— У нас деньги есть, — спокойно сказал я.

— Деньги у всех есть, — отрезал Торк, наконец поднимая глаза. — Только соли от этого больше не становится. Вон, солнце жарит, ветер сушит, выпарки идут, а тут ещё вы со своим трактиром. И кот у тебя на плече сидит как у себя дома. Сними его, нечего тут.

Бекон, услышав это, демонстративно разлёгся на мне пушистым воротником и оттуда уставился на гнома с выражением глубочайшего презрения. Грумхильда, которая к этому моменту уже распрямилась и теперь стояла, потирая затёкшую спину, не выдержала.

— Слушай, уважаемый, — сказала она, и её голос прозвучал неожиданно громко для такого помещения, — ты бы не ворчал попусту. Нам нужна соль, мы приехали за ней, а не затем, чтобы твои жалобы выслушивать. У нас, между прочим, тоже день не сахарный выдался, и солнце жарит, и ветер дует, и кот на плече сидит, но мы же не жалуемся.

Торк удивлённо поднял брови и посмотрел на Грумхильду с интересом.

— Орчиха, — констатировал он. — С норовом. Ну, хоть кто-то из вас дело говорит. Ладно, садитесь. Соль у меня есть, но цена нынче кусается. Князь все поставки перекрыл, теперь каждый мешок на счету. Всё ему идёт.

— Мы не князь, — сказала Грумхильда, усаживаясь на низкую скамью. — Мы простые люди. Вернее, орчиха, повар и кот, но платим честно и товар берём не разово, пусть и не много. Если договоримся, каждые две недели будем приезжать.

Гном задумчиво пожевал губами и перевёл взгляд на меня:

— А ты что молчишь, Винтер? Язык проглотил?

— Слушаю, — ответил я. — Пока что вы только ворчите.

— Дерзкий, значит, — он хмыкнул. — Ну-ну.

Он поднялся и направился к лестнице, но на полпути вдруг обернулся, и его взгляд упал на Бекона, который всё ещё сидел у меня на плече, и вдруг замер. Он прищурился и вдруг сделал шаг обратно.

— Постой-ка. Это не тот ли кот, про которого на рынке болтали? Что рыбу украл, а потом помог целую банду воришек от тюрьмы спасти?

— Тот самый, — подтвердил я, с трудом сдерживая улыбку.

— А судака, получается, ты жарил?

— Я.

Торк ещё раз оглядел меня, на этот раз куда внимательнее, задержав взгляд на поясе. Его глаза сузились, и он вдруг шагнул ближе, почти вплотную, разглядывая мой нож.

— А это что у тебя? — его голос прозвучал уже без прежнего ворчания, но с цепким интересом. — Какой интересный у тебя нож. Знакомая работа, дай-ка посмотреть.

Я вытащил нож из ножен и рукояткой вперёд протянул ему. Торк взял его бережно, как священную реликвию, провёл пальцем по лезвию и вдруг издал звук довольное хмыканье.

— Хрюз, — сказал он. — Старый пройдоха Хрюз. Его работа. Я её из тысячи узнаю. Где взял?

— Купил у него в лавке. Пять с половиной серебра.

— Пять с половиной? — Торк поперхнулся. — Да он за такие деньги и родной бабушке не продаст! Значит, ты ему понравился. А если Хрюзу понравился, то и мне, может, сгодишься.

Он вернул мне нож и, уже не ворча, сел обратно за стол.

— Ладно, Винтер. Давай к сути. Соль у меня первого сорта и лучшая в округе. Цена за мешок — два серебра. Сколько берёшь?

— Два серебра? — переспросил я. — Это грабёж. Серебро и двадцать меди.

— Серебро и восемьдесят! — рявкнул Торк.

— Серебро и сорок, — парировал я. — И я буду рекламировать вашу соль всем, кто спросит. Как ножи Хрюза.

— Ты и Хрюзу это обещал?

— И он согласился.

Гном засопел, пожевал губами и вдруг стукнул кулаком по столу:

— Серебро и шестьдесят! И ни монетой меньше!

— Серебро и двадцать, — ответил я. — Плюс я приготовлю вам обед.

Внимание! Активирован квест: «Соль за еду, или накорми двадцать гномов»

Цель: накормить артель так, чтобы никто не ушёл голодным и недовольным

Награда: скидка на соль, расположение артели, прогресс квеста «Отстоять наследство»

Штраф: цена на соль вырастет вдвое, репутация среди гномов упадёт

Ничего себе тут у Системы штрафы! Не дождётесь! Приготовлю так, что гномы забудут, как кирки в руках держать.

