Она искала у нее спасения.

И, судя по всему, ей было нужно, чтобы я нашла его для нее — и при этом оставалась зависимой от ее благосклонности.

Глава 20

ЭОН

Спустя еще один день я больше не выдержала и решила вернуться на работу к Деву — просто чтобы выбраться из этого чертового подвала хотя бы на несколько часов. Моя личность никак не была связана с магазином, ни в цифровом, ни в каком-либо ином виде, так что если только Сай не решит зайти через парадную дверь в поисках тюнинга чипа, я была в безопасности.

— Ну надо же, это ли не моя любимая антикорпоративная террористка.

— Заткнись, Дев! Уф, мне вообще не следовало тебе ничего рассказывать.

— Я твой босс — разве я не имею права знать всё, что ты делаешь в любое время? — Он ухмыльнулся, когда я плюхнулась на диван в подсобке магазина.

Я застонала, закинув руку на лицо:

— Мой босс. Мой пособник. И, судя по всему, мой психотерапевт.

— Психотерапевт? Умоляю. За это я беру куда больше. — Он крутанулся в своем кресле; перед ним на верстаке были разбросаны инструменты. — К тому же, ты была бы кошмарным клиентом. Слишком много багажа.

— И это говорит парень, у которого на стене всё еще висит голограмма бывшего, — огрызнулась я, выглядывая из-под руки.

Ухмылка Дева не дрогнула.

— Это не багаж. Это предупреждающий знак.

Я закатила глаза и села, схватив со стола наполовину пустую бутылку энергетика. Он был теплым, но я всё равно сделала глоток.

— Ты так и не рассказал, как очутился в этой дыре?

Он рассмеялся.

— Стара как мир история. Я приехал сюда за одним парнем. Ничего хорошего из него не вышло, а вот из этого города — вышло, так что я остался.

При этих словах я выпрямилась.

— Этот город оказался для тебя хорошим?

— Может, и не хорошим, но лучше, чем дома. По крайней мере здесь я смог быть тем, кто я есть на самом деле — больше не нужно было прятаться. Я могу ходить на свидания и в клубы, и единственный человек, который меня за это осуждает, — это ты. — Он подмигнул.

— Ты же знаешь, у меня нет никакого морального права осуждать тебя за то, с кем ты спишь.

— И тем не менее, ты это делаешь, — сказал он, откинувшись на спинку кресла с всё той же широкой ухмылкой.

— Тот последний парень был просто бомжом! Ты заслуживаешь кого-то равного тебе.

Мне не понравился взгляд, которым он меня одарил — словно мне самой стоило бы прислушаться к своему совету. Я встала и подошла к нему.

— С чем ты там вообще возишься?

— Выброшенные чипы Флюкса. Достались мне даром, вот и решил проверить, смогу ли их восстановить. Хватит пытаться вытянуть из меня сплетни и отработай свою зарплату хоть раз.

Теперь я повисла на спинке его кресла, заглядывая через плечо. Он поправил увеличительное стекло, чтобы нам было лучше видно чип. Пока он ковырялся с ним, я тихо спросила:

— Ты когда-нибудь скучаешь по дому? — Это был вопрос не только к нему.

Он вздохнул.

— Постоянно.

— Никогда не думал вернуться?

— Некуда возвращаться. Родители сказали больше не показываться им на глаза, если только я не заявлюсь с женой, как хороший сын. — Он покачал головой. — А этого никогда не случится.

Я положила руки ему на плечи.

— Полагаю, тогда ты застрял со мной.

Он усмехнулся, но в этом было столько тепла, что я почувствовала себя чуточку менее одинокой.

— Не такая уж и плохая сделка. — На мгновение груз всего того, во что я вляпалась, показался немного легче.

Дев продолжал работать над чипом перед собой, но он не смог бы его починить. Проблема была на уровне схем — то, что могла увидеть только я. Я положила свою руку поверх его, останавливая работу. Я вытянула один палец над чипом, и мой Флюкс отозвался низким гулом. Я нашла ошибку — сгоревший транзистор — и направила туда энергию, ровно столько, чтобы перезаписать кремний и починить чип. Куда более ювелирная работа, чем та, что я проделала с «Вайзором» Сая, но теперь я была спокойнее, а не обезумевшей от Вектора. Я напомнила себе, что именно ради этого я была чиста. Вот что я могла делать, когда не была потеряна в потоке.

