Уголок ее рта дернулся, и я кое-что понял. Я провел большим пальцем по ее бедру и нажал на набухший бугорок клитора. Она подалась навстречу прикосновению, вместо того чтобы отстраниться.

Она, блядь, симулировала.

Я перевернул ее на спину, и она издала тихий смешок, от которого я закипел. Черта с два я выпущу ее отсюда, пока не испорчу окончательно. Я хотел затрахать ее до полусмерти.

Я не был машиной, так что мой член еще не был готов к этому — но у меня были другие способы.

Я встал на колени на кровати между ее ног, и она раздвинула их.

— Похоже, ты, может, и не готов. — Искра в ее глазах была насмешливой. Она вот-вот об этом пожалеет.

— О, я еще как готов. На самом деле, это моя, блядь, специализация.

Это было рискованно, но да похуй — завтра утром заставлю медпункт накачать меня их коктейлем от ЗППП.

Она раздвинула ноги шире, чтобы я мог видеть, насколько она всё еще мокрая.

— Блядь. Держу пари, ни один из этих мальчиков из Небесного Района не ценит того, что имеет?

— Однозначно нет.

Я пополз к ней; с каждым моим сантиметром жар в ее глазах нарастал. Схватив ее за ногу, я провел большим пальцем по мягкой коже внутренней поверхности бедра, наблюдая, как она извивается подо мной. Я скользнул им по этой красивой розовой киске — всё еще зияющей после моего члена, — пока не добрался до ее самой чувствительной точки. Ее спина выгнулась, и она ахнула.

Я плюхнулся на живот, любуясь тем, как она дрожит. Я глубоко вдохнул — запах ее возбуждения был лучше любого наркотика, созданного в лаборатории.

Ее голова вскинулась.

— Что ты…

Я нырнул в нее, мой язык скользнул прямо внутрь ее набухшей киски. Она дернула бедрами и попыталась вырваться, но я сомкнул руки на верхней части ее бедер, удерживая ее на месте.

— Расслабься, куколка. Тебе может даже понравиться.

Я распластал язык и провел им по ней, а затем прошелся кончиком по клитору. Она снова заерзала, когда я вдавил язык в нее и зажал ее клитор между ним и своими зубами.

— Не надо… — начала она, как раз в тот момент, когда я потянул за всё это, и она издала звук, представлявший собой нечто среднее между криком и стоном. Больше она не сопротивлялась.

Я нырнул глубже, практически зарывшись в нее всем своим гребаным лицом. Теперь она была моей — и на вкус она была просто охуительной. Каждый раз, когда я проходился по ее клитору, на мой язык выплескивалось еще больше ее возбуждения, и я пил его, как амброзию с небес.

Проклятье, я любил киски. Но эта была чем-то невероятным.

Я пожирал ее до тех пор, пока ее ноги не начали биться об меня. Я снова засосал ее клитор в рот и протолкнул три пальца внутрь. Ее бедра сжались вокруг моей головы.

— Осторожнее, она мне еще нужна, — усмехнулся я.

Ее рука соскользнула на мой затылок, снова прижимая меня вниз.

— Сай, блядь, не останавливайся.

О, теперь я снова был тверд как камень. Я втерся членом в матрас подо мной, но кто я такой, чтобы отказывать леди?

Я двигался быстрее; мой язык работал в тандеме с пальцами, которыми я чувствовал, как упираюсь в эту ребристую поверхность, сгибая их по направлению к своему рту.

Теперь она стонала по-настоящему, сжимаясь вокруг меня — и на этот раз без всякой лжи. Мне просто нужно было столкнуть ее за грань, чтобы она никогда не забыла меня между своими бедрами.

Я распластал язык и прижал штангу к ее клитору; металл сработал как проводник, когда я пустил искру своего Флюкса прямо в нее.

— О-о, бля-я-ядь…

Я почувствовал, как она кончила — ее внутренние стенки обрушились на мои пальцы, когда она излилась мне на лицо. Я слизал всё, что смог, и, блядь, это было хорошо. Она долго билась в спазмах, а я продолжал дразнить ее, пока она не осталась лежать абсолютно без сил, всё еще мягко держа руку у меня на голове.

Я посмотрел на нее снизу вверх, находясь между ее ног, и увидел, как вздымается ее грудь, залитая идеальным румянцем, как и ее лицо.

