Смерть, достойная глупца. Син Юань прекрасно знал нрав Бо Ханя, и сомнений не было, что мастер начертаний погубил себя сам. Старейшина потерял интерес к банальному инциденту и пошёл к лестнице, но краем глаза заметил странную щепотку серого пепла у основания стены, вдалеке от курильниц.

Он подошёл ближе, опустился на корточки, собрал на палец серую крошку и растёр её по коже. Текстура оказалась почти шёлковой. Специфический кислотный запах сгоревшего состава применялся только для протравки дорогих сортов бумаги.

— Это не трава для благовоний, — тихо проговорил Син Юань.

Воздух в подвале мгновенно похолодел.

— Это дорогая бумага из Лунмэня. Материал, который берут в работу только под боевые талисманы.

Логика начала стремительно выстраивать разрозненные куски в цельную картину. Мёртвый Бо Хань работал исключительно с монолитными стелами и ненавидел бумажные одноразовые носители. Почему здесь сожжённый в пыль талисман, оставивший столь глубокий, многослойный отпечаток плотной ци? Точно такая же плотность, с таким же безумным уровнем концентрации, описывалась в отчётах Лян Цзи! Талисман, разрушивший гордость клана Син, его племянника Вэя!

«Этот ублюдок! Он был здесь! — осознал Син Юань. — Бо Хань не страдал от отклонения энергии. Какой-то талисман выжег старику сознание и потом преступник искусно подделал симптомы неудачного прорыва».

Старейшина теперь не сомневался, что он имеет дело не просто с учеником, а очень умным, расчетливым, и, самое главное, хитрым, как сам демон, практиком.

С лестницы послышались торопливые шаги. Личный слуга клана ворвался в подвал и опустился на колено перед старейшиной.

— Мой господин! Мы проверили все рыночные цепочки в округе! Пять наёмников были перехвачены в южном лесу, и при них обнаружены многоразовые боевые печати мощности Ядра!

— Откуда они у них? — процедил Син Юань.

— Клянутся, что приобрели на аукционе в чайной Лунмэня!

Лицо старейшины превратилось в гранитную плиту. Жуткое убийственное намерение затопило помещение, швырнув стоящих позади следователей на пол. Увечья Пэй Луна. Сломанная культивация Син Вэя. Убийство первого начертателя Серого Пика. Некто системно и нагло уничтожал влияние клана.

Син Юань стремительно направился к выходу. Золотистая ци окутала его плотным щитом.

— Готовьте ездового зверя, — скомандовал он подчинённым. — Я отправляюсь в Лунмэнь прямо сейчас.

Син Вэй сглотнул вязкую слюну, пропитанную остатками Эликсира Возрождения Лотоса. Во рту стоял стойкий привкус жжёной кости вперемешку со старой кровью. Пилюля стоимостью в небольшую провинцию залатала разрушенные стенки меридианов. Вот только за подобные чудеса приходилось расплачиваться.

Два канала омертвели окончательно. Теперь ци текла рывками. Энергия то и дело натыкалась на мёртвые зоны внутри тела, и каждый такой затык отдавал в груди режущим спазмом. Дядя влил в него состояние клана и кусок собственной жизненной силы, вернув племянника на ступень Формирования Потока. Статус безупречного гения при этом растаял без следа. Лекари трусливо отводили глаза, пряча за показным почтением единственно верный диагноз. Уйдет несколько драгоценных лет, чтобы восстановиться полностью.

Син Вэй замер перед зданием Палаты Начертаний. Далекий гул с верхних ярусов доносил крики разгоряченной толпы: Обитель праздновала турнир. Состязания внешнего мусора интересовали наследника в последнюю очередь.

Лян Цзи шагнул из тени навеса и согнулся в глубоком поклоне. После возвращения из Запретной Зоны слуга исхудал и теперь рефлекторно пытался слиться со стеной при любом приближении молодого господина.

— Молодой господин, — пролепетал Лян Цзи. — Я счастлив, что вы вернулись! Наставники и ученики собрались на трибунах. Мастеров Палаты тоже нет. Внутри остались ученики Палаты, им турнир не интересен.

— А подмастерья?

