— Признаться честно, подобное поведение от суолы Витании я наблюдал впервые, — растерянно отозвался некромант. — Потому и нахожусь в замешательстве: она всегда показывала блестящие результаты в учебе и ни разу не вмешивала в это личные предпочтения. Вот, наверное, и все, но мои слова прошу считать словами защиты. Я ни в коей мере не оправдываю ее — что сделано, то сделано, но это явно совершено под действием чувств. Тем более что сама Вита ни капли своей вины не отрицает.

— Суола Иви, вы имеете что — нибудь против суолы Витании? — обратился ко мне ректор — да — да, от папы в нем остался только облик.

— Я не знаю, что сказать, стор Эвангелион, — пожала я плечами. — Не вижу между нами ни единой причины для неприязни, поэтому не считаю нужным свидетельствовать против суолы Витании. Надеюсь, это было просто досадное недоразумение, связанное с моей неспособностью контролировать тьму в полном объеме.

Ну а то, что она что — то знает о Дэе, я выясню как — нибудь без чужой помощи, подумала я уже про себя, делая заметку на будущее. Отец задержал на мне взгляд чуть дольше, чем того позволяла ситуация, словно пытался прочесть мысли, но я сидела с решительным выражением лица — хоронить и без того раскаявшуюся девушку было не в моих правилах.

— Что ж, — наконец принял решение отец, — поскольку оба присутствующих здесь мага отзываются о вас крайне положительно или почти так, на первый раз я сделаю вам послабление, суола Витания. Но, по всей видимости, мне стоит резюмировать, что ваша учеба в академии стала для вас приятным бонусом вместо упорного труда, раз вы не считаете нужным скрывать личные предпочтения в угоду тяге к просвещению. Посему назначаю вам работы под началом стори Минрани в корпусе целителей. Помощь ваша будет заключаться в том, чтобы откатить время назад настолько, чтобы знать причину недуга попавшего в руки стори больного. И работа ваша не будет ограничиваться только учебным городком. Если потребуется, вы бросаете все и отправляетесь за преподавателем туда, куда она вам скажет. В свободное от учебы время, конечно. Ну и занятия по управлению даром — пусть на четвертом курсе это и не практикуется, для вас я сделаю приятное исключение. Рассматривайте в качестве наказания, — твердо закончил он, после чего развел руки в стороны. — На этом, уважаемые суолы, я вас отпускаю на занятия. Надеюсь, впредь ни одна, ни другая ни в чем вопиющем замечены не будут.

Мы поднялись, словно по команде, и отправились к двери. На выходе я пропустила Виту вперед, замешкавшись, но, покинув приемную, заметила, что девушка остановилась, будто ожидая меня. Глянув через плечо и убедившись, что я стою рядом, она процедила сквозь зубы:

— Не думай, что после твоей доброты я сразу изменю свое отношение. Если хоть раз увижу рядом с ним — тебе не поздоровится, учти.

Мы обе понимали, кого имела в виду Вита. Только если одна мысль о том, чтобы увидеть нас с Дэем вместе, вызывала у демоницы неконтролируемое бешенство, то я, напротив, преисполнилась светлой надеждой. Если она его знает, вполне возможно, находится в курсе того, почему именно он оказался на туманной земле. Если она его знает, то, возможно, знает именно по академии. Если это так… я точно когда — нибудь почувствую его!

Только допустив эту мысль в голову, я с трудом сдержалась, чтобы не улыбнуться глупо, и последовала к выходу из ректората. Затем остановилась на улице, провожаемая любопытными взглядами проходящих на занятия суолов, с намерением дождаться, когда папа отпустит стора Инфайзера. Пусть инцидент с тьмой и был исчерпан — не насовсем, но на некоторое время точно — у меня оставалась еще одна, и немаленькая, проблема, которую стоило решить. Так что когда преподаватель показался в обозримой близости, я сделала шаг навстречу.

— Суола Иви? — приподнял брови некромант. — Вам что — то непонятно после разговора с ректором?

— Нет, стор Инфайзер, — я помотала головой. — Простите, если отвлекаю, быть может, до занятия мы пройдемся вместе?

— У вас какое — то дело ко мне? — вмиг догадался некромант, и я несмело кивнула. — Что ж, давайте пройдемся.

