Но зачем ей было убивать Мел? Обвинение Мел — каким бы туманным и загадочным оно ни было — едва ли тянуло на сенсацию, и, судя по всему, Тони не воспринял бы его настолько всерьез, чтобы отменить свадьбу. Или Мел раскопала о семействе Лейти куда больше, чем успела мне рассказать? Мы с ней вроде как дружили через Тони, но никогда особо не сближались, так что у нее не было причин мне доверять. С другой стороны, мне начинало казаться, что Тони и сам что-то знал; уж слишком он занервничал, когда я рассказала ему, в чем Мел обвиняла Шерил. А ведь я же отправила его гулять по территории отеля утром, чтобы поискал сбежавшую невесту, вдруг она просто воздухом дышит. Как он мог не заметить тело Мел? Собака ведь лаяла, когда я его оставила, — я бы, на его месте, точно пошла проверить, в чем дело, или хотя бы попросила хозяина унять пса.

И тут мне в голову пришла еще одна неприятная мысль. Если Тони заподозрил, что Мел что-то знает о его будущей жене, мог ли он решиться заткнуть ей рот? Или он застал Шерил за сборами, понял, что она его бросает, вышел из себя и убил ее, чтобы не отпустить, а потом и Мел, потому что все из-за нее?..

Или я совсем тронулась головой? Тони не убийца, коварно нашептывал внутренний голос, но насколько хорошо ты вообще теперь знаешь Тони?

— О чем задумалась? — спросила мама. Я встряхнулась: делиться своими — вероятно, очень надеюсь, беспочвенными — подозрениями я ни с кем не собиралась. Особенно с мамой, которая, благослови ее Господь, за чашечкой кофе не задумываясь выложит все без разбору своим соседкам-сплетницам.

— Ничего интересного, — ответила я, улыбнувшись ей и Дейзи. — Давайте пока все упакуем и уберем в холодильник. Что-то не верится, что эта свадьба теперь состоится, да?

Мы все обтянули пленкой и, что могли, запихнули в холодильник отеля; тут места было больше, чем у меня дома, да и вообще я не знала, что Тони захочет делать со всей этой неиспользованной едой. Я уже собиралась найти управляющего, мистера Блума, чтобы сообщить ему, что все убрано, и я вернусь забрать продукты позже, когда станет ясно, что к чему, как в кухню вошел старший детектив-инспектор Уитерс.

— Миссис Паркер?

— Да? — Мама подняла голову и мило ему улыбнулась. Он посмотрел на нее, потом на меня, в замешательстве.

— Нет, я имел в виду…

— Я — мисс, не миссис. Миссис Паркер — моя мама, — пояснила я.

— Ширли, — представилась мама любезнейшим тоном. У нее глаз на симпатичных мужчин, что временами вызывает неловкость.

Он нетерпеливо кивнул:

— Хорошо, мисс Паркер. Можно задать вам несколько вопросов о вчерашнем вечере? — Он чуть отступил назад, как бы приглашая меня идти за ним.

— Конечно, — ответила я, не двинувшись с места. Мелочно, знаю, но мне не хотелось облегчать ему задачу. Кроме того, я заметила, как подчеркнуто насмешливо он произнес «мисс».

Мама подняла кружку:

— Не угодно ли чаю? Чайник еще горячий.

— Нет, спасибо. Можно…

— Вы уверены? Я могу поставить его заново, он быстро закипит.

— Нет, спасибо, не стоит. — Инспектор Уитерс уже начал отступление перед обаянием моей мамы. — Можем ли мы пройти куда-нибудь, где будет потише?

— Мы не помешаем, — невинно сказала Дейзи. Любопытства в ней было почти столько же, сколько во мне. Семейная черта. Но Уитерс не собирался сдаваться двенадцатилетней девчонке.

— Спасибо, но нет. Мисс Паркер? Пойдемте? — Он шагнул назад и решительно указал на дверь. Было бы грубо (хоть и забавно) продолжать его дразнить.

Я вышла из кухни, и он последовал за мной. Я остановилась, обернулась, и он указал в сторону банкетного зала, в котором мы были вчера.

Я вошла и села за стол, дожидаясь, пока инспектор присоединится. Он достал блокнот и ручку и устроился напротив.

— Мистер Пенхалигон сказал, что вы его давняя подруга, — заметил он непринужденно. Говорил четко, как диктор Би-би-си, но с легким налетом регионального акцента, который я не смогла точно определить. Может, и правда с тыквенной фермы под Бирмингемом…

Я кивнула:

— Да. Мы вместе учились в школе.

