— Ты как? — с участием спросила Карина.

— Нормально, жить буду, — кивнул я. — Когда второй бой, не сказали?

— На следующей неделе, — ответила она. — Нам дают время, чтобы восстановиться. Некоторые одногруппники травмированы, так что…

— Ясно. Это хорошо. Слушай, лихо ты отработала этого ШОКовца. Чем это ты его так?

— Дим-мак, — хмыкнула Карина. — Древнее искусство, нацеленное на работу по болевым точкам. Разработано ещё на Земле, в Японии. Раньше была такая страна.

— Кажется, мы ничего подобного не проходили. Или я что-то упустил?

— Не упустил. Меня этому отец научил. Здесь я ни разу его не показывала. Вот, пригодилось. — Она улыбнулась, и от этого внутри меня разлилось тепло.

— Я в тебе не сомневался.

— Врун, — криво ухмыльнулась Карина. — Видела я, с какой рожей ты на нас смотрел.

— Ладно, поймала. — Теперь уже улыбнулся я. — Переживал за тебя. Да что ж ты делаешь⁈

Я резко подорвался, глядя на то, как Саня по-глупому подставился. Решив, что он уже победил, ринулся на противника и нарвался на жёсткий, встречный удар прямо в челюсть. Его повело, и противник тут же воспользовался ситуацией. Сбил приятеля с ног, взгромоздился сверху и за несколько ударов отправил его в глубокий нокаут.

— Капец, — только и смог выдохнуть я.

— Ничего, — успокоила меня Карина, положив ладонь на плечо, — впереди ещё две схватки. У него будет шанс отыграться.

— Не, ну ты видел⁈ — подлетел Мишка, эмоционально размахивая руками. — Вот столько до победы оставалось. Как он так подставился-то, а⁈ Даже я видел, что не надо было… Психолог хре́нов.

— В следующий раз умнее будет, — буркнул я.

Вечером мы собрались в комнате отдыха: я, Дашка, Мишка, Санёк и, конечно, Карина. Она сидела чуть поодаль, не как обычно, что сразу бросилось мне в глаза. Как правило, она никогда не упускала возможности пообниматься. Но я не придал этому значения, списав на последствия первой части турнира. А этих самых последствий хватало у всех нас.

Санёк всё ещё выглядел помятым после своего нокаута. На скуле расплылся лиловый синяк, глаз заплыл, но настроение, на удивление, было бодрым. То ли уколы так подействовали, то ли он просто радовался, что легко отделался. У меня тоже болели рёбра и челюсть. Также периодически отстреливало в правую руку, которой я заблокировал хай-кик.

— Ну и кто придумал эти регенерационные уколы? — простонал Мишка, осторожно усаживаясь на диван. Он сделал это так аккуратно, будто под ним был не мягкий поролон, а россыпь гвоздей. — У меня такое чувство, что мне в задницу расплавленный свинец залили. Я теперь даже сидеть не могу.

— А ты не сиди, — хмыкнул Санёк. — Стой.

— Я после боя, вообще-то! Мне отдых положен!

— Ну так ложись, — не унимался Санёк.

— У вас тут ляжешь, — продолжил зудеть Мишка. — На весь диван расселись, как эти.

— У нас что, пол украли? Вон, к ногам, на коврике…

— Ой, да у нас здесь остряк, — язвительным тоном ответил Косой. — Из нас двоих это ты сегодня лежал на коврике.

— Иди уже сюда. — Дашка постучала ладошкой по коленям.

Дважды его просить не пришлось. Приятель тут же растянулся на диване, положив голову подруге на колени, а ноги закинул на Санька.

— Бедненький, — усмехнулась Карина. — Хочешь, я помогу тебе унять боль?

— Спасибо, я как-нибудь сам. От тебя вообще надо держаться подальше, — буркнул Мишка. — Видели мы, что ты с тем ШОКовцем сделала. У него до сих пор руки не работают.

Карина лишь пожала плечами и растянула губы в своей коронной кривой ухмылке.

— Ладно, хватит о задницах, — оборвал веселье я. — Давайте о деле. Что там со следующим экзаменом?

Дашка, как обычно, уже всё знала. Она вывела перед собой голографический экран и принялась объяснять.