Всю дорогу до полигона, на котором я должна была продемонстрировать восстановление резерва, я тактично рассказывала историю, случившуюся со мной в Руане, естественно, опуская ненужные подробности. Стор кивал время от времени и, кажется, проникался сутью моего детского страха перед огнем. Наконец, когда я закончила, он, подумав, вынес вердикт:

— Думаю, помочь можно. Но для этого придется работать в паре с огневиком. Как я уже успел убедиться, девчонка ты неплохая, к учебе, несмотря на знания туманных демонов, способная, но твоя сила, пусть частично подчинена, все равно остается без направления. Со своей стороны я сделаю все, что могу. Но тебе нужен свежий взгляд того, кто недавно был в твоей шкуре. Есть у меня один такой суол. Четвертый курс, я вас скоро познакомлю. Но предупреждаю сразу: характер у него — не настойка водницы, с которой ты раньше жила в одной комнате, — видя мое мучительно краснеющее лицо, он довольно улыбнулся. — Ты сильная, он тоже. Придется нелегко. Но, если выдержишь, огня бояться перестанешь. Согласна?

Мне не оставалось ничего другого, кроме как энергично закивать. Это была огромная удача — получить согласие преподавателя с первого же раза! Затем, набравшись смелости, я все же спросила:

— Стор Инфайзер? Почему на полигоне был минимум разрушений? Я знаю свою силу, знаю, на что она способна. А из суолов нет ни одного пострадавшего.

— Ну почему же? — удивился некромант. — Пострадавшая есть, и она передо мной стоит. Как бы ты ни была хороша, я преподаю в этой академии уже давно. Так что между тобой и остальными суолами выбрал их. Потому и разрушений немного — я твою тьму экранировал. Но постарайся такого не повторять — не гарантирую, что в следующий раз окажусь рядом, Иви.

Чердак мне достался с сюрпризом. За небольшой перегородкой, которую я заметила через некоторое время после переезда, скрывалась винтовая лестница, ведущая на крышу. Там оказалась небольшая смотровая площадка, а дальше — огибающие башню ступеньки, спускающиеся вниз. Странно, но при свете дня я их ни разу не замечала. Не в силах побороть любопытство, я, конечно, пошла по ним, чтобы проверить, верна ли моя теория о том, что из башни есть еще один, внешний, выход. Ну, надо же! Надеюсь, никто не видел, чем я решила заняться на ночь глядя. Зато можно было сказать Мани, какой дорогой ко мне пройти. Только ступеньки оказались с сюрпризом: сделаны они были из очень знакомой мне тьмы. Прикоснувшись к одной из них, я, как и надеялась, прочла сообщение папы: «На самый экстренный случай». Теперь все стало ясно. Даже если дар вырвется из — под контроля, я не окажусь запертой в башне, а смогу покинуть ее и незаметно сбежать из академии. Обрадовавшись дополнительной папиной заботе, я вернулась к себе, чтобы спокойно отправиться спать. Однако мечтам моим не суждено было сбыться.

Разбирая постель, я услышала осторожный стук в окно, а подойдя к нему, не могла не узнать белокурую голову Онирена. Удивившись, распахнула ставни и подождала, когда парень, одетый в форму факультета Смерти, окончательно окажется в комнате.

— Они, ты что творишь? — придав голосу строгую окраску, я уперла руки в бока.

— А что еще остается, если ты общаешься со всеми, кроме меня? — улыбнувшись, парень прошествовал внутрь и уселся на краешек моей постели. — Два дня здесь, а уже успела обустроиться и даже помощи не попросила! — пожаловался он, на что я вполне закономерно возразила:

— Мальчишек сюда не пускают.

— Я уже давно не мальчишка, — меня удостоили долгим сердитым взглядом, из которого я поняла: Онирен не ради приветствия пришел.

— И я далеко не маленькая девочка, чтобы ломиться ко мне в комнату, как раньше, — обиделась я. — У меня могут быть дела, которыми я не стану пренебрегать в угоду твоему эгоизму.

— Ты имеешь в виду обнимания с Руанским, которые наблюдает почти вся академия? — огрызнулся Онирен.