Родители мне были рады, особенно матушка. Сейчас по-новому посмотрела на них. У мамы тоже ярко-рыжие волосы, у отца они черные. Трорков приняли хорошо. Отец позволил нам привести себя в порядок и ждал в одной из его любимых гостиных на поздний ужин и разговор. Я видела, что родители осунулись за время моего отсутствия. В своей комнате я наконец-то смогла хорошо выкупаться с помощью одной из служанок. Девчушка все слёзы радости вытирала, но молчала. Я попросила её не спрашивать меня ни о чём. Но приятно снова одеться в вещи благородной дамы.

Мэтью, увидев меня в домашнем платье, как-то грустно вздохнул. Улыбнулась ему вполне искренне. У него лицо как-то странно застыло, но он быстро взял себя в руки. После позднего ужина пришлось рассказать отцу с матушкой, где я оказалась и как жила. Матушка едва сдерживала эмоции, переживала. Отец хорошо держался, но я видела, как он сжимает кулаки и зубы.

— Я его удавлю, — прошипел отец.

— Не делайте поспешных действий, — попросил Мэтью. — Я оставлю вам артефакт для связи с генералом Сонком.

На этом нас отпустили. Я задержалась с родителями — хотелось ещё узнать про брата.

— Отец, как Марк?

— В школе, — сказал отец, резко выдохнув. — Сразу после твоего пленения я связывался со школой и предупредил, чтобы ему ничего не говорили. Но до детей всё равно дошли слухи. Я сегодня уже пообщался, сказал, что ты дома. Он приедет на каникулах и очень хочет тебя видеть.

Улыбнулась, я тоже хотела увидеть младшего братишку. Для своего возраста он слишком серьёзный ребёнок и не по годам умный. На этом откланялась и ушла к себе. Оказавшись одной, я поняла, что мой сундук остался в телеге трорков, только мой дневник остался у меня в куртке. Но вещи — это ерунда, мне непонятно, что я чувствую к Мэтью. И непонятно, что он чувствует ко мне. Может, я что-то неправильно поняла? Зачем тогда был тот поцелуй?

Утром четверо покинули замок, переодев одного из слуг в ту куртку, что я приехала.

— Ваше Высочество, в одной деревне были трорки и видели ведьму. Но солдаты говорят, что артефакт ложь показал. Но я уверен, что их запугали. А на днях стало известно, что трорки покинули ту деревню и ведьма уехала с ними.

Принц отослал гонца, сказав советнику:

— Скорей всего, её отвезли к семье. Герцога нужно навестить, показать ему его место.

— Будьте осторожны, Ваше Высочество, герцог может напасть на вас.

— Не сможет. Он связан древней клятвой, — усмехнулся принц.

Он прибыл с солдатами через пару дней после того, как я прибыла к родным. Матушка всё это время была рядом со мной. К сожалению, мои родители видели мою смерть и видели, в каком состоянии меня привели на неё. Отец был очень зол на принца и на то, как он унизил и оскорбил меня.

Когда прибыл Томас, отец встретил его в холле замка с высоко поднятой головой. В глазах его читалась ярость.

— Зачем вы явились сюда после того унижения, что вы заставили пережить мою дочь?! — спросил отец, но звучало это как вызов.

— Я всё ещё правитель этих земель, — сказал принц с улыбкой полной яда.

— Вы не правитель. Им был ваш отец, вас никто не короновал. И вы забыли, что королевство вошло в состав империи Трории. Вам сохранили титул, и он номинальный и ничего не значит.

— Зато я легко могу приказать убить вас и всех, кто есть в этом замке.

— Не сможете, — я не стала прятаться и спустилась по лестнице.

У Тома увеличились глаза, он не ожидал увидеть меня, не после того, как отправил на костёр. Я была одета в темно-зелёное платье, подчеркивающее все достоинства моей фигуры и выгодно оттеняющее мои ярко-рыжие волосы. Солдаты, что были с принцем, запнулись и опустили мечи, направленные на моего отца.

— Как ты выжила?

— Тебя волнует только это? — усмехнулась я.

— Убить их! — приказал принц солдатам.

Но те замешкались, а потом ощутили, как у них раскалились мечи, и они их выронили.

— Ты не можешь направлять магию против своего государя и его семьи! — взвизгнул принц.

