Мы стоим на лестничной площадке в школе и целуемся… А звонок вместе с тем уже прозвучал… Просто вот как от него оторваться? Особенно после такого признания… Как? Я не могу даже нанюхаться… Наобниматься… Все мысли о нём… И каждая клеточка внутри тянется… Хочет быть с ним…
На урок мы, естественно, опаздываем. Заходим, опустив глаза… И садимся порознь. Я к Варе, а он позади меня.
Она ехидно ухмыляется, а я делаю вид, что ничего не произошло…
Пока гам говорят про подготовку к экзаменам я слушаю внимательнее… Хотя всё равно нет да нет вспоминаю, что мы только что друг другу сказали… Это ведь те самые три слова… Те самые…
И внутри из-за этого так волнительно… Так горячо и безумно. Ещё никогда я этого не испытывала.
А уже в конце урока речь снова заходит о поездке классом на зимние каникулы… Конечно, Тимур уже тычет меня пальцем в спину.
— Ну, Лесь…
— Сейчас…
— Давай уже…
Я стеснительно поднимаю руку и говорю, что я тоже готова поехать…
— Хорошо. Вовремя. А то уже комнаты бронируем… Носова, — записывает Аллочка, улыбнувшись. — Кто-нибудь ещё?
Савицкий довольный, будто выиграл в лотерею. А Варя шепчет мне на ухо:
— Ты что с отцом договорилась?
— Нет… Я с мамой обсудила… Она сказала, что что-нибудь придумаем… Возможно, он будет на выезде…
— Блин, я очень хочу, чтобы ты поехала… Пусть ты и будешь там постоянно со своим Тимурчиком, — издевается она, изображая поцелуи с языком, и мы обе начинаем хохотать.
— О чём шушукаетесь, девочки? — слышу шёпот сзади.
— А это не твоё дело, Савицкий! Сейчас она моя! — рычит на него Варька, а я смеюсь, спрятав лицо в локтевой сгиб. Потому что сейчас реально захрюкаю на весь класс.
— Всё, хватит. Тсссс… Урок…
Слышу, что телефон издаёт вибрацию, открываю сообщения, а там одни сердечки и поцелуйчики от Тима… Мне даже немного стыдно, что мы с ним так зависимы друг от друга… Словно два фанатика…
А затем он пишет мне:
«Ты мой C8H11NO2+C10H12N2O+C43H66N12O12S2»…
Дофамин, серотонин и окситоцин…
И, пожалуй, это самое прекрасное признание, которое мне могли отправить…
Глава 35
Тимур Савицкий
Мы уже два месяца вместе… Скоро конец года. И в его завершении хотелось бы признаться, что это самое кайфовое время в моей жизни… Когда я ещё буду таким счастливым? Будет ли она смотреть на меня так всю нашу жизнь? Вот так целовать… Со страстью, с полной самоотдачей… Подобно бурному течению будоражить кровь, бегущую по венам…
Я и без того был дурным, а с ней… Вообще все заслонки напрочь срывает.
Хотелось бы мне и в бой курантов быть с ней… Целовать её… Считать секунды… Минуты… Вечность.
— До поездки осталась неделя, мама сказала, что отец как раз собирался взять дополнительные смены… Не знаю…
— Дальняя поездка?
— Вроде как двое суток туда… Там сутки отдых, ночёвка. И обратно потом…
— Тогда, может, всё реально получится… И мы отдохнём от души… Тебе, кстати, надо экипировку купить для катаний. Поехали сегодня в магазин?
— Тиииим… Ну, дорого…
— Леся… Это просто лыжный костюм, блин… Ничего такого. Не начинай, а… — спорю я, нахмурившись.
— Ты за эти два месяца на меня потратил больше, чем родители за год. Мне дурно, Савицкий…
— Думаешь, я тебя покупаю? — играю я бровями, намекая, а она смеётся. Блядь… У меня от этого смеха всполохи зарницы внутри усиливают мерцание… И без того в груди каждый день молнии хреначат… Но когда она так хихикает… Я весь будто изнутри свечусь.
— Нет, я так не думаю. Но… Не хочу пользоваться твоим благополучием…
— Пфффф… Не хочу пользоваться твоим благополучием, — дразнюсь я, изменив голос на писклявый.
— Ах ты! Я не так говорюююю!
— Точно так… — усмехаюсь я. — Ну давай, пойдём, малыш… Поехали…
— Лаааадно…
Она соглашается, и мы вместе после школы едем в торговый центр выбирать ей лыжный костюм, маску, всякое такое… Приобретаем амуницию… Загружая всё в мою машину.
— Пусть у тебя побудет, ладно?
— Блин… Чё, отец выбросит?