Так-то лучше.

Она приподнялась на локтях и посмотрела на меня сверху вниз. На ее лице было растерянное выражение, но я знал, что она просто переваривает произошедшее.

Хотелось бы мне увидеть ее лицо, когда она поймет, что у нее больше никогда не будет такой ночи — и что все эти богатые мальчики будут оставлять ее неудовлетворенной. Придется довольствоваться лишь тем, чтобы трахать ее, пока на этот раз она по-настоящему не кончит вокруг моего члена.

— Зачем ты это сделал? — Ее глаза были расфокусированы, она всё еще витала где-то в пространстве.

— Жалуешься? Я не люблю, когда счет не равный.

Я навис над ней, навалившись всем весом, и скользнул твердым членом по гладкой коже ее живота, слегка зацепившись пирсингом.

— Почти так же сильно, как не люблю лжецов.

Я наклонился и прикусил кожу у основания ее шеи; она выгнулась мне навстречу с идеальным стоном.

Я отстранился, и в ее глазах мелькнуло ровно столько страха, чтобы я задергался, проливая смазку прямо ей на живот.

Затем ее взгляд снова стал острым, и она скатилась с кровати.

— Мне нужно… — Она не договорила и сбежала в ванную.

Я плюхнулся на спину, поглаживая себя. Включилась вода в раковине.

У нее было пять минут, чтобы прийти в себя, прежде чем я ворвусь в эту ванную и трахну ее на грязной раковине.

Я продолжал надрачивать член, чтобы оставаться твердым, и потянулся за своим «Вайзором». Заодно можно и отметиться — технически я всё еще был на работе.

Я надел его. Новых сообщений нет.

Странно, особенно когда мы были на таком задании. Я записал аудиосообщение и отправил его Мэддоксу. Но вместо подтверждения выскочила красная ошибка.

Сообщение не отправлено.

Я нахмурился. Я пролистал еще несколько экранов, пока…

Сбой системы связи.

Блядь. Похоже, второго раунда у меня не предвидится.

Я свесил ноги с кровати, натянул штаны и встал, чтобы застегнуть их, когда весь пол в здании содрогнулся.

— Блядь, что это…

Но еще один толчок сотряс пол, и на этот раз я услышал его: характерный звук взрыва Стеллариума. Белый свет хлынул через крошечное окно в номере, и мои подозрения подтвердились.

Нападение — и, судя по местоположению, скорее всего, на дата-центр Зеленого Района. А у меня, блядь, не было связи.

Я бросился к двери, но звук льющейся из-под крана воды остановил меня.

Сай, блядь, не останавливайся.

Я не говорил ей своего имени.

Я почувствовал крошечный импульс электричества, когда она схватила меня в баре. Он среагировал с моим Флюксом — подобное потянулось к подобному. Я был таким твердым, что не обратил на это внимания. Настолько жаждал испортить ее, что не понял, что она, блядь, играет со мной.

Я выхватил пистолет из кобуры и вышиб ногой дверь в ванную.

— Ах ты сука, лучше тебе…

Но, обведя ванную прицелом, я увидел то, что и так уже знал. Она исчезла. Крошечное окно в душевой было слегка приоткрыто.

— Бля-я-я-ядь!

Я резко развернулся, готовый разбить рукояткой пистолета зеркало над раковиной, но замер.

Ярко-розовой помадой, поверх отражающей поверхности, внутри огромного сердца было нацарапано послание:

До следующего раза, куколка.

Буква «О» была отпечатана следом ее идеальных губ, созданных для того, чтобы сосать хуй.

Глава 12

ЭОН

Голова шла кругом от Вектора и Флюкса. Я брела по коридору к двери своей квартиры, тяжело приваливаясь к стене, пока пыталась прижать ладонь к биометрическому сканеру снаружи. Ничего не происходило. Я простонала и с силой впечатала ладонь, пока не почувствовала, как сработали схемы, и не раздался диссонирующий писк, означающий, что всё наконец-то заработало.

Я выполнила задание. И Сай, и Мэддокс были отвлечены во время проникновения, и теперь, когда их устройства выведены из строя, а сами они находятся в другом районе, они не смогут добраться до места прежде, чем Таос и ее люди ускользнут.