— Конечно, мы же её патентовали. Всё, что в дневнике, я всё запатентовала с тобой.

— Мы не два заклинания запатентовали, а больше?

— Конечно. Просто там были ещё наброски, незаконченные расчёты… Мои рисунки, личные мысли. Удавлю того, что забрал. Пусть не до смерти, но придушу.

— Моя любимая ведьмочка, — сказал с восторгом Мэтью и поцеловал меня нежно в губы.

— Ты так спокойно реагируешь на мои негативные эмоции и то, что я угрожаю людям и некоторым троркам.

— Пф, ты никого смертельно или очень больно не прокляла. И никогда даже не пытала. Тебе угрозы не доставляют удовольствия — ты просто ищешь методы воздействия на идиотов.

— Прости, а Никс, он кто? А то я забыла…

— Глава тайной канцелярии, я его подчинённый. И ты, видимо, тоже будешь. Он на тебя глаз положил как на сотрудника.

— Уж лучше с ним работать, чем императрицей стать. Дядю твоего нужно женить, и срочно!

— Только нужен кто-то адекватный.

— Найдём. Пошли к Никсу, нужно обрадовать, что меня обворовали…

Никс, увидев нас, нахмурился. Но узнав, что пропало, помрачнел. Расспросил, что в дневнике было. Порадовался, что я всё запатентовала. Но его интересовали мои наброски.

— Скорей всего они ошибочны. Я пока мы лазили по лесу думала о них, и там куча ошибок, к счастью. Но кого-то умного они могут натолкнуть на нужный ход мыслей. А там, как обычно, кто-то поймёт, как это во благо применить, а кто-то — как этим кучу народу потравить.

Не знаю, где Мэтью достал и как успел, но когда пришли в его комнату, он мне вручил новую записную книжку, подобную той, что у меня была. Толстенькая тетрадка, похожая на небольшую книгу, в черной обложке с тиснением, что изображало кота.

— Спасибо. Актуально.

— Стоит охранные чары наложить на неё.

— Да.

Прежде чем ложиться спать, по памяти восстановила часть формул, что были в прошлой записной книжке. Потом, подумав, дописала ещё немного комментариев лично для себя.

— Мэтью, а у тебя есть связь с моим отцом?

— Да, конечно. Я ему сообщил, что мы хорошо добрались. У него всё хорошо.

— Спасибо. А я могу получить переговорный артефакт? Так чтобы и с тобой связаться, и с отцом?

— Да, завтра дам тебе.

Аристократ ещё выдал имена тех, кто подсылал своих слуг ко мне в комнату. Большинство хотели получить дневник из-за моих разработок. И только парочка хотели напакостить. Вот теперь вопрос — кому посчастливилось забрать мой дневник.

Император за завтраком наблюдал за моим задумчивым и не радостным лицом. Дедушка Мэтью тоже сидел безрадостный и даже сердитый, мать жениха переводила недоумённый взгляд по очереди с одного родственника на другой.

— Мне кто-то скажет, что произошло?

— Крысы, — сказал дедушка, — в нашем окружении.

— Пф, нашли чем удивить. До меня дошли слухи, что в комнате Анны нашли много отравленных игл.

— И яд в косметике, — сказала спокойно, — а ещё украли мой дневник. Хорошо, что мы с Мэтью успели всё запатентовать.

— Слуг стоит уволить, тех, кто такую гадость подкидывал.

— Уже, — сказал дедушка, — с позором выгнал. Остались только родовитые крысы, что своих слуг подсылали. Одну крысу вчера детки поймали. Посидит пока у замка, пока я не передумаю его отпускать.

— Да, пап, ты страшен в гневе.

Старый император рассмеялся.

— До меня дошли слухи, что наша дорогая невестка страшнее. Чуть что — воспламеняется и вчера едва не подожгла одного гаденыша.

— Всего лишь воспламеняюсь, ещё никого не покалечила. Но если опять кто напакостит, не факт, что сдержусь. А то в следующий раз наложу менее безобидное проклятие, и сыпью не отделаются.

— А Клариса, неужели тоже причастна? — спросила мама.

— Нет, её просто отравили, — сказала спокойно.

После завтрака получила переговорный артефакт и смогла наконец-то пообщаться с отцом. Было приятно услышать его голос и голос матери. У них и правда всё было хорошо, и это радовало и успокаивало. Я им сообщила, что запатентовала свои разработки.

