Кайл присвистнул от удивления и даже остановился.

— Вот ты шустрый, — покачал головой он. — Я её шерсть только через год совместной службы увидал. Ну, она тогда моложе была, скромнее.

— Да я почти ничего и не успел увидеть, — теперь всё же смутился я. — Просто гулял. А она там с мужиком. Я думал, он её обижает…

— Ох, мадре диас, да у нас тут герой! — Кайл возмущённо всплеснул руками и сплюнул на прорезиненное покрытие. — Завязывай с этим! Тут всеобщее братство и сестринство, исходи из этого! А кто крупно накосячит, того и без тебя накажут. Я могу кому-нибудь за бараками по-братски рыло начистить, а тебе нельзя, ты вообще беженец! И даже в статусе салаги только между своими. Иначе это полный залёт! Даже если Марк тебя вечером станет бить — беги и кричи «Спасите, помогите!» Я потом разберусь.

— А он может? — слегка вздрогнул я.

— Вряд ли. Я так, для примера, — отмахнулся Кайл. — Он тихий, просто обидчивый. Не сумел обиду проглотить. В отличие от его подружки, вот она хорошо умеет… Хм…

— Знаешь, Коля, если ты об этом вот так постоянно треплешься, я б на месте Марка вообще горшок с супом тебе на голову надел, — вздохнул я. — Козлорог тут я, а…

— А рога выросли у Марка! — перебил меня он. И тут же поднял руки в жесте «Сдаюсь». — Всё, всё, последняя шутка про Марка! Просто ты больше никого тут не знаешь, и вообще, сам про него заговорил. Так-то это было год назад и всего разок. Не, два раза. Короче, я это к чему. Если девчонка пошла с тобой пообжиматься в кроватке, не считай её сразу своей невестой. Не будь как Марк. Всё, всё, я перестал! Ну, серьёзно. Тут есть ребята в долгих отношениях, есть и женатые пары. Но большинство живут до завтра.

— В смысле? — не понял я последнего выражения.

— Блин, чё я ляпнул, тупой техномагический перевод, — постучал себя пальцем по виску Кайл. — Живут сегодняшним днём! Хотя «Живут до завтра» — красиво звучит! Надо ввести фразу в обиход. Может, завтра мега-Прорыв и деймы всех сомнут. Или я сегодня со сбора осколков не вернусь. Это я гипотетически, так-то там сейчас безопасно. Я б даже тебя взял, чтоб всё показать, но…

Он остановился и задумался, почёсывая в затылке.

— Но я должен подменять тебя на дежурстве по раздаче ужина. И даже не завербован пока, — напомнил я. — И скаф мне не дадут. А без него не пойду!

— Эти проблемы я куплю, — задумчиво пробормотал Кайл, роясь в одном из кармашков-подсумков на поясе. Судя по звону, у него там был кошелёк с монетами. — Я ж не знал, что ты земляк-попаданец. Хотел лайтово всё порешать. Но ради такого дела… Во!

Он отыскал среди монет колечко, которое гордо продемонстрировал, зажав между пальцами. Тоненький серебристый ободок с розовым камушком.

— Платина с розовым бриллиантом. Морковкин давно свою морковку к Лайзе подкатить хочет. С таким подарочком она сама на него запрыгнет и поскачет, лишь бы не соскользнула… Хм… С шеи, да.

— Мне восемнадцать, а не тринадцать, — напомнил я. — И я всё равно понимаю смысл твоих… Хм… Эвфемизмов. Так зачем?

— Да причём тут ты? — отмахнулся Кайл. — Это я мамке здешней обещал, что буду хорошим и культурным мальчиком. А поскольку она мне на день рождения дарит примерно ВВП маленькой африканской страны, то не сдерживать обещание будет очень невежливо.

— Давай я лучше еду разносить буду, — попытался я остановить его бурный порыв.

— Не-не, — замахал руками мой старший товарищ по попаданству. — Морковкин за меня подежурит… До конца года, если надо будет. Эта бирюлька стоит как… Ну, как перезарядка ядра скафа, допустим! А, ты всё равно не сечёшь, забей. Но скаф у Морковкина казённый, стандартный…

— Я без скафа в этот ваш портал, провал, прорыв или как его, не полезу! — заупрямился я.

— Расслабься, салага! Я мажор с серебряной ложкой или погулять вышел? У меня три личных скафа!

Блин, а ведь если б я лишний раз не вякал, мог бы сейчас сидеть в бараке и ждать, когда принесут обед…

— Мать твоя, добрая женщина! — я в последний момент спохватился и изменил рванувшуюся наружу реплику. — Это что такое, дорогой ты мой человек⁈

Перед нами стояло три скафа. Но только один из них выглядел рабочим и пригодным к использованию. Два других казались наполовину демонтированными. Скорее арт-объекты, чем боевые костюмы.

