Я не смог сдержать усмешки.

— Умная женщина. — Я продолжал держать ее на прицеле. — Как давно вы знали, что я приду?

Я стоял достаточно близко, чтобы прочитать учебные планы на следующую неделю, выведенные на ее голоэкране. Ее стол был на удивление опрятным, учитывая, как она жила. Лишь несколько разбросанных заметок и десятки фотографий, на которых она была запечатлена, как я полагал, со своими студентами.

— Я уже несколько недель жду кого-нибудь из ПОМ, — ответила она. Ее глаза были пронзительными, умными. Никакого страха. — Хотя признаю, я думала, вы опередите Черный Легион с бóльшим отрывом.

— Вы знали о них? И все равно просто сидите здесь?

Она вздохнула.

— Я рассматриваю это как своего рода искупление своих грехов.

Моя хватка на пистолете стала крепче; терпеть не могу религиозных фанатиков.

— Встаньте. Медленно.

Она подчинилась, по-прежнему не выказывая страха.

— Полагаю, вы здесь из-за технологии щита. Я бы предпочла обсудить этот вопрос напрямую с вашим начальством. У меня есть информация, которую они сочтут ценной.

— Приказ — доставить вас к ним, — ответил я. — Присутствие здесь Черного Легиона всё усложняет.

— Какая удача, — протянула она.

Мой наушник затрещал.

— Сай, двое идут по твоему коридору. Тридцать секунд.

Я схватил профессора за руку.

— Мы уходим. Сейчас же.

Она не сопротивлялась.

— Через ванную есть служебный проход. Он выведет нас в техническую шахту.

— Шевелитесь, — приказал я, толкая ее впереди себя.

Мы добрались до ванной, когда входная дверь квартиры распахнулась. Крики, тяжелые шаги. Я подтолкнул Танаку к узкому техническому люку.

— Лезьте. Быстрее.

Она была довольно проворной для семидесятилетней, но возраст давал о себе знать, когда она нагнулась, чтобы войти в люк. Медленно — слишком, блядь, медленно.

— Шевели своей костлявой задницей, или я…

Не успел я договорить, как дверь ванной разлетелась в щепки. В проеме вырос боец Черного Легиона с поднятой винтовкой. Время словно замедлилось, когда сработали мои боевые рефлексы. Мой пистолет уже пришел в движение, выстрелив дважды: первая пуля полетела ему в горло, вторая — в лицо. Обе застыли в воздухе, пойманные в мягкое желтое гудение Кинетического Щита.

Надо было догадаться. Теперь эта херня была у каждого ублюдка на улице. Разумеется, Черный Легион тоже до нее добрался. К счастью, я знал, как работает всё их устаревшее оборудование.

Я рванул вперед, пригнувшись под его шквальным огнем, мой щит защищал меня так же, как и его. Я с силой впечатал руку в бок его шлема и пустил разряд Флюкса. Он застонал, когда вся система перегрузилась.

Ослепший и уязвимый, он пошатнулся. Я приставил пистолет под нижний край его шлема и выстрелил. Я смотрел, как внутренняя сторона затемненного лицевого щитка покрывается брызгами крови и ошметками плоти.

Второй солдат зашел низко, выпустив очередь, которая попала бы обычному человеку прямо в грудь, — но я уже двигался; мои усиленные Вектором рефлексы позволили мне проскользить по полу.

Я почувствовал, как поднимается ярость — горячая, электрическая, требующая выхода. Я направил ее через свои импланты, ударив концентрированным электромагнитным импульсом по его оружию.

Пистолет взорвался прямо в его руках, и я набросился на него прежде, чем он успел оправиться, всадив колено ему в солнечное сплетение. Когда он согнулся пополам, я схватил его за голову и направил еще один электрический разряд прямо через его чип Флюкса. Его тело забилось в конвульсиях, когда хрупкая техника в стволе головного мозга сгорела, и он рухнул как камень.

Я схватил Танаку и затолкал ее в люк; мое плечо дергалось от боли. Мы проскользнули внутрь как раз в тот момент, когда в квартиру с грохотом ворвались еще шаги.

— Впечатляет, — прокомментировала профессор Танака, словно наблюдая за особенно интересной лекционной демонстрацией. — Для человека, работающего с таким нестабильным Флюксом, у тебя впечатляющий контроль.