— Значит, очень старая подруга, — заметил он. «Наглец!» Уитерс, видимо, обратил внимание на то, как мое лицо напряглось, потому что тут же добавил: — Я просто имел в виду, что вы знаете его дольше, чем кто-либо. А миссис Пенхалигон — Мелисса Пенхалигон?

— Она переехала сюда, когда мы учились в старших классах, так что да, я ее тоже давно знаю, но в основном через Тони. — Я запнулась, осознав снова, что бедная Мел мертва. — То есть… знала ее.

— Вы ведь видели ссору прошлым вечером между ней и мисс Лейти, не так ли? — Уитерс посмотрел в свой блокнот, и прядь мягкой челки упала ему на лицо. Мне вдруг захотелось заправить ее за ухо — как заботливой мамочке и раздраженной разведенке одновременно. Что со мной творится? Я встряхнулась.

— Я не дала ссоре выйти из-под контроля. Остальные просто онемели от неожиданности.

— А потом вы вывели ее на улицу, чтобы она успокоилась?

Я кивнула.

— Она сказала вам, почему напала на мисс Лейти?

Я колебалась, но лишь мгновение. Обвинения Мел сейчас могли показаться незначительными, но для нее они были достаточно серьезными, чтобы напасть на Шерил.

— Она думала, что Шерил, мисс Лейти, выходит за Тони только ради того, чтобы прибрать к рукам его магазин. — Вслух это прозвучало нелепо. Скромный универмаг в курортном городке — это вам не нефтяная империя. Это Пенстоун, а не Даллас. Уитерс, судя по тому, как у него поползли вверх брови, был того же мнения. — Я знаю, это глупо. Наверное, она имела в виду, что Шерил выходит за него из-за денег или что-то в этом роде.

— А вы тоже так считаете? Думаете, поэтому она и исчезла?

Значит, полиция воспринимает исчезновение Шерил всерьез. Хорошо.

— Честно говоря, не могу сказать. Я была представлена ей всего неделю назад. Я… я совсем ее не знаю.

Уитерс внимательно изучал мое лицо — так, что мне стало немного не по себе. То ли мне самой стало казаться, что я что-то скрываю (вроде своих глупых мимолетных подозрений насчет Тони), то ли потому, что он был чертовски хорош собой, а на меня уже очень давно никто не смотрел столь внимательно, тем более такие красавцы. Хотя, разумеется, интересовала его не я, а то, что я говорила. Точнее — чего не договаривала.

— Босс? — В дверях появился полицейский в форме. Уитерс кивнул ему, потом снова повернулся ко мне, захлопнул блокнот и поднялся. — Спасибо, миссис… э, мисс Паркер. Возможно, нам потребуется поговорить с вами еще, так что, пожалуйста, оставьте свои контакты одному из полицейских, прежде чем уйдете.

Я вернулась на кухню в задумчивости. Мама подняла на меня глаза — в них сверкнул слишком хорошо знакомый мне огонек.

— Ну, такой приятный моло…

— Ничего подобного. Хватай, что можешь унести, и уходим.

Мы прошли через вестибюль отеля, я остановилась у выхода, чтобы оставить свои контакты молодому офицеру. Обернувшись, я увидела Тони в дверях ресторана, где мы расстались ранее. Вид у него был измотанный. Вокруг суетились его пожилые родители — Бренда и Малкольм.

— Тони! — окликнула я.

Он поднял голову и криво улыбнулся, а мама поспешила к Пенхалигонам. Она обняла Бренду и похлопала Малкольма по руке.

— Как вы, держитесь? — спросила она.

Бренда храбро улыбнулась, а Малкольм покачал головой.

— Ужас какой, а, Ширл? — сказал он. Похоже, он не мог до конца поверить в случившееся. — Ужас.

— Мы уходим, — предупредила я Тони. — Здесь нам больше нечего делать. Понимаю, тебе сейчас не до продуктов, но, если скажешь, что делать с едой, я попозже зайду и все улажу.

— Ладно, — согласился Тони в полной растерянности. — Я сам толком не знаю…

— Не думай об этом сейчас, — произнесла я. — Она убрана, не пропадет. А ты сам? Дознаватели тебя отпустили? Похоже, они хотят, чтобы все разошлись.

— Они сказали, что я свободен, но я хочу задержаться, вдруг Шерил вернется…