Но ладно, пусть все же Вася решает… Ну или не совсем сам. Мне вот даже интересно послушать, какой совет ему будущий тесть даст по этому поводу…

Вернулся домой поздно, и Галия мне тут же и говорит:

— Паша, Валентина Никаноровна сказала, что тебе два раза сам посол Кубы в СССР Эммануэль Диас звонил! Просил во второй раз обязательно завтра утром с ним связаться. Как думаешь, что кубинцы от тебя хотят?

Ну, долго мне размышлять над этим вопросом не пришлось… Восьмое марта послезавтра…

— Думается мне, хотят накормить тебя и детей свежими кубинскими фруктами. А меня кубинским ромом напоить из лимитированной серии для высшего партийного руководства Кубы… Все возьмем, конечно, но ром пить сами не будем. На подарки пустим. Кстати говоря, у нас этого рома еще с прошлого раза прилично осталось. Как смотришь на то, чтобы бутылочку в чемодан, что Миронову подарим, подложить? Сам он вряд ли пить будет, но кого-то из друзей-ценителей порадует…

— Почему бы и нет, Паша? — улыбнулась Галия.

Москва, квартира Ивлевых

С утра набрал по указанному телефону кубинское посольство и очень скоро меня с послом соединили.

— Павел! Можешь заехать сегодня к нам? Желательно побыстрее… — сказал Диас.

— Да, конечно, Эммануэль. Через час устроит?

— Великолепно! Буду ждать! Заезжай сразу к нам на территорию…

Положив трубку, понял, что, похоже, не ошибся с прогнозом. Раз на машине и во двор, то подарки точно будут. Интересно, только подарки или еще что-то? Какой-то новый вопрос от Кастро?

Заехал во двор штатно, в этот раз подъехать смог прямо к зданию посольства. Явно никого из братьев Кастро сейчас в посольстве нет, раз разрешают так свободно разъезжать по территории. Встречавший меня у ворот дипломат провел меня в кабинет посла.

Сразу, заходя в кабинет, скосил глаза на два привычных ящика на столе. Привычная картина… Один явно с фруктами, другой с алкоголем.

Эммануэль встретил меня на середине кабинета, сердечно улыбаясь, обнял.

— Дорогой друг! — сказал он. — Хочу от имени правительства и народа Кубы поздравить твою жену и мать твоих детей Галию с наступающим праздником восьмого марта!

Ну что же, дело приятное…

Поговорили минут десять о текущей мировой политики. Посол, как обычно, клеймил американцев, а я кивал — я и сам их не люблю особенно. Чего же мне не кивать? Какой-то ненависти к ним не испытываю, подозреваю, что любой народ, набравший такую военную мощь, как американцы, будет для других стран мира не подарок. Но в данный момент, и следующие полсотни лет именно американцы и будут создавать для многих стран мира проблемы.

Но затем, когда я уже думал, что вот-вот начнем прощаться, Эммануэль внезапно сказал:

— Павел, я также уполномочен от лица правительства Кубы вновь пригласить тебя с семьей на три недели на отдых на Кубе в этом году в любое удобное для тебя время. Хоть прямо через неделю! Все за наш счет, включая перелет, проживание и питание.

Чего-то такого я и ожидал, учитывая, сколько я всего уже сделал для Кубы. Но прямо сейчас, конечно, готов ехать не был, поскольку всего четыре месяца назад мы с Кубы вернулись. Рановато еще на отдых в тропики отправляться. Ну и тем более Италия… Сначала я еду, потом Галия с детьми… А потом уже начинается плохой сезон для туристических поездок, насколько я помню. Так что, похоже, раньше ноября нечего и ехать. Но главное, что такая возможность теперь имеется…

Сердечно поблагодарил посла. Договорились, что я подумаю, когда поеду, и когда определюсь с датами, минимум за несколько недель до поездки предупрежу о ней.

Ну а затем посол встал со своего места, показывая, что аудиенция закончена, мы попрощались, и два дипломата потащили мою добычу к багажнику моей машины.

Сразу завез все домой, к чему рисковать, что фрукты подмерзнут?

Только занес ящики домой, еще открыть их не успел, как позвонил Сатчан.

