Я не знала, что они собираются взорвать дата-центр. А может, и не собирались? Может, всё просто вышло из-под контроля? Сколько людей пострадало из-за этого? У меня всё чесалось при мысли об этом. Ну, из-за этого — и из-за ломки от Вектора.

Всё должно было быть не так. Я с самого начала планировала переспать с ним. Это была просто работа, и я могла бы убедить себя, что мне это не понравилось. Но не после такого. Не после того, как он сделал то, чего я никогда не делала во время работы. Не тогда, когда он смотрел на меня снизу вверх, находясь между моих ног, своими электрическими глазами и заставил меня кончить так сильно, что у меня искры из глаз посыпались.

Соберись, Эон! Это был просто секс. И это буквально была моя работа. Да, у меня было много действительно ужасного секса. Но этот секс не был ужасным — он был, блядь, фантастическим. Я так старалась подавить свои желания, не поддаться влечению. Он был прекрасным и порочным, но что важнее: когда он ударил меня током, это резонировало где-то глубоко внутри меня, совсем как тогда, в дата-центре. Кайф, которого я жаждала едва ли не больше, чем Вектора. Шрам на ребрах заныл, и жар снова скопился между моих ног.

Дверь в мою квартиру наконец-то отъехала в сторону, и внутри автоматически вспыхнули флуоресцентные лампы. Это было дерьмовое местечко, весь комплекс был собран из старых транспортных контейнеров, поставленных друг на друга как попало, лишь бы держались. Я никогда не задерживалась нигде достаточно долго, чтобы сильно заботиться об обстановке.

В проеме, ведущем на кухню, медленно сформировалась ДИТА в своем привычном облегающем черном платье, которое идеально сочеталось с черными как вороново крыло волосами, завитыми вокруг лица в стиле ретро. Будь она из плоти и крови, я уверена, от лака они стояли бы колом, что выглядело бы комично. Однако в цифровом формате они идеально подчеркивали ее четко очерченную бледную челюсть и оттеняли вишнево-красные губы. В одну особенно темную и одинокую ночь я купила ей этот цифровой аватар, не подозревая, что это особо сладострастная модель. Ладно, это ложь — я точно знала.

— Добро пожаловать домой, И. Как прошел рабочий день?

— Не хочу об этом говорить, ДИТА. — Я плюхнулась на свой потрепанный диван и закрыла глаза, откинув голову на спинку.

Сквозь сомкнутые веки я видела вспышки света — ДИТА двигалась вокруг дивана рядом со мной. Она включила легкий джаз — ее любимый, не мой, — и я открыла глаза; она как раз переключала освещение на чувственный темно-оранжевый.

Она встала передо мной и начала плавно покачиваться, играя бретельками своего платья.

— Могу я чем-нибудь помочь? — застенчиво спросила она.

Я отмахнулась:

— Не сегодня, ДИТА.

— О, возможно, ты предпочтешь это?

Свет скользнул по ее телу, и внешность изменилась: мягкие женственные изгибы сменились твердым мужским телом. Боже, какая же я, блядь, слепая. Мужской аватар выглядел в точности как Сай, только с темными волосами и без татуировок. То же поджарое, но сильное тело, то же угловатое и жесткое лицо.

— Я сказала нет, ДИТА.

Она со вспышкой вернулась к своему привычному облику с встревоженным видом и переместилась так, словно сидела рядом со мной на диване.

Она была сложным кодом, идеально откалиброванным, чтобы предвосхищать мои потребности. Так непохоже на тот хаос, который я только что пережила. ДИТА была создана для того, чтобы доставлять удовольствие; в том же, что я чувствовала с Саем, не было никакого замысла. И именно это пугало.

— Что случилось? Ты ранена? — мягко спросила она.

Я поднесла руки к лицу, грубо потерев его. Мой локоть прошел сквозь нее, и ее изображение замерцало.

— Нет, дело не в этом. Я просто… я просто думала, что всё контролирую. Я думала, что контролирую себя.

Ее руки замерцали, когда она положила их мне на плечи.

— Ты сорвалась, И?

— Нет! — почти выкрикнула я; от Вектора ее светящаяся форма казалась фейерверком в моих глазах. У меня не было выбора. Это не считается.

