Слуга снова запнулся, явно не зная, как правильно сформулировать информацию, которую ему недавно передали по рации.

– Да говори уже, не томи, – раздраженно нахмурился Даздраил.

– Там никого нет, – на одном дыхании выпалил подчиненный. – Ни капли крови. Ни дальнейших следов. Они словно… исчезли.

– Что значит исчезли? – лицо Даздраила мгновенно лишилось эмоций.

За свои три сотни лет жизни он слышал самые разные байки и застольные сказки. Он повидал многое, участвовал в конфликтах, видел как меняется мир и знал, что в тайге может случиться всякое. Но чтобы группа рейнджеров просто испарилась посреди леса… Это было что‑то новенькое. Такого не случалось даже в те далекие времена, когда этот мир был по‑настоящему полон магии. Одно дело, когда отряд разорвали в клочья дикие звери – тогда остаются изувеченные тела, обрывки снаряжения, лужи крови на снегу. Но бесследное исчезновение?

– Исчезли, господин, – повторил эльф, видя холодное недоверие в глазах хозяина. – Они начали бежать, а затем их следы попросту обрываются.

Даздраил несколько секунд молчал, обдумывая услышанное. Ситуация явно выходила из‑под контроля и начинала пахнуть серьезными неприятностями, в которые ему совершенно не хотелось влезать. У него были свои планы на эту ночь, и беготня по лесам за пропавшими солдатами в них не входила. Однако вернуть Наиру, хочет она того или нет, было вопросом принципиальным.

– Разберитесь, – он раздраженно отмахнулся, поворачиваясь обратно к панорамному окну и давая понять, что разговор окончен. – И чтоб завтра к полудню у меня была информация, куда они делись, и что с Наирой. Меня не волнуют оправдания про оборвавшиеся следы.

Эльф в халате поспешно закивал, соглашаясь с приказом, и начал пятиться к двери.

– Будет исполнено, господин.

– И ты все это время молчала? – спросил я удивленно.

Я смотрел на эльфийку и пытался переварить услышанное.

– А что я должна была сказать? – удивленно вскинула она брови, словно я спрашивал какую‑то глупость. – Привет, я Наира, сбежавшая невеста одного из эльфийских высокородных? Ты так это себе представляешь?

– Я не прошу тебя об этом кричать всем и каждому, но могла хотя бы предупредить.

– О чем? Что этот полоумный наймет рейнджеров, которые должны прийти ко мне в бункер и силой утащить домой, потому что когда‑то давно наши семьи договорились, что меня отдадут за Даздраила замуж? А меня кто‑нибудь об этом спросил вообще? Я в дозорные поэтому и ушла, что здесь у меня иммунитет ко всем договоренностям предков, и я могу жить так как хочется мне, а не как решили старшие.

Вот это да. Я даже не сразу нашел, что сказать, потому что… серьезно? Вроде бы двадцать первый век на дворе, ну или местный его аналог, если судить по плазменным панелям, автоматическим турелям и гравитационным двигателям. А у нас тут дочерей замуж отдают по указу родителей и по договоренности? Варварство какое‑то средневековое. Ну не может же быть подобного в цивилизованном обществе!

А затем я вспомнил, что такие процессы происходили даже в моем старом мире. В некоторых регионах и странах договорные браки цвели буйным цветом, и никого не волновало желание самих молодых. Так что я вовремя прикусил язык и не решился высказываться вслух про дикость эльфийских нравов.

– Ясно, – я почесал заросший щетиной подбородок, обдумывая ситуацию. – И что, думаешь, они действительно пришли, чтобы попытаться украсть тебя со смотровой вышки и утянуть домой?

– Судя по тому, что сказал один из рейнджеров – да. И очень вероятно, что придется ждать другую бригаду, когда им станет известно, что эта пропала.

Она принялась нервно ходить взад‑вперед по замусоренной комнате, скрестив руки на груди. Стекло противно хрустело под ее ботинками, и это мельтешение начало меня раздражать.

Я поднялся с кресла, на что Ночес тут же недовольно мявкнул, возмущенный тем, что его лишили теплой лежанки. Я аккуратно снял кота, положил его на сидение и принялся наводить порядок. Поднял перевернутый столик, поставил на место тяжелую тумбу, после чего пошел в сторону кухонного уголка и нашел там в углу веник с совком.

