— Грёбаные деймы! — то ли поддержал, то ли возразил кто-то ещё. — Если б они не пёрлись к нам, как на буфет, парни там не стояли!

— Тут им и есть буфет, — поморщился сидящий почти напротив меня Ларс. — Только буфет закрыт! А мы им не еда, мы — вахтёры!

Народ поддержал эти слова одобрительным гулом. Как по мне, метафора сомнительная, но тут половина или больше не русские, они не понимают весь контекст.

На наш банкет собралась такая куча народа, что Ларс поначалу скрипел зубами — ему же за всё платить. Но когда прибежали медички, в коротких белых халатиках, застёгнутых всего на пару пуговиц, под которыми просматривалось кружевное бельё или бикини, он строить морду кирпичом резко перестал. Анька сама не пришла, но обещание выполнила, подруг позвала.

Нам пришлось сдвинуть вместе половину столов в баре. Это для начала. Потом новые посетители как-то начали присоединяться к общей гулянке, так что все столы были сдвинуты в виде буквы «П». Ларс точно влетит гораздо больше, чем на три серебряных гроша. Но сейчас он обнимает полуодетую медичку и всем доволен.

Тут собрались все из дежурной смены охраны, кто не сильно пострадал от взрыва. Хотя у одного парня рука висела на перевязи, другой хромал, у третьего синяк в пол-лица. Дежурные медички слишком выдохлись, чтоб долечивать мелкие травмы, ну а сидящие с нами за столом… Возможно, им завтра придётся выплёскивать виту, спасая чьи-то жизни. Хотя некоторые прохаживались между рядами, прикасаясь к раненым — до утра вита восстановится, можно и сейчас немного потратить. Хотя прорывы не ждут рассветов, как сказал кто-то из присутствующих. Маловероятно, но новый прорыв возможен в любой момент, даже прямо здесь.

— Господи Иисусе, когда же уже пенсия, — простонал один из «синих».

У них и комбинезоны были синие, так что отличить легко. Но этого я бы и по постоянному упоминанию бога всуе узнал. Выглядел он лет на тридцать, загорелый, хотя это скорее оттенок кожи такой, точно не русский, наверное, итальянец или испанец, откуда-то оттуда.

— Матео, не ной и терпи, — ткнул его в плечо кулаком приятель. — Как заработаешь на домик у моря, так и выйдешь. — А если трусишь, так переходи в обслугу завтра. Тоже зарплата неплохая.

— Ага, конечно, ядра-то нетушки! — всплеснул руками Матео. — И чего я делать буду? Раз в день ядро скафа подзаряжать? И обоймы в деструкторы снаряжать? А там бах, прорыв посреди оружейки! И такой совсем без виты лежит Матео, кишки наружу!

— Дурак, в оружейке тройная защита, — засмеялся Ларс. — Вот нас разок в медчасти накрыло…

Он вдруг резко запнулся и нахмурился.

— Помню, как же, — расхохоталась медичка, которую он обнимал. — Моё худшее дежурство! Полчетвёртого утра, так Ларс меня тревожной кнопкой разбудил, судно ему подать! И тут — н-на, прорыв! Прям в палате. И оттуда рогонос прёт! Так ему этим судном на рог и прилетело. Стоит такой, обтекает. Портал своей тушей заблокировал. Сирена орёт уже! Я ору! Тут моя напарница прибегает с тремя деструкторами в охапке! Мы с ней такие с колена садим в рогоноса и визжим-орём обе, как дуры! Помнишь, Марго⁈

— Помню! — отозвалась другая медичка. — Иногда даже в кошмарах вижу!

— И Ларс такой из положения лёжа стреляет, у него левая нога на честном слове пришита! Три самых длинных минуты в моей жизни! — продолжила тараторить первая. — Тут залетает охрана в скафах, а портал — хлобысть, и всё! И половина рогоноса, слегка обжаренная и пахучая тут, а задница там осталась. Наверное, ещё более пахучая, хотя…

— Не, судно Ларса должно пахнуть хуже, чем навоз рогоноса, — возразил один из «чёрных». — Я с ним в одном бараке живу, он иногда ночью так газует…

Выскочившая с другой стороны стола медичка, видимо, та самая Марго, дёрнула его за шиворот так, что парень навернулся спиной на пол. На этом девушка не остановилась, а уселась к нему на грудь, потрясая указательным пальцем у лица:

— Ты вообще рогоноса видел, салага? А в двух метрах от себя⁈ А без скафа? А когда ты раненый лежачий? И что б ты тогда орал⁈ А Ларс орал: «Отходите, я прикрываю!» Да ты его дерьма в том судне не стоишь! То дерьмо рогоноса остановило, а ты…

Она на мгновение прервала свою речь, чтобы вдохнуть воздуха. И тут же была остановлена подругой:

— Марго, Марго, хорош, — затрясла её за плечи первая медичка. — Ну его, дурака. Давай местами меняться. Вижу, тебе Ларс сильно запал. Садись на моё место, он сегодня твой. Ну, если захотите, я тоже присоединюсь. Но я его тогда перед выпиской уже оседлала, а ты проморгала.