— Годы практики, — ответил я, осматривая техническую шахту.

— Статус? — потребовал Мэддокс в моем наушнике.

— Движемся к точке эвакуации Б, — ответил я, и из-за боли в имплантах мой голос прозвучал сдавленно.

Техническая шахта была узкой и темной. Мы быстро спускались, следуя за тусклым аварийным освещением. Танака двигалась, но она была все еще слишком, блядь, медлительной, она прихрамывала. Я уже собирался перекинуть ее через плечо, когда…

— Вы знаете, почему ПОМ хотели сохранить технологию щитов в тайне? — спросила она с жестким взглядом. — Дело не в деньгах. Дело в контроле. Щиты могли бы защитить людей…

— Приберегите анархистскую пропаганду, — оборвал я ее. — Я просто хочу вытащить нас отсюда.

Мы вышли в более широкий служебный коридор. Мой «Вайзор» проложил маршрут до точки эвакуации.

— Они идут следом, — предупредил Мэддокс. — У меня тепловые сигнатуры в шахте позади вас.

— Сколько?

— Двое. Третий обходит по кругу, чтобы отрезать вас.

Дерьмо. Я взглянул на Танаку. Я не собирался умирать из-за этой старой карги.

Позади нас раздался грохот. Они приближались.

— Сюда, — поторопил я, затаскивая ее в боковой проход. Точка эвакуации была прямо впереди. Но там же был и третий оперативник, если верить Мэддоксу. Она всё еще была слишком медлительной. Я обхватил ее за талию, и она вздрогнула. Моя рука в перчатке оказалась покрытой кровью. Ее ранило, и она мне не сказала.

— Ах ты старая сука! Вы украли щиты, и вы даже не использовали один для себя?

Она привалилась к бетону коридора, медленно сползая вниз.

— Как я уже сказала, искупление.

Двое оперативников были почти рядом с нами. Я посмотрел на Танаку, которая медленно истекала кровью. У меня не было аптечки, да и времени на это тоже. Времени вытягивать из нее информацию тоже не оставалось. Скорее всего, я не смог бы отбиться от трех обученных оперативников без фактора внезапности, с ней, висящей на мне мертвым грузом. И я не мог рисковать тем, что они возьмут ее живой.

Выбор был прост.

— Ничего личного, профессор, — сказал я, приставив пистолет к ее виску. — Но им вы не достанетесь.

Ее глаза встретились с моими. Никакого страха, только спокойное смирение.

— Никогда не думала, что встречу двух таких, как вы.

Я нажал на спусковой крючок.

Пока ее тело оседало, я развернулся к дверному проему, направляя свой Флюкс в концентрированный выстрел. Энергия хлынула с кончиков моих пальцев сине-белыми дугами; мое плечо горело от нагревающегося импланта. Электрический заряд ударил последнего оперативника прямо в грудь, замкнув его щит и остановив сердце одним безжалостным всплеском.

— Сай! — Голос Мэддокса в наушнике звучал тревожно. — Что происходит?

— Цель устранена, — ответил я, уже двигаясь к технической шахте. — Трое из Черного Легиона мертвы. Двое преследят.

— Двигай к точке эвакуации Б. Я встречу тебя там.

Я выскользнул из узкого туннеля, оставив тело Танаки позади.

Боль в моем плече улеглась, вернувшись к своей привычной тупой пульсации.

***

Мэддокс подъехал с идеальной точностью и увез нас, избавив от необходимости разбираться с двумя оставшимися оперативниками. Так или иначе, для всех нас работа была окончена. Цель устранена.

Транспорт на автопилоте вез нас обратно в штаб-квартиру. Мэддокс ссутулился над своим планшетом, его пальцы порхали по голографической клавиатуре с маниакальной точностью. Он печатал без остановки уже двадцать минут — тот самый отчет об инциденте, который должен был занять пять.

Я растянулся на противоположной скамье, закинув ноги, и сделал еще одну затяжку из «VaPurr». Картридж с Вектором сглаживал все электромагнитные помехи, которые, казалось, никогда не прекращались.

— Знаешь, ты так клавиатуру протрешь, если будешь продолжать перепечатывать один и тот же абзац, — сказал я, наблюдая за ним сквозь дым.