— Месяц сидел в Палате, рисовал значки, и решил, что от этого посох сам в руке зачаруется⁈ Парни, этот и до второго удара не дотянет! Ставлю десять монет.

На среднем ярусе Горн вцепился в перила балкона так, что дерево под его ладонями скрипнуло. Дэ Шен стоял рядом и смотрел на арену, а в его опущенной руке остывала забытая булочка.

— С каких пор Мин держит шест так, словно тот в его ладонь врос? — тихо спросил Дэ Шен, не отрывая глаз от арены.

Горн не ответил. Он понятия не имел.

На арене Мин перехватил посох двумя руками и встал в стойку, которую вбил в него дед Лао через вёдра с навозом и синяки от тяпки. Левая рука на нижней трети древка, правая на верхней, ноги чуть шире плеч, вес осел в колени. Посох лежал в ладонях так, будто рос из них.

Гу Бо ухмыльнулся, крутанул меч в запястье и поднял клинок перед собой.

— Сплошная показуха, думаешь эта палка тебя спасет от меня⁈ Сегодня ты станешь калекой!

С помоста распорядитель поднял ладонь.

Гулкий удар гонга ещё вибрировал в прохладном горном воздухе. Гу Бо медленно достал тренировочный меч из ножен.

— Последний шанс, мусор, — снисходительно бросил он, поигрывая клинком. — Упади на колени, проси прощения, и я, так и быть, сломаю тебе только ноги.

— Благодарю за заботу, старший брат, — Мин едва заметно склонил голову. — Но колени мне сегодня ещё пригодятся для вечерней медитации. Нападайте.

Лицо кланового гения скривилось. Его фигура метнулась вперёд, а незаточенный металл издал тонкий свист. Мечник подпитывал оружие пятнадцатью открытыми каналами, собираясь размазать наглого выскочку за пару ударов и насладится увечьями. По лезвию побежала зеленоватая ци, оформляясь в атакующую технику «Рассекающего Листа».

Ученики в первых рядах рефлекторно втянули головы в плечи перед надвигающимся давлением. Мощь чужого авторитета навалилась на зрителей тяжестью каменной плиты. Для Мина же эта преграда не представляла ни малейшей угрозы.

Пока второгодка летел в атаку, юноша спокойно держал боевой посох обеими руками. Его внутренний взор привычно пробежался по телу. Шестнадцать меридианов превосходили противника далеко не только в количестве. Энергетика нападающего пульсировала с перебоями из-за осевшего в протоках мусора от пилюль и посредственных медитаций. Русла самого Мина наполнились качественной ци от воздействия Лампады Духовного Пламени, а ежедневные варки Чернильницы расширили его каналы до невообразимых для первогодки пределов. Густая энергия текла там без единого препятствия. Демонстрируемый Гу Бо «предел возможностей» оказался для Мина… посредственным?

«Меч всегда торопится и ищет кровь, — прохрипел в памяти голос деда Лао. Мин мимолетно вспомнил, как увесистый черенок тяпки больно бьёт по рёбрам во время переноски навоза. — А задача посоха — держать баланс. Дерево не перебарывает сталь, оно находит пустоту за клинком. Жди чужого выдоха. Лови момент паузы».

Зелёный полумесяц удара полетел прямо в лоб подмастерья. Трибуны хором ахнули. Наблюдавший со среднего яруса Горн взволнованно вцепился в деревянные перила.

Мин без суеты перенёс вес тела на полшага в сторону. Меч со свистом прорезал пустоту. Нападающий вложил в этот выпад слишком много личной злобы, по инерции провалился вперёд и судорожно попытался поймать равновесие. Открылась та самая секундная пауза.

Запястья Мина синхронно довернулись. Внутренняя ци из шестнадцати русел моментально перелилась в сливовое дерево, превратив инструмент в монолит. Оружие с резным драконом описало короткую дугу в пространстве и врезалось в правое предплечье Гу Бо.

Хлёсткий треск ударил по каменным рядам амфитеатра.

Тренировочный меч со звоном отскочил к ограждению. Сам гений рухнул на колено и завыл дурным голосом, прижимая к груди покалеченную конечность. Сломанная кость неестественно торчала сквозь натянутую кожу.

