— Это самый длинный разговор, что у нас с тобой был.

— Да, прости, я обычно не разговорчив. Но ты мне и правда очень нравишься. Еще там в лесу. Мы тогда видели тебя днем просто сразу не подходили и немного наблюдали. И я искал повод как задержаться рядом с тобой. А потом те метаморфозы, что происходили с тобой... Я был шокирован и не мог тебя оставить там. Потому нашел причину задержаться.

— Постой? — уперла пальчик ему в грудь. — Ты не должен был строить дома и гостиницу?

— Нет. Но решил вспомнить мое первое образование, по нему я строитель. И потом отец поддержал эту идею. Потому я решил построить дом и гостиницу. Все, чтобы дождаться конца преображения и заполучить тебя себе.

Смотрю на него шокировано — вот это новость!

— Потому я поехал с тобой к твоему отцу, — сказал он после минутного молчания.

Еще немного погуляли по дворцу молча, и он проводил меня в мои комнаты.

— Моя комната — соседняя. Потому я так и рассердился, когда увидел ту барышню в покоях, предназначенных для моей невесты.

— А кто в той спальне должен жить? Ну, в той, что меня сразу заселили?

— Няня для детей. Ты же заметила, что комната маленькая. Там есть скрытая дверь, и рядом с твоей комнатой — детская. Она пока пустая.

Зайдя в свои комнаты, поняла, что Мари тут нет. Мэтью поцеловал мне руку и откланялся. Посмотрев в окно, поняла, что уже вечер. Сколько же мы гуляли? Да и, собственно, ужин в котором часу был? Сплошные вопросы.

Сама сняла платье и решила сполоснуться. Полотенца были заменены, и уборку сделали хорошо. Смогла расслабиться в ванне теплой воды. Потом, обсушившись полотенцем, завернулась в халат и вышла в спальню. Откинув одеяло на кровати, замерла в шоке — на простыне блестели мелкие осколки стекла.

— Как это понимать? Они думают, я такая дура, что не замечу?

Позвонила в магический колокольчик, но даже спустя четверть часа никто не пришел. Я оделась и пошла к жениху. Мэтью, к счастью, был у себя. И, видимо, я отвлекла его от банных процедур.

— Что-то случилось?

— Да. Кто-то поступил очень подло, и я не могу вызвать слуг. Никто не пришел.

— Понял.

Он взял свой колокольчик и подал мне в руки. Я потрясла его, и мы стали ждать вместе. Но тоже никто не пришел. Жених нахмурился, сам потряс колокольчик. Теперь слуги прибежали через несколько секунд.

— Старшую над слугами ко мне живо! Сейчас полетят ваши головы!

Служанка, прибежавшая к принцу, едва не упала на колени и, спотыкаясь, убежала. Кастелянша прибежала через пару минут с управляющим.

— Господин! Что случилось? — спросил управляющий.

Я в это время была у себя в комнате. Мы, пока ждали слуг по моему зову, заходили ко мне в спальню, и я успела показать Мэтью проблему.

— Почему никто не откликнулся на зов колокольчика, когда вызывала моя невеста?

— Видимо, ее колокольчик поломался.

— А когда она вызывала с моего? Когда я в него позвонил — прибежали сразу, а когда она перед этим звонила — ни одна падла не пошевелилась! Но это еще не самое страшное. За покушение на члена императорской семьи полагается смертная казнь. Анна уже часть моей семьи, а значит, за покушение на нее тоже лишат головы.

Слуги побледнели и начали трястись.

— Господин, мы не слышали колокольчик! Возможно, кто-то испортил артефакты и сделал так, чтобы они в ее руках не работали.

— Заходите в ее спальню.

Я стояла возле окна и ждала их. Показала жестом на простыню. Когда старшая над слугами и управляющий увидели стекло, побледнели.

— Я накажу служанку, что должна следить за комнатой.

— А толку? Где гарантия, что это она сделала? И где гарантия, что там, в матрасе, нет чего похуже?

Мэтью сходил к себе в комнату и через минуту вернулся с переговорным артефактом.

— Я вызвал Никса, пусть расследует. Вызвать слуг, что отвечают за эту комнату, пока тут жила чужачка. И я хочу знать, кто вам позволил селить в этой комнате постороннюю? Потому что я подозреваю, что она кому-то из слуг могла заплатить за пакость.

