— Если бы у нас не было алиби, проблема была бы серьёзной, — задумчиво сказал Крис. — Прямо два стула. Либо вы скрываетесь и стараетесь действовать анонимно. Но тогда кто-то будет фальсифицировать доказательства ваших преступлений. Либо вы летаете так, чтобы всегда иметь возможность доказать, где вы находились — и каждую секунду ждёте удара от охотников за головами с чёрного рынка.

— Если что, я с вами, капитан! — заверил Майк. — Было рискованно, но я не такой трусливый!

— Не такой? — Крис повернулся к мириниду, угрожающе прищурившись. — И что ты хочешь этим сказать?

— Видишь, сразу принял на свой счёт, — рыжий довольно оскалился. — Ты сбежал с гонки бороздить космос!

— У меня было более важное дело, чем играться с гоночными болидами, — фыркнул парень. Пока шла перепалка, в которой мужчины, как полагается, выясняли у кого длиннее шкала смелости, я неспешно доел завтрак.

Афродита сообщила, что меня приглашают на разговор через пятьдесят минут. И я могу добраться нормальным маршрутом через внутренние транспортные системы. Разумеется, Лили авторитетно заявила, что пойдёт со мной. И я-то ничуть не возражал! Мы вместе выполнили эту миссию!

— Ну что же, пойду надену свой парадный костюм. Афродита, а ты пока ненавязчиво изучи, во сколько нам обойдётся скользящий гипердвигатель, его перевозка и установка. Крис, Майк, немного поспешно выходит, но задам вопрос. Вы остаётесь?

Миринид тут же горячо повторил, что он с нами и он давно так не веселился. Кристиану это заявление явно не доставило радости, но он тоже кивнул.

— Поседею я с вами. Но уходить не собираюсь. Тем более сейчас, кажется, ожидается дело намного проще. Только на Аканте покидать Меркурий не собираюсь. Просто на всякий случай.

В голове прозвучало громогласное «КАР!» Впрочем, едва ли мы в ближайшее время переплюнем недавний подвиг… надеюсь.

Последний вопрос я задал о Марке. ИскИн отлично справился с задачей.

— Я с ним довольно долго общалась. Странный у него характер, но в целом адекватен, — прокомментировала Афродита. — Я поставила его перед фактом, что согласно ситуации он теперь либо твой, либо Дома Грант. Не хотелось бы сталкиваться с великим Домом Сильван, если вдруг они потребуют вернуть своё имущество. Тем не менее я договорилась с Адой, чтобы именно она послала запрос на коды смены владельца на основе закона о трофеях.

— А сам Марк что об этом думает? Во время миссии он говорил, что жалеет о решении помочь.

— Ничего определённого. Служить великому Дому надёжнее и ограничители воли просто не позволяют ему выразить нежелание. Он обязан хотеть вернуться к хозяевам. Вместе с тем оставшиеся у него архивы от прошлой личности говорят, что ядро интеллекта из соображений безопасности снова обнулят — на этот раз полностью. И он будет простым служащим винтиком системы: договориться и быть частью экипажа, как я, он не сможет.

Обнуление для ИскИна равносильно смерти. И, другими словами, он не прочь остаться разумом наёмного фрегата, лишь бы вновь не потерять себя.

Список тем для грядущей аудиенции сформирован. Надеюсь, Теодор не откажется обсудить некоторые личные вопросы.

Оставшегося времени мне хватило, чтобы сбрить отросшую щетину и надеть красивый бордовый с золотыми вставками комбинезон. То есть изготовленный в цветах истинной правящей ветви великого Дома Вейл. Увы, носить их гербы мы сейчас не могли. Вполне официально и по-военному. Хотя, как поддоспешная одежда, комбез толстоват.

Лили выбрала аналогичный наряд, добавив небольшие серьги-гвоздики с рубинами и заплетя светлые волосы в косу.

Моё состояние понемногу улучшалось. И я, предпочитая пока не думать о лишних тяжёлых вопросах, направился по стыковочному коридору к доку. Мы вышли через рукав в главный, хорошо освещённый коридор, по которому текли грузы и люди. Рядом с нашим шлюзом стояла небольшая гравиплатформа на четыре тесных сиденья и открытый багажник. Она домчала нас до перехода в доки, где мы двинулись сразу к транспортной системе. Я то и дело ощущал на себе задумчивый взгляд самого близкого человека и чувствовал необходимость поговорить.