— Он был всего один, насколько я знаю, но его перевели в ученики. Думаю он внутри.

Син Вэй толкнул деревянную створку. Левую руку тут же прострелило фантомной болью, отчего зубы сами собой сжались. Тот паршивец в куртке Железной Лозы оказался наглым самозванцем, не знающим ни единой техники Ордена. Запредельная плотность брошенных им пергаментов с головой выдавала опытного начертателя. Искать изготовителя талисманов следовало именно здесь, среди вечно перепачканных тушью обитателей Палаты.

За длинным столом у дальней стены работали трое. Вышитые знаки горы и меча на их серых робах говорили о статусе внешних учеников. Один из парней лениво растирал синий минерал в ступке, пока его соседи водили сухими кистями над тренировочными свитками.

Дверь с грохотом отлетела к стене. Сидевшие за столом вздрогнули и оторвались от работы.

Наследник клана Син зашагал по проходу между стеллажами. Тяжёлый шёлк его одеяний ловил блики масляных ламп, а размеренные шаги эхом гуляли под низкими сводами мастерской.

— Син… старший брат Син? — Парень торопливо поднялся. Он сцепил ладони в нелепом приветствии. — Нас оставили дежурить по приказу канцелярии. Вы за мастером Вэнь Шу?

— Я ищу крысу, которая выступает против своих же собратьев. — Син Вэй остановился, не доходя до стола пару шагов.

Циркулирующий поток энергии снова напоролся на выжженный рубец. Предплечье мгновенно свело судорогой. Он с силой сжал пальцы, пережидая жгучий спазм.

— Кто здесь делает многозарядные талисманы?

Парни растерянно переглянулись. Тот, что встал, вымученно улыбнулся, явно приняв этот странный вопрос за проверку знаний.

— Старший брат изволит шутить. В Обители не существует многозарядных боевых пергаментов. Мы только наносим учебные символы для стел, в Палате сроду не было подобных мастеров…

Син Вэй оборвал его оправдания. На ладони незваного гостя разгорелась клановая печать тигриной морды. Из-за повреждённых каналов её некогда чистое свечение приобрело грязный, оттенок. Спрессованный воздух щёлкнул.

Сотканная из плотной энергии лапа ринулась вперёд и намертво перехватила горло болтуна. Резкий рывок вверх оторвал парня от пола. Он спиной проехался по столешнице, сметая каменные плошки с пигментами. Тёмная тушь залила доски. Захрипев, ученик вцепился в призрачные тиски и заболтал ногами.

Его товарищи с проклятиями отпрыгнули к деревянным полкам.

— Совсем спятил⁈ — взвизгнул один из них, вжимаясь в древесину. — Мы ученики Обители! Правила запрещают нападения…

— Правила написаны для таких слабаков как вы, — глухо отозвался Син Вэй.

Его рука сжалась крепче. Призрачный контур намертво сомкнул челюсти на чужой шее. Позвонки хрустнули, и обмякшее тело грузно повалилось на перепачканные доски, задёргавшись в последних конвульсиях.

Звук возни затих. Лян Цзи так и остался у порога, втянув голову в плечи и прилипнув лопатками к стене.

— Итак, — Син Вэй смерил выживших ледяным взглядом, игнорируя нервный тик под левым глазом. — Некий рисовальщик притащился в Запретную Зону. В чужой форме, с целой пачкой плотных бумажек, которыми без проблем снёс мне щит. Подобный мусор неизбежно оставил бы следы своей деятельности. Особенные пигменты или сами дорогие пергаменты. Рассказывайте всё!

— Я ничего не видел! — Второй парень опрокинул локтем стопку бумаги. Его трясущиеся кисти пытались выстроить в воздухе жалкое подобие защитной печати. — Никаких особых чернил! Только жидкая база для тренировок, клянусь!

Син Вэй проследил за нелепыми движениями жертвы и хмыкнул. Ярость от собственного бессилия требовала немедленного выхода. Некогда всесильный гений, сейчас мог отыграться только на тех, кто заведомо слабее. Раз молчат, значит прикрывают ублюдка.

Применив технику скольжения, он сократил расстояние за один короткий рывок. Левая рука послала вперёд дугу сжатой энергии.