— Групповые тактические атаки. Команда против команды. Симуляция реального боя с применением специального оружия. Оно стреляет специальными энергетическими зарядами, которые фиксируют попадание и вызывают локальный паралич мышц. Больно, но не смертельно. Попадание в конечность — конечность отказывает. Попадание в корпус или голову — скорее всего, полная отключка.

— Значит, войнушка? — уточнил Санёк.

— Именно, — кивнула Дашка. — Задача: захватить контрольную точку в центре симуляционного полигона и удерживать её в течение пятнадцати минут. У противника равнозначная группа. Кто первый захватил и удержал, тот победил. Есть ещё вариант перебить группу противника. Тогда это тоже считается победой, но уже ничего удерживать не нужно. Правила простые: никакого ближнего боя. Только оружие и тактика. И ещё кое-что. Связи по взорам не будет. У нас только голос и жесты.

— Как в древности, — хмыкнул я.

— Как в реальном бою, когда связь глушат, — поправила Дашка.

Мишка, всё ещё лёжа на боку, подал голос:

— Значит, нам нужно распределить роли. Кто что делает?

Я задумался. Четверо — это не так много, как хотелось бы. У противников может быть пять человек, а то и больше. Значит, каждый из нас должен работать за двоих.

— Я — ударная сила, — начал я. — Пойду напролом, отвлеку и прощупаю оборону. Санёк, ты у нас аналитик.

— Есть такое.

— Даш, разверни карту полигона.

Подруга послушно выбросила ещё один голографический экран, и мы все дружно в него уткнулись.

— Что думаешь? — Я покосился на Саню.

— А что тут думать? — пожал плечами он. — Мы в равных позициях на старте. Укрепления расположены одинаково с обеих сторон. Противник, скорее всего, выберет тактику двоек. Они разделятся, чтобы атаковать нас с флангов.

— Что мы можем сделать?

— Ну, идти напролом, как ты собираешься, я бы не советовал. Лучше всего играть от обороны.

— Ладно, посмотрим, — кивнул я. — Мишка, ты у нас по части механики, что скажешь?

— Да хрен его знает, — пожал плечами он. — Нужно исходить из вооружения. Что нам дадут? В каком количестве? Есть будет возможность захватить дополнительные стволы и дроны, я могу замутить парочку сюрпризов.

— Хорошо, подумай над этим. Завтра попробуем разузнать, чем именно мы располагаем. Даш, ты у нас спец по связи.

— Связь глушат, — напомнила Дашка.

— Значит, обеспечишь то, что можно. Ты же у нас гений.

— Принимается. Можно кое-что попробовать… — Она задумчиво постучала пальцем по губам. — Если получится хакнуть визоры противника, я смогла бы их ослепить.

— Стоп! — Мишка аж подорвался. — Точно, ослепить. Я могу собрать парочку светошумовых.

— А это не запрещено? — уточнил я.

— Нет, — ответила Дашка. — Как только мы выйдем на площадку, можно применять все доступные средства. Хотя не уверена, что нам дадут пронести что-то заранее подготовленное. Не знаю, короче. В правилах на этот счёт ничего конкретного не сказано.

— Значит, будем исходить из того, что раз не запрещено — то разрешается. Мишка, работай над светошумовыми.

Карина, которая до этого молча слушала, вдруг усмехнулась и лениво произнесла:

— Кстати, раз уж вы тут так хорошо всё распланировали, думаю, не будет лишним сказать, что у нас только что прошла жеребьёвка.

Мы все повернулись к ней.

— И? — Санёк напрягся.

— Моя группа против вашей. — Она обвела нас взглядом и остановилась на мне. — Четверо на четверо. Я, Громов и ещё двое из моего взвода.

В комнате повисла тишина. Мишка перестал стонать. Санёк медленно выдохнул. Дашка прищурилась, явно начиная что-то просчитывать в уме.

— То есть ты будешь по ту сторону баррикад? — уточнил я.

— А ты думал, я буду с вами нянчиться? — Карина изогнула бровь. — У каждого своя группа. Учти, Грех, поблажек не будет.

— Я и не прошу поблажек.

— Вот и отлично. — Она поднялась с кресла и потянулась. — Тогда готовьтесь. И да, Грех… Если я увижу, что ты решил мне поддаться, лично тебя пристрелю. Учебным зарядом, конечно. Но будет больно, обещаю.

Она вышла, а мы остались сидеть в тишине.

Первым её нарушил Санёк: