вещами, как сентиментальность и правда.

      - К черту все это, - резко сказал Тобиас. - Ты разговариваешь с человеком, который собирается окольцевать Фантома Шоу. Это перевешивает все, что у тебя. Поговори со мной.

      - Черт бы побрал тебя и твой козырь. - Бредфорд глубоко затянулся и медленно выпустил дым, наблюдая, как он рассеивается. - Никки еще ребенок. Ему двадцать два, ты знал? Двадцать два. Все это время я был совершенно уверен, что больше всего мне нужен зрелый саб, кто-то, кто многое повидал. Кто-то со своим багажом, пресыщенный, многослойный и сложный. Кто-то, кто мог бы посмотреть на меня и простить мои недостатки.

      Он сделал еще одну затяжку, запив ее глотком воды из бутылки, стоявшей на его столе.

      - Никки не такой, как все. Совсем. Он милый и доверчивый, с ним никогда не обращались плохо, не причиняли ему боль и не лгали, и я научил его практически всему, что он знает о теме. У него нет опыта, никаких слоев, он просто... такой, какой есть. Он чистый лист, невинный с широко распахнутыми глазами. Ему не нужно прощать мои недостатки, потому что он их не видит.

      Еще одна затяжка, и Бредфорд задумчиво замолчал.

      Тобиас немного подождал.

      - Но ты их видишь, и... что? Боишься, что однажды он заметит твои недостатки и уйдет?

      Бредфорд покачал головой.

      - Нет, нет. Я думаю, к тому времени, как он их увидит, он узнает меня достаточно хорошо, чтобы справиться с ними. Дело не в этом.

      Тобиас наклонил голову.

      - Тогда в чем? В его возрасте? Он совершеннолетний и, кажется, знает себя. Он знает, кто он.

      - Это большая ответственность, Тобиас, многого нужно достичь. Если и когда он впервые испытает боль или разочаруется в своих иллюзиях - впервые в жизни? Это будет моя вина. - Бредфорд докурил сигарету и затушил ее в пепельнице на своем столе. Он прижал ладони к глазам. - Черт.

      - И почему ты так уверен, что причинишь ему боль? - Мягко спросил Тобиас. - Почему ты думаешь, что сделаешь что-то не так?

      - Я не предполагаю, что так будет, просто не уверен, что этого не произойдет.

      Тобиас затянулся сигаретой, рассеянно отметив, что делает это слишком часто.

      - Какова альтернатива? - спросил он. - Либо ты любишь его, становишься его Мастером и партнером, либо нет. Рискни или отпусти его, чтобы вы оба были несчастны, и он, по сути, впервые пострадает.

      - Неужели тебе обязательно, чтобы я чувствовал себя загнанным в ловушку? - Бредфорд вздохнул и поднял руку. - Не отвечай, это был спор, оправдание и несправедливо. - Он залпом выпил свою воду. - Я люблю его. Я хочу публично надеть на него ошейник и рассказать всем, как я им горжусь. Я хочу продолжать с ним работать. У меня нет никаких оснований думать, что я все испорчу, просто это ответственность, которой я годами избегал. Лет десять, может, пятнадцать, Тобиас.

      - И ты чувствуешь себя в ловушке? - Тобиас затушил сигарету. - Ладно, вернемся назад. Расскажи, что случилось в прошлый раз… меня там немного… не было, помнишь? Ну, пятнадцать лет назад мы закончили обучение, и я порол все, что двигалось. Десять лет назад я был в Париже.

      - Знаешь, то, что случилось с Дарио, уже не имеет значения. Все развалилось само собой. Я не выполнил свою часть сделки, а он не был честен в том, что ему было нужно.

      - Верно. Итак... ты делаешь для Никки все, что обещал. Я знаю, что это так. И он чертовски ясно дал понять, что ему нужно, и мирился с Фантомом. Он любит тебя, Бредфорд, но он саб. Он счастлив, здоров и более спокоен, чем был, когда появился в первый раз... Что я упустил?