— Хорошо! Ты просто говорила мне позвонить Мерси, если ты…

— Я знаю! Я знаю, что говорила, ДИТА.

Я протяжно выдохнула, откинувшись на спинку дивана.

— У меня остался детокс?

— Три четверти флакона.

— Придется обойтись этим.

Я с трудом доковыляла до ванной, порылась в шкафчике, пока маленький белый картридж не оказался у меня в ладони. Я впрыснула остатки дозы себе в нос и тут же скрючилась над унитазом. Спустя несколько мгновений меня начало рвать. Это продолжалось до тех пор, пока я не убедилась, что во мне не осталось ни капли жидкости. Наконец я встала и добралась до мини-кухни, где ДИТА уже автоматически налила воды. Я выпила ее залпом, но во рту всё равно было ужасно сухо. Всё это было лучше, чем альтернатива.

Я снова опустилась на диван; ДИТА всё еще была там, терпеливо ожидая.

— Что случилось? — Никакого осуждения в голосе — всё так, как я и запрограммировала.

— Я так долго… об этом думала. Я хотела обмануть его, хотела взять верх. Я думала, что контролирую себя.

— Всё, что у нас есть в этой жизни, — лишь иллюзия контроля.

Я не смогла сдержать нервной усмешки:

— Мудреные слова, ДИТА. У тебя сейчас активирован философский мод?

— Мои эмоциональные сканеры показали, что твоему языку тела и тону лучше всего подойдет правдивый, но не слишком жизнерадостный ответ.

— Очень проницательно, ДИТА.

— Они также показали повышение температуры тела, что указывает на сексуальную гормональную реакцию, поэтому я подумала…

— Я знаю, всё в порядке. Думаю, мне просто нужно… мне нужно немного побыть одной сегодня. Пожалуйста.

— Конечно, И. Всё, что тебе нужно.

Она свернулась в точку и исчезла. Я подошла к кровати и легла, широко открытыми глазами уставившись в потолок. Кожа покрылась мурашками, мизинец дрожал. Это было так хорошо. Так чертовски хорошо.

С того дня в Технорайоне я думала о нем чаще, чем могла сосчитать. О том, как его сила струилась сквозь меня — как это было правильно. Как, черт возьми, меня от этого накрыло. И как хорошо было бы вытянуть из него эту силу, пока я бы трахала его до потери пульса. В этом тоже был свой пиздец. Гнев и возбуждение, которые я испытывала при мысли о нем, — вероятно, мне следовало бы обсудить это со своим психотерапевтом, если бы он у меня был. Но вместо него у меня была лишь ДИТА, а обсуждать это с ней мне было слишком стыдно.

Я думала, что на этом всё закончится. Гештальт закроется. Он станет просто очередным мужчиной. Привлекательным, могущественным, но просто мужчиной. Самоуверенным и способным на ошибки. Я смогу избавиться от этой одержимости, которая преследовала меня полгода.

Что ж, нихера это не сработало. На самом деле, стало только хуже. Я чувствовала, как жажду его — формировалась зависимость. Оставить ему то сообщение было глупостью. Я должна была уйти чисто, не оставив следов, но пока по мне всё еще расходились волны оргазма и его сигнала, я нацарапала это. Оставила открытой заднюю дверь, потому что даже тогда какая-то часть меня знала, что я не хочу, чтобы на этом всё закончилось.

Мой Флюкс всё еще был нестабилен, и я знала, что должна сделать. Я надела свой «Вайзор» и погрузилась в киберпространство. Я открыла данные за шесть месяцев — шесть месяцев зацепок и ложных следов, — пока не выяснила, кто он такой. Мой Флюкс распространился в пустоту, и теперь я знала его частоту. Я позволила ей запульсировать сквозь меня, и единственная его фотография, которая у меня была, всплыла перед глазами.

У меня всё еще ныло между ног. Я сопротивлялась лишь мгновение, а затем достала вибратор из ящика у кровати. Я включила его и стянула с себя юбку и трусики.

Я прижала вибратор к себе и прикусила губу, пока лицо этого мудака плясало у меня перед глазами. Эти свирепые глаза и злая ухмылка. Ощущение его длинных пальцев на моей талии и его губ у моего уха, когда мы играли в нашу опасную игру.