— Ну, я слегка преувеличил, — повинился Кайл. — Но это дело решаемое!

— Деньгами? — скептически хмыкнул я.

— Не так просто, — тяжко вздохнул он.

Кажется, мой новый друг вообще мастер преувеличивать. Слегка. Примерно так увеличивая кочку до Эвереста. Выпендрёжник и позёр, одним словом. Хотя это два слова.

На раздачу обеда нам сходить всё-таки пришлось, втроём с Марком. Всё прошло мирно и гладко, я бы предпочёл и дальше этим заниматься. Хотя бы ещё несколько дней, пока не разберусь в окружающем новом мире чуток получше.

Но Кайл закусил вожжи и поскакал, гарцуя. Ещё и меня с собой потащил. Сразу после раздачи обеда мы забежали в один из бараков, где проживал боец по фамилии Морковкин.

Шевелюра у парня и впрямь цветом напоминала морковку. Но в остальном он скорее походил на шкаф. С очень мрачной физиономией. И когда Кайл, в разговоре с ним изображая предполагаемую реакцию на подарок неизвестной мне Лайзы, громко простонал «О-о-ох-х»… Я думал, вот сейчас мой собрат-попаданец получит пудовым кулаком по глупой голове и на месяцок сляжет в медчасть! Увы, нет. Морковкин расплылся в глупой лыбе и чуть ли не пустился в пляс, разом потеряв всю суровость вида.

«Колечко, с бриллиантом колечко, Лайзы растопит сердечко…» Когда довольный собой Кайл пропел эти импровизированные строки в пятый раз, мне самому захотелось его стукнуть. Но мы как раз дошли до его барака.

Жил Кайл в отсеке один, хотя стандартных двухъярусных кроватей тут стояло две. На случай, если гости ночевать останутся. На военной базе, да… То ли тут такие порядки свободные, то ли мне надо было всё же взять с собой из барака вилку, чтоб снимать с ушей лапшу.

Но три скафа тут стояли рядком вдоль стенки. Один тот, в котором я видел Кайла на той стороне, когда он меня спасал. Стандартный серо-стальной. Ну, из пластали, как я теперь знаю.

Второй выглядел так, будто до его раскрашивания добрался трёхлетка. Одна нога синяя, вторая зелёная. Руки — жёлтая и оранжевая. Торс спереди фиолетовый, а сзади броня вовсе отсутствует. Что видно через большую дыру в груди — стену барака через неё видно. Голова вообще чёрная. И тоже с дырой в районе левого виска. Впрочем, ноги и руки скафа тоже выглядели так, будто он подрался с Фредди Крюгером. И Фредди победил. Видимо, это следы когтей деймов… Мне ещё больше расхотелось идти в тот мир, где полно таких тварей.

У второго скафа были рога. Один изогнутый, второй прямой, но прикреплённый к шлему параллельно с первым, так что торчал он в бок. Нагрудник представлял собой то ли мозаику, то ли панно, собранное из мелких косточек в узор. Присмотревшись, я углядел по центру пятиконечную звезду, чуточку кривоватую. Левая рука и нога доспеха тоже были собраны из костей, а вот правые остались вовсе без обшивки, имелись только рёбра жёсткости, обозначающие форму тела.

— Я в эти дырявые вёдра не полезу! — категорично заявил я.

— Побольше уважения, — неожиданно серьёзным тоном проворчал Кайл. — Каждый кусок — это наследие павшего бойца. Да, собрано из обломков. Нельзя взять и купить рабочий скаф! Можно получить персональный скаф в личное пользование. Модернизировать его, раскрасить… И если погибнешь в бою, его обломки родня имеет право забрать. Или продать.

— В них ещё и умер кто-то, — аж вздрогнул я.

— В костяном нет, пустой корпус купить можно. Как и начинку отдельно, частями. Но его я уродовать сейчас не стану. Потом кости деймов уже нормально не приклеишь. А вот этот разноцветный… Могу дырки заткнуть пластиком и залить пеной сверху.

— Кости? — переспросил я.

— Угу. Кстати, помимо осколков ядер будем и их собирать. Осколки сдавать надо, а вот на кости всем плевать. Кто-то из них амулеты и сувениры вырезает. Но они ж прочные, прочнее стали! Вон, после арт обстрела уцелеть должны! Будет зачётная бронька, когтями уж никто не продерёт. Доберу, чтоб дособрать корпус скафа! Затем и хотел после орды пойти на сбор. Потом переоформлю на себя костяной скаф как основной…