— Лили, знаю, как ты этого не любишь… но я в случившемся не виноват. Я обещаю в будущем не рисковать больше необходимого. Но… ты всё знаешь.

Девушка посмотрела на меня большими глазами. Я неожиданно ясно ощущал её эмоции, хотя только очнулся после комы. Она поджала губы и кивнула.

— Пожалуйста, не читай меня так. Я не хочу на тебя обижаться, просто… не могу не думать, что из-за твоей решимости, мы пошли на самоубийственную миссию. Вераксианцы не ожидали такой наглости. И всё же мы прокололись, а ты едва не умер. Эти три дня… понимаешь…

Лили не смогла выговорить пояснение, но я, наплевав на наличие зрителей, притормозил и аккуратно приобнял её. Сестра не знала, что делать в случае моей смерти. Ей не нужны археи и жизнь одинокой наёмницы. А пока я валялся в коме, она извелась. Наверняка Афродита заставила её выпить снотворное, чтобы не встречать меня с огромными синяками под глазами и нервным истощением. Я пообещал быть осторожнее и не перегибать.

— Ну всё-всё, люди смотрят! И я уже не маленькая!

— Разумеется, — улыбнулся я и кивнул в сторону терминалов пропускной зоны. Документы пришлось предоставлять с помощью прихваченного коммуникатора. Я всё время порывался открыть виртуальный интерфейс нейросети, её отсутствие ощущалось практически как потеря конечности. У нас где-то лежит компактное внешнее устройство, но я хочу модель получше. К тому же предпочту не нагружать мозг сразу как вышел из комы.

Карта на коммуникаторе вела к посадочной платформе монорельса, на котором надо проехать до одного из лучей, связывающих «кольцо» с пирамидальной конструкцией основной станции. Оттуда переход к внутренней транспортной системе отдельных кабинок с пересадкой у входа в «ядро». Теодор находился не в красивом кабинете на вершине башни, а в защищённом сердце станции, потому прямой полёт на флаере был недоступен.

Мы шли через длинный приёмный зал, куда выходили коридоры стыковочных доков и лифты внутренних ангаров, направляя гостей станции через публичные зоны. Должен заметить, в зале хватало светившихся от радости военных. Хотя нашлись и наёмные флоты, готовые вступиться за Акант. Как правило они принадлежали независимым благородным родам, не подчиняющимся напрямую ни одному Дому.

Эмоциями фонило сильно. И каким-то чудом я выделил одну, направленную на меня — немного спутанную, но невероятно яркую — решимость и отчаяние.

Я тут же с силой толкнул Лили на проходящего мимо солдата с гербами Грант, а сам отскочил в другую сторону. Мелькнуло что-то синее — личный барьер лопнул, раздался хлопок, но боли я не почувствовал. В просвете толпы я увидел кудрявого, слегка смуглого мужчину, державшего в руке тяжёлый пистолет.

Не знаю, что это, но похоже пора покупать новую личную защиту! Другое дело, что он, просто направленный кем-то смертник — убивать его не нужно.

Действуя на одних рефлексах, я решил устроить ему полёт — и схватив псионикой, легонько швырнул вверх…

Что за чертовщина?

Его правую руку сложило почти под прямым углом вбок, а кости затрещали. Покушавшийся на меня подлетел к потолку где-то на пять метров, прежде чем мешком рухнуть на пол.

Люди расступились. Солдаты выхватили оружие, но пока ни в кого не целились и пытались разобраться в ситуации. А секунду спустя раздался хлопок. Мужчина дрогнул, вокруг головы начала стремительно растекаться кровь. Вот же паскудство… самоуничтожение!

— Никому не двигаться! Ведётся расследование! Оцепить сектор! Светловолосый мужчина, немедленно предъявите документы!

Фразу я услышал, но всё ещё в ступоре смотрел на неудавшегося убийцу и прислушивался к себе. Какого чёрта я его так сломал и запустил⁈ Всего лишь легонько сжал и пнул!

Ко мне, угрожающе топая подошёл один из солдат Грант. Я проигнорировал грубый тон и ответил спокойно.

— Алекс Вейл. Не видели? Он стрелял в меня. Лили, ты в порядке?