Шум толпы разом оборвался. Люди на верхних ярусах повскакивали со своих мест, пытаясь разглядеть происходящее внизу. Ученик внешнего двора с обыкновенной палкой первым же попаданием искалечил мечника на пятнадцати каналах.

Мин опёрся о древко и выдал вежливую улыбку:

— Простите, старший. Кажется, вы забыли выставить верхний блок в базовой стойке. Вы оказались абсолютно правы относительно тупого оружия, оно дробит суставы на удивление громко. Пожалуй, сохраню эту глубокую мудрость для будущих поколений.

Жар унижения внутри Гу Бо мгновенно перекрыл пульсирующую боль в предплечье. Он корчился на гранитных плитах перед самым обычным дворовым подмастерьем, пусть и вчерашним.

— Смерти ищешь! — прошипел он сквозь зубы. Изо рта брызнула кровь вперемешку со слюной.

Аристократ попытался подняться на ноги, перегоняя нестабильную энергию вниз и намереваясь вцепиться в глотку врага здоровой рукой.

«Гнев запирает суставы, — вновь всплыла в голове наставническая наука. — И это лучший момент, чтобы сломать противника окончательно».

Дожидаться ответного рывка Мин не планировал. Посох скрежетнул по плитам арены, выбивая точку опоры. Концентрированный поток плотной энергии скатился к нижнему краю палки, подсекая левое колено Гу Бо боковым ударом.

Очередной громкий хруст заставил старейшин на помосте переглянуться. Вывернутая нога подкосилась. Гений свалился на бок и истошно заголосил от нового приступа боли. Мин прокрутил оружие в ладони, упёр древко в камни и навис над стонущим противником.

— Положения Устава предписывают драться до сдачи или отключки, — отчётливо проговорил юноша в сторону судейских столиков, после чего взглянул на скорчившегося врага. — Я по-дружески советую старшему брату поскорее потерять сознание. Иначе ваши целые части тела закончатся раньше моего образовательного энтузиазма. Будете сдаваться?

Гу Бо потерял остатки здравомыслия от масштабности разворачивающегося позора.

— Я. Уничтожу Тебя! И девять поколений твоих потомков, мразь! — плевался он.

Уцелевшая кисть рванула край собственной куртки. Внутри блеснул спрятанный металлический цилиндр. Воздух мгновенно исказила химическая эманация, заставив пространство в радиусе пяти метров вибрировать от токсичной примеси.

Под одеждой таилась не сложная боевая техника клана, а активируемый цилиндрический артефакт. Чёрный тубус выплюнул несколько тонких отравленных игл прямо в грудь стоящему Мину. Подобные заряды убийцы часто пропитывали концентрированным ядом, который не оставлял заметных внешних проколов, но гарантированно выжигал энергетический центр цели. Проносить такие предметы на любые соревнования Долины строго запрещалось.

Дружелюбная насмешка полностью исчезла с лица подмастерья. Взгляд моментально похолодел. Юноша разжал пальцы, и посох со стуком упал на гранит.

Шестнадцать внутренних течений ци слились воедино и устремились к пальцам правой руки. На их кончиках вспыхнула та самая техника Пробивающего Удара, теперь приобретшая пробивную мощь боевого копья. Мин сделал широкий шаг сквозь ядовитую взвесь, сокращая расстояние. Его кисть метнулась прямо навстречу выброшенному отравленному залпу.

Скрежет ломающегося металла прокатился над судейскими ложами. Покрытые густой пульсирующей энергией указательный и средний пальцы напрямую встретились с артефактом. Выпущенные иглы превратились в осыпающуюся пыль от концентрированного удара. Рука продолжила движение вперёд, разорвала инстинктивный защитный барьер Гу Бо и плавно ударила его в правое плечо, разрушая центральный узел меридианов.

Тело второгодки судорожно выгнулось от проникающего удара. Точный энергетический прокол сжёг проводимость каналов и выбил всё дыхание из лёгких. С хриплым, булькающим звуком второгодку оторвало от земли и швырнуло назад, как выброшенный мешок с мусором. Он пролетел пять шагов, ударился о край разметки арены и обмяк, оставляя на белом камне кровавую полосу. Его культивация была искалечена, а остатки разума поглотила спасительная тьма обморока.