Но Сэтоши быстро очухался от удара и уже занёс кулак, чтобы дать сдачи. И я опять рефлекторно закрыла Инара собой, понимая, что сейчас мне прилетит кулаком в глаз. Но мне опять повезло, кулак парня остановился прямо в миллиметре от моего носа.

И остановил его принц, который очень задумчиво смотрел на Инара. Мне стало страшно, что он сейчас сделает что-нибудь плохое Инару, потому что я встала на его защиту. Но Риар оттащил брата в сторону и что-то сказал. Тот ещё раз раздражённо посмотрел на меня, а затем спешно удалился.

–Шоу окончено, – провозгласил парень.

И я только сейчас заметила, что все тёмные студенты внимательно наблюдали за тем, что происходило за нашим столиком. Но после слов принца они нехотя отвернулись обратно.

–Спасибо, – шепнула Инару.

–Круто ты ему вмазал, – поддержал меня Такаши.

Лорсы молчали, хотя было заметно, что они тоже не были на стороне Сэтоши. Я с сомнением наблюдала за Риаром, который невозмутимо продолжил ужинать. Такое поведение парня пугает ещё больше, чем его вечные угрозы.

После ужина я отправилась к декану, который с порога заявил:

–Позорно облажались вы сегодня.

–Тоже скажете, что я зря высунулась и всё испортила?

Мне и так уже хватило обвинительной триады от Сэтоши.

–Нет, – удивил меня, – скажу, что вы должны работать в команде, а ты не стала её частью.

–Трудно стать частью команды, когда приходиться притворяться совершенно другим человеком, – пожала плечами, – профессор, можно я уйду из магической связки? Всё равно мне главное понять, как работает моя магия.

–Нельзя, – как отрезал, – некромантия и оживление покойников, конечно, очень хорошо. Но и другие заклинания ты должна изучить, а главное уметь вовремя их использовать.

Когда я возвращалась к себе в комнату, в очередной раз остановилась около стенда в холле, чтобы посмотреть на фотографию мамы. Я только сейчас заметила, что на её шее был тот самый медальон, который у меня так и не получилось открыть.

Это не получилось сделать у меня, у Даниэля и даже принц попытался, но тоже ничего не вышло. Поэтому Риар уверенно заявил, что он попросту и не открывается. А я просто что-то сама себе надумала.

Приглядевшись повнимательнее, поняла, что чем-то медальон на фото отличается от того, который был у меня. Достала магафон и сделала снимок фотографии мамы, чтобы в комнате сравнить медальоны.

Но в комнате меня ждал непривычно серьёзный принц. Парень сидел за письменным столом и читал какую-то книгу, задумчиво стуча карандашом по столу.

–Я тут прочёл кое-что любопытное, – заговорил, не поворачиваясь ко мне.

Мне начало диалога уже не понравилось, но я решила свести всё на шутку:

–Ваше Высочество, после детской азбуки будут книги ещё интереснее. Вы только слишком рьяно не начинайте читать, а то мозг перегреется. Если, конечно, он есть.

Но на мою реплику внимания не обратили.

–Тут пишут, что некроманты на уровне инстинктов оберегают своих поднятых умертвий, считая их своими творениями. Забавно, правда? – усмехнулся.

–Тебя это веселит?

–Не особо, учитывая что я умудрился влюбиться в некромантку. А делить её внимание с покойниками, не предел мужских мечтаний.

–Тогда может стоит влюбиться в кого-нибудь другого? А её оставить наедине с покойниками?

–Не получится. У меня уже напрочь от неё крышу снесло.

–Тогда, я могу только посочувствовать тебе.

–Инар, ведь то самое умертвие, которое ты привела с кладбища?

–Ты умом тронулся? – рассмеялась, – Инар сын декан. И он очень даже живой.

–Я сначала не мог понять, почему ты так рьяно защищаешь этого мальчишку. Но теперь всё встало на свои места. И твоя привязанность к нему, и откуда у декана из ниоткуда появился сын. Один вопрос, как ты смогла такое сделать?

–Не понимаю, о чём ты говоришь.

Парень приподнял мой подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза. И с какой-то горечью произнёс:

–Ты ещё до сих пор не поняла, что я на твоей стороне, моя светлая девочка?