— Ты не мой правитель и не часть его семьи. И после смерти эта клятва аннулируется, особенно если смерть была от руки этого государя, — сказала с улыбкой.

— Я найду способ уничтожить тебя! — прорычал принц и вылетел из замка. Солдаты смотрели на меня как на что-то странное.

— Забирайте оружие, — сказала им, видя их нерешительность, — оно уже не обожжёт вас. И уходите. Но подумайте над тем, что услышали. Королевство стало частью Трории, и принц идёт против императора.

Когда солдаты ушли, отец меня обнял крепко.

— Солнышко ты моё, — сказал тепло отец. — Я так рад, что Всевышний вернул тебя мне.

После ухода принца отец в своём кабинете связался с генералом Сонком и доложил о случившемся и о том, как справились.

— Будьте осторожны. Анне лучше не покидать замок.

— Сколько? Дочку сложно удержать на месте долго.

— Несколько месяцев.

— Хорошо, думаю, несколько месяцев я смогу её сдержать.

Дома хорошо. Но я чувствую, как стены давят на меня. Проблема с вредителями на полях никуда не делась. Но мне страшно, что моё изобретение могут исказить и использовать потом на мирных людях. Решила поговорить об этом с отцом.

— Это решит проблему с болезнями растений, — сказал герцог Реринд, — но твои опасения мне понятны. Но ты забывала, что есть клятва неразглашения: ни устно, ни письменно, ни каким-либо другим образом. И обрабатывать поля нужно уже сейчас, пока не настал голод на наших землях. Мы обучим самых надёжных людей, и они будут работать на наших полях.

На словах звучит всё очень хорошо. Посмотрим, что получится.

— Я буду одной из тех, кто будет распылять зелья.

— Дочь! Генерал просил не покидать тебя дома.

— Папа! Я не могу сидеть дома, когда я нужна на полях! Я, именно я, должна испытать свои расчёты, прежде чем давать их другим! И я больше переживаю за тебя с мамой! За себя-то я смогу постоять!

— За себя мы можем постоять. Переоденься попроще и возьми охрану. Далеко не отъезжай, на ближайшем поле испытывай.

— Хорошо.

Было страшно оставить родителей дома. Но стоило мне выехать за пределы замка, ко мне подъехали знакомые трорки с Мэтью во главе.

— Мой отец предвидел, что твой отец не сможет тебя удержать в замке.

— Нужно обезопасить поля от болезней, иначе будет голод в герцогстве. А мои расчёты не испробованы на практике.

— Анна, мы не осуждаем. Мы обеспечим твою охрану.

— Я за родителей больше переживаю.

— За ними присмотрят.

К полю я ехала с зельем, которое может вылечить посевы от грибка. Его везли слуги на телеге. Возле поля начала подготовку. Для распыления я буду использовать стихии. Трорки очень внимательно наблюдали за моими действиями. Пшеница уже взошла на полях, и самое время дать ей защиту.

Зелье я подняла в воздух и, сделав ряд магических манипуляций, перевела его в состояние мелких капель. Направила его на поле. Отслеживала, насколько смогу распределить его и какой расход сил происходит. После первой партии распылённого зелья села просто на землю и стала вносить расчёты в свой дневник. Мэтью вздохнул, быстро снял с себя куртку, постелил на землю и, подняв меня под руки, пересадил на неё.

— Спасибо, — сказала тихо и стала дальше быстро записывать формулы.

Оставив на его куртке свой дневник, перед моим лицом оказалась ладонь Мэтью. Он молча предлагал помощь, чтобы встать. Приняла его помощь и, встав, стала дальше колдовать. К концу обработки поля я позорно потеряла сознание. Благо Мэтью был рядом и поймал меня. В себя я пришла уже дома, в своей комнате. Рядом сидел Ленг. Проморгалась, думала, мне показалось.

— Я не мираж, — сказал он. — Ты напугала нас.

— Немного перестаралась.

— Ты сильно истощила себя.

— Я это поняла. Можешь подать мой дневник, нужно внести несколько поправок в формулы.

Он только покачал головой. Сначала подсунул зелья, потом воду, а затем заставил поесть прямо в кровати. Состояние стало полегче. Только после этого мне разрешили встать с кровати, привести себя в порядок и потом уже заниматься записями. За расчётами меня и застал Мэтью с отцом.