Это был не вопрос.

— Да, наконец-то сходил к врачу.

Это не было ложью.

— Рад это слышать. — Глаза Текса задержались на мне еще на мгновение, прежде чем он вернулся к терминалу.

Леви наблюдал за нашим обменом репликами с явным интересом.

— Неисправность имплантов? Я не знал, что она была устранена.

Почему Леви в курсе моей медицинской карты — я знать не хотел.

— Недавнее событие, — отрезал я.

Леви кивнул, казалось, удовлетворенный, хотя что-то в его выражении говорило мне, что он отложил эту информацию на потом.

— Как прискорбно, что мы не можем обновить их для тебя, — сказал он небрежно. — Скелетные модели довольно… устарели.

Он ушел, не дожидаясь ответа.

Воздух всё еще был наэлектризован после его ухода — и дело было не только во Флюксе Леви.

Я повернулся к Тексу, который уже снова был поглощен своей работой, отмахнувшись от этого момента.

Хотя мое плечо не болело так сильно с тех пор, как Эон что-то сделала, призрак боли никогда не исчезал. И я почувствовал, как она кольнула меня сейчас.

***

Я практически побежал к столу Мэддокса, который выглядел таким же встревоженным, как и я.

— Что случилось? — спросил я, бросаясь в свободное кресло.

— Эон прислала мне часть данных, которые она уже восстановила.

— С ними какая-то проблема?

— Нет… но ее ИИ объяснял мне это, и… — Он провел рукой по боковой панели своего «Вайзора», чтобы я мог слышать то же, что и он.

«…И еще одно, мне не нравится, как ты давил на И в тунелях своей винтовкой. Ты же знаешь, она не любит оружие. Тебе следовало проявить больше уважения…» — Мэддокс снова коснулся «Вайзора», и голос ИИ-помощника Эон замолчал.

— Она орала на меня около десяти минут.

Я хлопнул его по плечу.

— Женщины, а?

— ДИТА сообщила мне, что она не женщина, а цифровое существо, чей пол зависит от ее текущего желания и функций.

— Цифровое существо? Только не давай юристам слышать, как ты это говоришь.

Мэддокс фыркнул.

— Что показывают данные?

Мэддокс снова коснулся края «Вайзора», и голос ДИТЫ вернулся.

— Спроси ее сам.

— Это Сай? У меня тоже есть пара слов для тебя!

— Оставь на потом. Рассказывай о данных, и я разрешу тебе орать на меня сколько угодно.

— Я припомню тебе это. И удалось восстановить лишь несколько файлов с ваших разбитых «Вайзоров», но они указывают на цепочку крупных пожертвований Церкви Божественного Света от корпорации под названием «Ахарут».

— Какого хера там было такого сомнительного, что Кицунэ пришлось скрывать это?

— Мне пришлось проследить это через пару других холдингов, но всё ведет обратно к Ренарду, — добавил Мэддокс, и ДИТА одобрительно прощебетала.

— Значит, по крайней мере часть того, что скрывал Ренард, — это его связь с Церковью, — задумчиво произнес я, откинувшись на спинку стула.

— Разве ты не сказал, что Хинокава что-то говорил? А Акира сказал, что теперь он тоже с Церковью.

— «Ангелы, изгнанные с небес, становятся дьяволами» — или какая-то такая херня. Думаешь, это что-то значит? Я думал, он просто впал в маразм.

Мэддокс пожал плечами.

— Похоже, Церковь замешана. ПОМ заставила нас следить за ними некоторое время, с тех пор как они начали набирать популярность. Может, у Ренарда были дела с ними, о которых он не хотел рассказывать остальным членам правления.

— Блядь, еще одна зацепка? У нас осталось всего несколько дней.

— Почему ты думаешь, я здесь так допоздна? Я уже обзвонил информаторов, но пока пусто. Тебе стоит сделать то же самое.

— А я-то думал, тебе нравится проводить со мной время, Мэддокс, — промурлыкала ДИТА, ее голос звучал слишком кокетливо.

— Не особо люблю, когда меня отчитывают.

— Не притворяйся, — ответила она прежде, чем я успел, и мы оба рассмеялись, пока Мэддокс скрестил руки на груди.