— Молодец, дочка, это правильно. Я теперь через патентное бюро смогу получить твои записи по заклинаниям и передать своим подданным для работы с полями. Как у тебя дела с Мэтью? — спросил отец с намёком.

— Он сделал мне предложение. Мы помолвлены.

— Когда свадьба?

— Не знаю.

— Он одел тебе их родовой браслет?

— Да.

— Хорошо. Значит, где-то через год будет свадьба. Обычно после помолвки проходит год, иногда полтора или два. Только если вы раньше наследника не сделаете.

— Папа! — воскликнула и тихо добавила — мы ещё ничего не делали!

— Понял, порадовали детки. Это правильно!

После разговора с отцом отпустила ситуацию с похищением дневника. Думаю, люди Никса разберутся или другие службы правопорядка. Стоит задуматься о той темной области в центре леса. Размышляя об этом, вышла во двор. Ко мне сразу кинулись собаки. Сразу присела, подхватила на руки щенка. Малыш чуть-чуть подрос, он хотел меня облизать. Поцеловала проказника в мокрый носик и погладила по головке. Потом опустила на землю и погладила его родителей.

При этом я заметила, что пока я гладила кого-то одного из них, другая собака прикрывала мне спину, никому не позволяя подойти ко мне незамеченым. Заметила, как они завиляли хвостами. Повернувшись, увидела жениха.

— С трудом нашёл тебя, — улыбнулся Мэтью. — Как родители?

— Всё хорошо. Нужно прокатиться к той темной области, но так, чтобы не привлекать к себе внимания.

— Да, согласен. Возьму с нами ещё двоих ребят и соберём с собой еды нормально в запас. И в этот раз лучше взять с собой этих красавцев.

— А как же их малыш?

Рядом послышался басовитый мяв.

— Рик, — улыбнулась.

Мой кот подошёл спокойно к громадным собакам, бесстрашный он у меня. Собаки его понюхали и лизнули по холке. А щенок стал прыгать и радостно тявкать, словно что-то рассказывает ему.

— Рик, присмотришь за малышом?

— Аня, тебе стоит дать щенку имя, а то малыш приживётся и будут его даже во взрослом возрасте звать малыш.

— Гор, будешь Гор, — сказала щенку.

— Гром, Гор и Рик, — проговорил Мэтью. — Гор, ты с Риком остаёшься.

Перед тем как одевать свой костюм для верховой езды, я его тщательно проверила и чуть ли не обнюхала. Лариса, видя это, только вздыхала и ворчала.

— Я его лично чистила, и никто его и пальцем не трогал.

— Хорошо. Ты перенесла мои вещи к Мэтью?

— Частично. Не стоит, чтобы в глаза бросалось, что вы полностью переехали. Если позволите, буду в ваших комнатах смотреть, кто ещё сунется.

— Хорошо. Но будь осторожна. Тех, кто пакостил, уволили. Может, никто и не сунется. Брать у меня уже нечего.

— А вдруг опять кто захочет гадость подкинуть? Я лучше посижу, покараулю.

— Хорошо.

Переоделась в костюм для верховой езды, повинуясь внутреннему чутью, сложила с собой запасные штаны, рубаху и нижнее бельё. И несколько отрезов ткани, иголки с нитками и ножницы, а потом и походный кинжал. Также в сумку отправила немного разных денег и украшений. Кто бы спросил зачем — сейчас не смогу ответить. Лучше пусть не пригодиться, чем на оборот.

Встретившись со своими попутчиками, получила в сумку ещё продукты. Судя по всему, мужчины тоже собрались не на один день. И с нами едет Ленг и Талин.

Собаки бежали за нами бесшумными тенями. В деревне, в которой останавливались вчера, остановились на пару минут, узнать, не выходило ли ничего из леса. Нас обрадовали, что всё было тихо. Но вопрос Мэтью насторожил старосту. Продолжили свой путь в молчании. Парни пустили меня вперёд, к моему седлу опять был прикреплён топор, а на боку был закреплён кинжал. Сегодня мы ехали не в объезд, а целенаправленно к темной области. И остановились, когда я ощутила давление темной энергии. С коня слазить не стала.

— Будьте очень осторожны, — сказала троркам, — тут есть ловушки. Видите?

— Нет, — дружно ответили мужчины.