— Естественно, — вздыхает она, опустив взгляд. — Мне так перед тобой стыдно…
Я тут же прижимаю её к себе и смотрю в хмурые глазки. Она в любом настроении красивая, но видеть это… Всё равно что смотреть на увядающий цветок… Хочется вернуть его в прежнее состояние… Как-то… Насытить положительными эмоциями…
— Не надо, малыш… Не стыдись… Фиг с ним с костюмом… Побудет у меня. Дождёмся лета… Стукнет тебе восемнадцать. И станешь ты моей невестой, да же?
— А? — спрашивает она растерянно. — Ты чего снова удумал, а? Тащил домой всяких плешивых и блохастых… И несчастных вроде меня… Да?
— Чтобы я больше не слышал этого от тебя… Ты чё? Лесь…
— Это была типа шутка… Ха-ха, — говорит и утыкается в меня носом, а мне так за неё больно.
— Это не шутки, родная… Нет. Не надо так говорить. Хочешь на ужин к моим?
— Нет, сегодня не могу… Нужно маме помочь убраться… — вздыхает она, пряча от меня глаза.
— Понял. Хорошо. Домой тогда?
— Да… Домой, — неохотно вздыхает она и смотрит в окно… Почти всё время, пока мы едем. Тихая сегодня и расстроенная… В такие моменты я начинаю сильно переживать за неё.
— Приехали…
— Угу…
— Лесь, я скучать буду… Очень… — растираю её тонкие прохладные пальчики своими и не могу оторвать от неё своих глаз.
— Я тоже. И спасибо за всё это…
— Перестань… Не надо мне «спасибо»… Поцелуй лучше… Пожалуйста, поцелуй… — прошу и тянусь к ней. Нежно касаюсь губ своими… Чувствую, как вся кровь из организма в мгновение бьёт в пах, будто мощным ударом молота… В пояснице гудит. В голове сплошной туман… Когда сильнее её к себе жму, не спасает даже толстый пуховик, потому что я уже всё внутри перетрогал… Всё перемял… Там не осталось свободных точек… Все мои. От и до…
— Хочу тебя, — на автомате выдыхаю то, что на уме, потому что совсем уже заебался… Жесть как всё изнемогает по ней…
Она так тяжело и испуганно дышит. Смотрит на меня с приоткрытыми и наполовину перекусанными мной губами. Безумно сексуально, конечно… Но вкладывает ли она это намеренно? Думаю, что нет…
— Извини… Я не должен был…
— Всё в порядке… Я понимаю… Я, кажется, тоже…
— Что, кажется, тоже? — улыбаюсь я, но зато она… Так волнующе и взволнованно на меня смотрит.
— Тоже тебя хочу… — выдыхает, и мы снова начинаем жадно лизаться в машине перед её домом… Грудь, талия, попа, плоский животик под тканью вздёрнутой наверх блузы… Я не могу перестать восхищаться даже банальными касаниями. Всю бы её раздел… Сначала бы нежно всё сделал… А потом бы трахал до изнеможения, наверное… Чтобы и скулила, и стонала, и кричала… А-а-а… С-с-сука, Тим… Завязывай порнуху смотреть уже…
Еле отрываюсь от её тела… Штормит. Ведёт… Мажет…
Сглатываю сухость, образовавшуюся во рту… Недотрах буквально висит в воздухе густым туманом…
— Ты молчишь…
— А-а-а да блин… Мысли сразу всякие в голову полезли, — насмехаюсь я. — Не обращай внимания…
— Мысли?
— Пошлятина всякая…
У Леси тут же воспламеняются щёки… Прикоснуться и обожжёшься… И до того это, конечно, вставляет… Что мне нравится доводить её до такого состояния…
— Не бойся меня… Я тебя не трону против воли никогда… Только когда сама будешь готова… И не тороплю никуда… Знаю, что это важно. И для меня самого тоже…
— Ты точно настоящий? — улыбается она, касаясь пальцами моих щёк. Проходится по щетине… Против шерсти… Практически изнуряя последние оставшиеся в живых нервные окончания до предела.
— Настоящий, конечно.
Хочется добавить, что и дубина у меня в штанах сейчас тоже настоящая… Её даже можно потрогать… Ощутить… Но так наглеть я точно не буду. Хоть и смешно.
— И снова ты смеёшься надо мной… Считаешь меня наивной?
— Считаю тебя прекрасной…
— А я тебя считаю… Своим единственным, Тим… Мне так страшно это потерять…
Она жмётся ко мне, пока сердце в её груди убивается в тревоге… И все мои пошлые мысли сразу же развеиваются, будто не было… Потому что в первую очередь мне важно её душевное состояние… Вот в чём разница между голой похотью и любовью…