– Что ты делаешь? – спросила Наира, остановившись и глядя на меня так, словно не верила своим глазам.

– Как и сказал, – ответил я, сметая битые колбы и сухую траву в одну кучу. – Прибираю бардак.

Героически вздохнув, эльфийка молча присоединилась к уборке. Она нашла тряпку, вытерла пролитый чай, затем принялась расставлять уцелевшие предметы по местам. Бу тоже не остался в стороне. Наш каменный друг ходил рядом, складывая крупные черепки, обломки пластика и прочий мусор, после чего выбрасывал их в мусорное ведро. Смотреть на то, как глыба горной породы уборкой, было забавно, но помощь лишней не бывала.

Через час с небольшим все было завершено. Мы вынесли мусор, протерли полы, и в бункере стало почти так же уютно, как раньше. Осталось только замазать шпатлевкой следы от пуль на бетоне, и помещение будет как новенькое.

– Ну вот и все, – ответил я, отряхивая руки ладонью об ладонь. – А вы боялись. Траву новую срежешь в лесу, развесишь все как было раньше. Вот только… – я посмотрел на обломанные полки, которые сиротливо лежали в углу вместе с вырванной с корнем вешалкой из тамбура. – Это я смогу починить, но уже не сегодня. Завтра принесу инструмент, забью новые крепежи и повешу.

– Починишь? – она посмотрела на меня так, словно никогда в жизни не видала мужчину, который что‑то чинил своими руками. – Что, правда? И полки на место поставишь?

– Ну, да… – ответил я, почесывая затылок, искренне не понимая ее реакции. – Что такого‑то?

Я действительно не видел причины для такого искреннего удивления, поскольку в моей прошлой жизни такие вещи были абсолютной обыденностью. Отвалилась ручка на дверце шкафа? Взял отвертку и прикрутил на место. Потек кран на кухне? Взял разводной ключ, поменял прокладку и затянул. Сорвало смеситель? Перекрыл воду, сходил в магазин сантехники, купил новый и заменил за полчаса. Ничего сложного, обычная ловкость мужских рук и никакого мошенничества.

Но потом до меня дошло. Я ведь сейчас нахожусь в теле молодого имперского аристократа, который вырос в богатом поместье с кучей прислуги, а затем сразу ушел в армию. Скорее всего прежний Егор в жизни молоток в руках не держал, и для Наиры мое предложение звучало так же дико, как если бы я вызвался перепрограммировать сервер Министерства обороны.

– Спасибо, – она мягко улыбнулась, и вся ее недавняя нервозность куда‑то испарилась. – Что я могу для тебя сделать за это?

Молодой и напичканный гормонами организм тут же весьма однозначно намекнул, чем привлекательная эльфийка может расплатиться за услуги мастера на все руки, но я сразу же придавил глупые юношеские вожделения старческим опытом. Нам сейчас только служебных романов с чужими невестами не хватало для полного счастья.

– Да что‑нибудь вкусное приготовишь, – ответил я, отгоняя лишние мысли. – Пироги печь умеешь? С капустой вот. Давно домашнего не ел.

– Пироги? – она приложила указательный палец к подбородку и посмотрела в потолок, словно там был припрятан кулинарный рецепт, который надо было срочно посмотреть. – Да, когда‑то делала давно, мама учила. Но я их сто лет не делала.

– Не может быть, максимум пятьдесят. Тебе самой всего девяносто пять, – резонно заметил я.

Она закатила глаза, звонко цыкнув языком.

– Ну хорошо, лет пятьдесят не делала. Доволен?

Я беззвучно рассмеялся, подходя к выходу, подбирая куртку с пуфика.

– Бу, пошли домой. Ночес, хватит дрыхнуть!

Кот приоткрыл янтарный глаз, посмотрел на меня, после чего лениво и неспешно встал. Он картинно вытянул передние лапы, потягиваясь и с наслаждением вгоняя когти в мягкую обивку кресла, а затем так же неспешно спрыгнул на пол и двинулся в мою сторону.

Проходя мимо Наиры, он внезапно остановился. Ночес посмотрел на эльфийку снизу вверх, прижал уши, недовольно зашипел и резко махнул когтистой лапой в сторону ее ботинка. Мол, это тебе за то, что ты пистолетом в меня целилась, остроухая. Коты такие обиды просто так не прощают.