— Как ее звали? — спросила тихо.

Слуги поняли, о ком я, и тихо ответили:

— Алиса Майкарх, дочь графа Майкарха.

— Который артефактор? — спросил холодно Мэтью. — Надеюсь, он еще не покинул замок?

— Нет, господин, его вызвал лично император.

— Где его поселили?

— Господина Майкарха поселили в гостевом крыле.

— Кто вас попросил поселить Алису здесь? Не верю, что без вашего участия обошлось.

Управляющий бросил злой взгляд на кастеляншу, та виновато призналась:

— Она утверждала, что ваша помолвка — дело уже решенное, и вот-вот будет объявлено о ней.

— О, боже, какая тупость! — проворчал Мэтью. — И вы поверили?

— Ваша милость, как я могла сомневаться в словах аристократки?! Меня бы на конюшне выдрали.

— Еще могут выдрать, — бросил Мэтью. — На будущее — улыбайтесь, соглашайтесь и селите в гостевом крыле. А после — немедленно докладываете. Ясно?

— Да, ваше высочество.

Кажется, они расслабились и решили, что кара их миновала. Никс прибыл через полчаса со своими подчиненными. Те молча осмотрели простынь и распотрошили матрас, подушки с одеялом. В матрасе нашли еще много иголок, которые ранили бы меня, убери мы простынь с осколками. А на иглах еще был яд. Мужчины заметили, что я злюсь, и всполохи огня пробегают по моим волосам.

— Всю постель уберут. Комнату исследуют.

— Анна, нужно, чтобы и твои личные вещи осторожно проверили, — в них тоже могли гадость подложить.

Кивнула, поняв, что сказочно повезло переодеться после ванной и не пострадать. И сейчас на мне было простое домашнее платье — как раз для того, чтобы быть у себя в комнате. И правда, в моих нарядных платьях нашлись отравленные иглы. А украшения, что я взяла с собой, были смазаны ядом.

— Спокойно, — сказал Мэтью, обнимая меня за талию. — Трой узнает, кто это сделал, и он или они поплатятся. Сегодня переночуешь у меня, я тебя не трону.

— А у тебя в комнате таких сюрпризов нет?

Жених застыл удивленно. Его комнату и постель тоже проверили, но ничего не обнаружили. Из моей одежды достали все иголки и их забрали в чистку. Нетронутыми остались только простые платья. Мы с Мэтью спали на разных концах кровати, по крайней мере, в начале ночи. А утром я обнаружила себя в его объятиях, притом поняла, что я собственнически обнимаю его. И когда он попытался выбраться из кровати, то еще и сжала покрепче.

Утром мне вернули мою одежду. Я сама перепроверила то, что одеваю. Платье было идеально чистым. От него веяло чистотой и свежестью. К утру выяснилось, что Алиса причастна только к порче связи — проще говоря, колокольчиков, которыми вызывают слуг. Но утверждала, что ничего в постель не подкидывала и даже не просила об этом. И, как ни странно, я ей верю. Не настолько она коварна и подла. Отец ее пожурил уже не только за комнату, но и за порчу артефактов.

Служанка, что вчера мне помогала одеваться и укладывать волосы, словно испарилась. Ее никто не видел и вообще никто не слышал о ней.

— Как, говорите, ее звали?

— Мари. Она сказала, что уже год работает в замке, и ее родители привели. Мэтью, ты же ее тоже видел в той первой комнате.

— Да. Но я всех слуг не знаю в замке. А как — миловидная девушка, человек, черноволосая и черноглазая. С маленькой родинкой над губой с левой стороны. По росту чуть ниже Анны. Руки достаточно ухоженные были для служанки. Сама она стройная и даже худощавая, словно ее недокармливают.

Кастелянша, слушая его описание, хмурится.

— Была у нас такая служанка, но только она умерла год назад.

— От чего? — спросил Трой Никс.

— Отравили. А вот кто — так и не нашли. Хорошая девочка была, многим нравилась. Очень хорошо работала, была исполнительной. Я бы подумала, что вы видели ее сестру, но сестры у нее более упитанные и не такие симпатичные, как была Мария.

— Прикосновения у нее были явно живого человека, — сказала, пребывая в шоке.