Неважно, насколько хорошо это ощущалось…

С моего пальца сорвалась единственная искра, и Дев проверил диагностический экран, к которому был подключен чип.

— Черт, а ты и правда хороша, да?

— А я думала, поэтому ты меня и нанял. Но это всё благодаря твоим модификациям моего чипа.

При этих словах Дев ухмыльнулся, с радостью принимая все заслуги на свой счет.

Моддинг был даже престижнее киберинженерии. Лучшие из лучших работали в таких местах, как ПОМ, «МедТек» — во всей крупной фарме, — разрабатывая новые чипы-модификаторы гормонов не только для мутантов с Флюксом, но теперь и для всевозможных болезней и улучшений тела. Они приносили корпорациям огромные деньги, и им за это хорошо платили.

Дев был хорош. Он окончил лучший университет в Индии, и его навыки говорили сами за себя. Но вот он здесь, вживляет чипы прошлого сезона детям в трущобах почти за бесценок.

— Будь осторожна, а то заставлю тебя чинить этот металлолом целыми днями.

— А прибавка будет?

— Точно нет.

Мы оба рассмеялись, и он продолжил проводить диагностику чипа. Какое-то время я просто наблюдала за ним, глядя на этого человека, обладавшего таким огромным талантом, спасшего больше жизней, чем я могла сосчитать — и никогда не просившего награды.

— Почему ты здесь, Дев?

Дев не поднял глаз.

— Нигде больше не хотел бы быть.

— Я серьезно. Ты мог бы работать в «МедТек», заколачивать бешеные кредиты, заниматься передовыми исследованиями. А ты здесь, ешь лапшу быстрого приготовления с кем-то вроде меня.

— Больше никто не станет разучивать со мной танцы из старых болливудских фильмов, — с улыбкой сказал он. Я не ответила тем же.

Дев медленно выдохнул, отложил инструменты и стянул перчатки. Он постучал пальцем по губам, задумываясь.

— Потому что если не я, то никто другой. — В его темных глазах сверкнуло что-то жесткое, скрытое под привычным сарказмом. — Замечала когда-нибудь, что люди, которые больше всего нуждаются в помощи, — это те, на кого всем плевать? Такие люди, как ты. Как я.

Я нахмурилась.

— Значит, ты занимаешься благотворительностью?

Дев издал короткий, лишенный юмора смешок.

— Благотворительность — для тех, кто хочет чувствовать себя хорошим человеком. Я делаю это, потому что это бесит тех, кто считает, что мы должны просто страдать. Корпоратов. Богатых ублюдков. Родителей, которые вышвыривают своих детей на улицу, потому что те не вписываются в их идеальный маленький шаблон. — Его губы изогнулись в чем-то среднем между ухмылкой и оскалом. — Каждый раз, когда я кого-то собираю по кускам, это всё равно что плюнуть им в лицо. И вот это? Это того стоит.

Теперь я улыбнулась ему в ответ:

— Значит, ты просто мстительная стерва?

Он ответил мне такой же ухмылкой.

— А почему, по-твоему, мы так хорошо ладим?

Я потянула его за мочку уха, и он вздрогнул.

— Поосторожнее с техникой, И! — Он отмахнулся от меня, и я снова села на диван, наслаждаясь несколькими минутами комфортной тишины. Он закончил свои тесты и встал, потягиваясь, сцепив пальцы длинных рук над головой.

— Собираешься сегодня ночевать здесь? — спросил он.

— Да, если ты не против. У меня нет…

Он махнул рукой, прерывая меня.

— Какой смысл мне быть сердобольным добряком, если ты не будешь этим пользоваться? — Он усмехнулся, но у меня упало сердце.

— Дев, тебе не обязательно это делать. Я могу позаботиться о себе. Я что-нибудь придумаю. — Мой мизинец дернулся, и я знала, что Дев это заметил.

— Хочешь, я закажу тебе еще детокса? — Его голос был мягким, и я ненавидела это.

— Нет, я чиста. — Это не считалось.

Доброта на его лице вызывала у меня желание сбежать как можно дальше.