— Же-есть, — шёпотом протянул я, вытаращив глаза, но Кайл заметил и услышал.

— Нормально, стажёр, — отмахнулся он. — Привыкай. Война такая грязная тварь. Полна не только крови, но и страха и дерьма. А Ларс молодец! — прибавив громкости, заявил он. — За Ларса! И половину счёта за банкет оплачу я! Гуляем!

Выпили, на этот раз чокнувшись. А Ларс выдохнул с явным облегчением. Да и забившаяся ему подмышку Марго добавила парню хорошего настроения, хотя прежнюю пассию он проводил печальным взглядом. Ну, может, ему и с обеими разом перепадёт. Думаю, этот плечистый рослый скандинав и с двумя справится. Если не нажрётся.

Но медички жгут, это просто нечто. Насколько вижу, от их разговоров тут не только я покраснел. Я думал, Анька просто угорает и провоцирует, но они, походу, все такие. Эх, жалко Аньки тут нет, после нескольких рюмок я бы хотел сейчас пообнимать и поцеловать красивую девушку.

— Кто тут заказывал фуагра и бутылку «Дон Переньон»? — прозвучал голос с края стола. Тёмная эльфийка-официантка в сером комбезе и с розовой чёлкой. — Обломитесь, мажоры-юмористы! Такого в меню нет и не будет! Жрите картошку-фри под пиво!

Она плюхнула на стол полный поднос и ушла. А я вылез из-за стола и поспешил за ней. За Элис. Может, мы не только подружимся, как двое попаданцев в чужом мире… Хм… Может, во мне это говорит выпитый алкоголь. Тогда тем более лучше пойти знакомиться сейчас, а то потом не рискну.

Что ей сказать-то? Как показать, что я тоже попаданец? Блин, из какого она вообще поколения? Сколько ей лет было? Если из моего… Я не очень-то знаю, чем там моё поколение живёт! С ровесниками в сети общаться было не очень интересно, они и половины не читали и не смотрели из того, что мне понравилось. Им некогда, они жили свою офлайн-жизнь, а у меня времени вагон. Да и главные собеседники в реале — мамка и потом отчим. Мы частенько и все вместе втроём кино смотрели, которые дядя Вадим мне советовал. Многие и мамка тоже первый раз посмотрела, и ей понравилось. А ровесники ни «Чужого», ни «Гремлинов», ни «Назад в будущее» не видели, о чём с ними говорить вообще! Это ж классика, это знать надо!

Вот сказать бы какую-нибудь прикольную крылатую фразу, которую Элис точно узнает. Но что-то вообще всё из башки вылетело! Не говорить же: «Мне нужна твоя одежда и скаф!» Да и вообще, сыпать цитатами и юморить это скорее в стиле Кайла. Я бы и хотел так уметь, и одновременно это бесит.

Поэтому я поступил проще, взгромоздился на высокий барный стул у стойки и сказал:

— Привет, я Айк.

— Пошёл нафиг, Айк, — услышал в ответ. — И Кайлу передай, чтоб шёл ещё дальше.

— Он меня не посылал, — постарался пояснить я, что пришёл чисто по своей инициативе.

— А я вот посылаю, — отозвалась девушка.

И ушла в подсобку, хлопнув дверью. Блин, вот и поговорили! Возможно, всё-таки стоило сразу в начале заявить, что я попаданец. Назваться земным именем, например. Хотя тут в ходу такие же имена, пусть и не у полдов. И чего она такая злая второй день? Даже могу предположить, что бы по этому поводу сказал Кайл, но вряд ли дело в этом.

— Приятель, огонька не найдётся?

Я обернулся на голос и едва не уткнулся носом в массивную грудь, обтянутую розовой тканью. Дамочка чуть отступила, водружая на высокий стул не менее массивный зад.

— Не курю, — покачал головой я.

Куча народу дымила прямо в баре, так что вокруг уже туман стоял. Могла бы к любому курильщику подойти.