Я молчала. Доверяла ли я императорскому гаду? А может ли мышка доверять кошке? Тем более, я уже верила одному принцу. А вся наша история оказалась лишь выгодным союзом. Выгодным для всех, кроме меня.

–Ясно, – усмехнулся.

И отошёл от меня. Затем повернулся к окну и нервно взъерошил волосы рукой.

–Чего ты от меня хочешь? – очень тихо спросила.

–Я хочу тебя, – ответил, – всю тебя. Твоё доверие, твою нежность, твою любовь.

–Как я могу доверять тому, кто шантажировал и угрожал мне? Тому кто совершенно не считается с моим мнением?

–Я просто хочу защитить тебя. И так уже вся академия говорит о том, что я свихнулся. Чуть ли не на руках таскаю ненормального парнишку.

–Так, я же не прошу тебя этого делать, – напомнила.

–Меня не нужно об этом просить, – жестко произнёс, – у тебя инстинкт защищать ожившего покойника. А у меня инстинкт защищать ту, которая засела у меня в сердце. Прояви хоть немного сочувствия к тому, кто из-за тебя сходит с ума, Эрин.

Одной части меня очень хотелось послать наглого гада далеко и надолго. Тоже мне, решил сделать из меня виноватую. Я ничего не делала, чтобы заинтересовать его персону.

А другая часть меня хотела подойти к парню и обнять его. Прижаться щекой к его груди и услышать стук его сердца.

И я выбрала второй вариант развития событий. Хватит с меня на сегодня скандалов. Поэтому подошла к принцу и прижалась к мужской спине, обхватывая его талию руками. Он положил свои руки на мои и переплёл наши пальцы. Я не знаю сколько мы так молча простояли, просто наслаждаясь моментом.

Разомкнула объятия только тогда, когда вспомнила про медальон. И как я только могла забыть о том, что возможно нашла разгадку маминого украшения? Всё из-за гадского принца.

Быстро достала медальон и, сев за стол, начала сравнивать с фотографией.

–Что там у тебя?

Парень сел рядом со мной на корточки и тоже стал рассматривать снимок на моём гаджете. Чтобы было удобнее, приблизила изображение на экране магафона.

–Изумруд повёрнут по другому, – подвёл итог принц.

Да, на фотографии изумруд в виде капли повёрнут остриём вверх. А на том медальоне, который лежал передо мной, изумруд повёрнут в другую сторону. Попыталась его повернуть, но камень не поддался. Не понимаю, получается, что это два разных медальона? Или у меня просто мозгов не хватает, чтобы понять, как сдвинуть этот изумруд?

–Ты сейчас сломаешь, – произнёс парень, забирая из моих рук украшение.

–Главное, сам ничего не сломай. А то сила есть, а вот ум ещё поискать нужно.

Он тоже безуспешно попытался сдвинуть камушек. А потом задумчиво произнёс:

–Может, магия крови?

–Даниэль проверял. Не сработало.

–А если нужна кровь не Нирнаэтов. Если твоя мама оставила этот медальон зная, что он будет у тебя…, – начал рассуждать, но я его перебила:

–Поэтому кровь дяди не подошла. При создании замка мама использовала кровь отца. Поэтому нужна кровь того, кто принадлежит к роду Ван-Дайк.

–Но зачем она так сделала? Хотела, чтобы Даниэль не смог открыть медальон?

–Он сказал, что медальон отдал отцу, чтобы у меня была память о маме.

–Значит, Даниэлла предусматривала такой исход событий. И знала, что после её смерти ты окажешься в Светлой империи. Поэтому и использовала кровь мужа, чтобы никто не распознал тёмную магию в медальоне.

В голове эхом крутилась фраза: «Она предусматривала такой исход». Мам подозревала, что умрёт. И она хотела, чтобы я нашла то, что спрятано в кулоне.

–Эрин, это всего лишь предположение. Мы можем ошибаться.

–Пока не проверим – не узнаем.

Огляделась по сторонам и не нашла ничего острого, чем можно было поранить руку. Поэтому протянула ладонь принцу и скомандовала:

–Мне нужна кровь.

Секунда и из моего указательного пальца потекла маленькая струйка алой крови. Прикоснулась к медальону, оставляя на изумруде кровавые разводы. После этого камень с лёгкостью прогнулся под моим пальцем и я смогла перевернуть его, как на фотографии.