Пока я думал и читал сообщение Системы, в помещении повисла звонкая тишина. Торк недоверчиво уставился на нас с Грумхильдой, словно пытаясь понять, в своём ли мы уме. А потом в его глазах мелькнули хитрые искорки.

— Обед, говоришь, — он хохотнул. — А ты знаешь, сколько нас? Тут не только я, тут вся артель. Два десятка ртов, и всё после смены голодные. Справишься?

— Справлюсь, — ответил я.

Торк вдруг ухмыльнулся, и в его улыбке промелькнуло что-то такое, от чего у меня внутри всё напряглось.

— Тогда у меня есть условие, — сказал он. — Обед приготовишь из того, что мы тебе дадим, а там уж посмотрим, на что ты способен, повар.

Я мысленно улыбнулся. Если он не задумал дать мне просрочку, то я справлюсь с этим заданием. Лишь бы посуды хватило, но, думаю, с этим тоже проблем не будет.

— Показывайте, где у вас тут кухня, — ответил я на слова Торка.

Меня и Грумхильду повели через узкий коридор, вырубленный в камне, с грубо отёсанными стенами и отполированным до блеска полом. Воздух становился теплее, и в нём появился запах жареного лука, старого жира и ещё чего-то, что я не сразу опознал, но что заставило меня насторожиться. Гномы шли впереди, переговариваясь вполголоса, и их низкие голоса гудели, словно трансформаторная будка.

Коридор резко расширился, и мы оказались в огромной столовой. Я на мгновение замер, оценивая масштаб. Потолок из массивных каменных плит, давил на плечи, заставляя инстинктивно пригибаться. Длинные столы тянулись через всё помещение, и за каждым могло уместиться не меньше трёх десятков гномов. Скамьи были грубо сколоченными, на них лежали вытертые овчины, чтобы сидеть было мягче. Вдоль стен висели масляные лампы, и их свет отражался от каменных стен, создавая причудливые тени. Больше всего меня удивила здоровенная медная тарелка, которая висела на толстом крючке. И зачем она гномам? Вместо блюда для плова?

Кухня расположилась в дальнем конце столовой, между ними, как границу, гномы соорудили широкую стойку с аркой. Так поварам было удобнее выкладывать готовые блюда. К тому же это позволяло видеть всё, что происходит на кухне. Значит, будут на меня смотреть, пока я хозяйничаю на их территории. Пусть.

Весть о том, что пришлый повар будет готовить сегодня обед, разлетелась быстрее сквозняка. И когда мы только подошли, я увидел, что возле кухни уже хлопочут гномы. Они только что приволокли из кладовой продукты и теперь выкладывали их на столешницу.

— Это что же, — один из гномов удивлённо посмотрел на Торка, — ты нас отравить собрался? Это же полный абсурд! Как он из этого хоть что-то сможет приготовить⁈

Торк степенно развёл руками:

— Настоящий повар может творить чудеса, посмотрим, как справится этот.

Посмотрев на этот набор, я сразу понял его замысел. Торк нарочно подобрал продукты, которые, по его мнению, невозможно сочетать. Курица и плавленый сыр? Сметана и солёные огурцы? Явно хотел поставить меня в тупик и посмотреть, как я буду выкручиваться. И, судя по довольному лицу Торка, он был уверен в своей победе.

— Нашли чем напугать! — сказал я и закатал рукава.

Я шагнул в кухню и огляделся. Она была огромной, под стать столовой. Три массивные печи вдоль стены, и в одной из них уже горел огонь. Над печами висели медные вытяжки, почерневшие от копоти. Столы из дубовых досок, на которых стояла разнообразная утварь. Вдоль стен громоздились бочки с соленьями, мешки с крупой, корзины с овощами и какие-то кадки с неизвестным содержимым.

Но я смотрел не на богатство, а на порядок. Вернее, на его отсутствие. Возле солений стояли мешки с мукой, на которых уже проступили пятна плесени. Сушёные травы висели над печью, где жар неотвратимо превращал их в труху. А в углу стоял дырявый мешок с солью, из которого сыпались крупинки прямо под ноги. Я с трудом подавил профессиональное желание сейчас же всё переставить.