— Не мог бы ты сказать своей де… — начал Мэддокс, прежде чем ДИТА издала серию сердитых сигналов. — Я имею в виду, не мог бы ты спросить Эон, когда ожидать завершения восстановления?

Я резко встал, готовый прервать любую встречу, которую она там проводила с Леви.

Глава 44

ЭОН

Потоки данных текли вокруг меня, словно течения в бесконечном цифровом океане. Я позволила своему Флюксу вести меня сквозь виртуальную архитектуру, мое сознание расширялось, выходя за пределы физической оболочки. Здесь, в глубинах киберпространства, привычные ограничения отпадали. Я могла ощущать сложные структуры сетевой инфраструктуры Нео Стелларис, к которым теперь имела доступ — яркие, чистые каналы Небесного Района, хаотичное сплетение Синего, ограниченные линии Зеленого и разрушающиеся пути Пурпурного Района.

И еще кое-что.

Это был не первый раз, когда я чувствовала присутствие в данных, настолько масштабное, что оно, казалось, охватывало весь кибермир. Словно стоишь на краю бездны, и чувствуешь, что она смотрит на тебя в ответ. Оно никогда не проявлялось напрямую, просто зависало на периферии восприятия. Цифровой призрак — или что-то похуже.

Я искала на форумах похожие случаи, и они приводили меня только в кроличьи норы теорий заговора. «Deus est Machina» и прочая столь же бесполезная чушь. Я даже нашла одну особенно забавную, утверждавшую, что Леви каждую ночь сдирает с себя костюм из плоти, чтобы дать подышать своей рептилоидной коже, поэтому никто никогда не видел его после наступления темноты. Смехотворно.

Но даже отвергая эти объяснения, присутствие не исчезало. Сегодня оно ощущалось ближе. Внимательнее. Словно оно решило перестать прятаться.

Я протянула Флюкс дальше, пытаясь яснее почувствовать аномалию, когда сеть вокруг меня внезапно сдвинулась. Активировались протоколы безопасности. Пути перенаправились. Кто-то с доступом высокого уровня менял мою среду.

Я отступила, вернувшись к работе по реконструкции. Мой Флюкс запел, когда я позволила привычным ограничениям растаять. Я пропустила через себя столько тока, сколько могла собрать, расширяясь в потоке данных. Я больше не пряталась, и было просто невероятно ощущать такую свободу.

— Увлекательный подход, мисс Ибарра. Нестандартный, но элегантный.

Я не слышала, как он вошел в лабораторию. Я села при внезапном появлении Леви Эмере, стоявшего позади меня с непринужденной властностью человека, который владеет не только зданием, но и самим воздухом внутри него.

Я полностью отключилась от интерфейса, мой Флюкс неохотно отступил под кожу.

— Я не знала, что генеральный директор «ПОМ Индастриз» интересуется методологиями извлечения данных.

Его улыбка была безупречной, выражение, разработанное в зале заседаний.

— Я интересуюсь исключительными талантами. Ваши методы восстановления… беспрецедентны. Даже наши лучшие инженеры по данным не смогли разобрать эти фрагменты.

Было что-то отчетливо тревожащее в том, как он изучал меня. Не с клинической отстраненностью, которую использовал Текс, а с почти хищным очарованием. Для него я была особенно интересным экземпляром под стеклом, который можно было изучать.

— Просто выполняю работу, на которую меня наняли, — сказала я, слегка отодвигая стул, чтобы установить дистанцию.

— Разве? — Леви подошел ближе, непринужденно, но обдуманно. — Я просмотрел ваши шаблоны доступа. Вы исследовали области далеко за пределами параметров расследования дела Ренарда.

Я сохранила нейтральное выражение лица.

— Восстановление данных не бывает линейным. Иногда приходится следовать по касательным путям, чтобы реконструировать исходный паттерн.

— Хм. — Он протянул руку, и голографический дисплей ожил. Плавным жестом он переставил фрагменты, над которыми я работала, формируя новые узоры. — И какие же паттерны вы обнаружили, мисс Ибарра?

То, как он манипулировал данными, было тревожным, и по моей спине пробежала дрожь. Возможно, дело было в его Воздушном Флюксе — в том, как он прогибал саму среду под свои нужды, ни на секунду не задумываясь о последствиях.