— Ну что, Паша, готовы твои бумаги на выездную визу! — сказал он. — Можешь уже паспорт свой забирать и в итальянское посольство с ним отправляться. Только не забудь приглашение свое из Италии взять, а то без него развернут на выход. Сама советская выездная виза для итальянцев основанием для въезда в Италию вовсе не является.

— Спасибо большое, дружище, — сказал я, мысленно усмехнувшись при разъяснениях Сатчана.

Так-то, в принципе, для обычного советского гражданина вполне себе разумное разъяснение, если он впервые за рубеж в капстрану выезжает, да еще не по групповой турпоездке. Он действительно может, забыв про итальянское приглашение, с выездной визой и паспортом в итальянское посольство пойти. Не понимая, что выездная виза — это полностью советская придумка.

А вот для итальянского посольства это филькина грамота. Ему итальянское приглашение нужно.

Но мне, конечно, такого пояснения делать не нужно было. Я в прошлой жизни раз, наверное, тридцать пять оформлял визы в страны Европы. Почти всю эту Европу и объездил, помимо нескольких стран и того же самого Косово. В него я и сам бы ни за какие деньги не согласился бы поехать. Специфическое достаточно местечко. Туда можно отправляться, только если ты очень рискованный человек. И себя тебе особенно не жаль.

Сейчас, правда, Косово — вполне себе нормальная часть социалистической Югославии. Люди там очень сильно удивятся, если узнают, что в двадцать первом веке это будет одно из самых опасных мест в Европе.

Мелькнула даже мысль, что, может, однажды смотаться туда, пока там еще все очень пристойно, и закрыть брешь в моих географических путешествиях по Европе в прошлой жизни? Ну а что? Хочется же везде флажки поставить, где еще не был, на мысленной карте путешествий по Европе.

Кстати говоря, я и в Боснии и Герцеговине в прошлой жизни тоже не побывал. И тоже по той же самой причине, что и в Косово. Там, конечно, поспокойнее в двадцать первом веке, чем в Косово, но тоже достаточно место специфическое. Одно из самых беднейших государств в Европе в результате распада Югославии.

Словно какое-то кармическое воздаяние за те проблемы, что в Боснии и Герцеговине произошли в тысяча девятьсот четырнадцатом году, послужив началом Первой мировой войны. Хотя и странно, конечно, в этом случае, что кармическое воздаяние настигло жителей этой местности лишь спустя почти столетие, а сейчас они вполне себе нормально живут…

Сразу с Сатчаном договорились, что я к нему сейчас и подъеду. Тем более, что все равно пришло время по его модернизационным проектам переговорить…

Переговорить договорились в моей машине. Ну да, а то ясное дело, что в его кабинете в МГУ нам не получиться пообщаться. Сатчан сам рассказал, когда на лыжах катались, что теперь у него настоящая работа, без продыха. Чтобы к нему в кабинет не было очереди — такое даже сложно и представить. Так что только в моей машине мы и сможем с ним нормально переговорить, чтобы нас не отвлекали каждую минуту.

Вскрыл только тот ящик, что не булькал, ожидаемо обнаружил там тропические фрукты, и все скоропортящееся в холодильник положил. Манго помыл и Валентине Никаноровне показал, чтобы детей угощала — она в улыбке расплылась, видимо, вспомнив, как мы славно на Кубе отдыхали. Велел ей тоже есть, а не только малышей угощать, и еще один манго, самый большой, презентовал ей по случаю наступающего праздника. Завтра она у нас выходная, куда-то с генералом Балдиным пойдут, скорее всего, в ресторан, так что с парнями нашими будет моя мама сидеть. Ринат уже достаточно подрос, чтобы его приносить с нашими парнями общаться, и главное, что мы уже убедились, что они его не обижают. Они играют, а он завороженно лежит на пузе и смотрит, и готов это делать часами.

А как из ресторана придем, Ахмад подойдет, Загит с Аннушкой и будем восьмое марта уже дома отмечать на три семьи. Так что у Миронова сильно задерживаться не будем, посидим пару часов и домой.

Кубинцы все же нас здорово выручили — завтра у нас будет для гостей шикарный фруктовый десерт, равного которому в Москве будет еще поискать. И найти удастся разве что у членов Политбюро, заведующих крупными базами, да тех, кто, как и я, регулярно получает подарки от кубинского посольства…