Но то, что я сделал с отцом… Мне нет оправдания!

В помещение вбегает брат, бросается ко мне и со словами:

- Это ты его довёл. Уе*ок! — толкает меня.

В ответ отпихиваю его от себя и рычу:

- Отвали!

Потом рукой хватаю младшего братишку, прижимаю к себе и тихо говорю:

- Всё будет хорошо, понял?!.. Он — боец! Он должен жить!

В ноздри проникает знакомый запах духов. Жадно втягиваю воздух. Сердце начинает бешено колотиться о грудную клетку. Она здесь .

Краем глаза замечаю у входа робкую, хрупкую фигурку жены. При виде неё моё сердце сжимается. Не могу спокойно стоять и смотреть, как она плачет, прижимая тонкие пальчики к губам.

Часть меня безумно хочет сделать несколько шагов в её сторону, обнять, крепко прижать к груди. Согреть, уверен на сто процентов, холодные пальцы… Но вот другая, более сильная часть…

Беру себя в руки, смотрю Иде в глаза и холодно говорю:

- А тебе здесь делать нечего. Уходи!

Она кусает бледные губы, нерешительно топчется на месте, судорожно сжимая руками ремешок сумочки. И смотрит на меня глазами, полными слёз. Но я не могу её сейчас видеть. Только не сейчас. Ещё сильнее я не хочу, чтобы она видела меня в таком состоянии.

Мне по-прежнему не всё равно.

Игнорируя слабые замечания брата, рявкаю:

- Я сказал:— уходи!

Ида разворачивается и убегает. Сердце падает вниз и перестаёт биться.

Делаю глубокий вдох, глоток остывшего кофе, смотрю на младшего брата и спрашиваю:

- Как она?

Алекс обессиленно падает в кресло и серьёзно говорит:

- Очень переживает. За тебя.

Бред. С чего ей за меня переживать?! За человека, который её обидел, бросил. Потом снова ворвался в её жизнь, оплодотворил, уговорил выйти за него замуж. За человека, которого она не любит…

- А ещё сегодня мне показалось, — начинает говорить брат, но быстро умолкает.

- Что показалось? — решительно спрашиваю и заинтересованно смотрю на него.

- Нет. Ничего. Забей! — отвечает Алекс и отводит глаза.

Я открываю рот, намереваясь выяснить, что он хотел сказать. Но не успеваю произнести ни слова. В помещение заходит молодой хирург и сообщает нам хорошие новости.

Папа выкарабкался! Предстоит долгий период восстановления, но он будет жить. Мы с облегчением выдыхаем и от всей души благодарим врача.

Сегодня я чуть не потерял отца. Он мог умереть. Из-за меня. Я сделаю всё, чтобы этого не повторилось. Возьму себя в руки. Есть ради чего.

У меня больше нет жены… Но я не один. У меня есть родители, брат... Нужно поднимать бизнес, в который отец вложил всё, что у него было. Буду жить дальше. Но уже без неё…

Ида

Я еду в такси, и солёные слёзы неумолимо бегут по моим щекам и губам. Смотрю в окно, на вечерний, светящийся город, но ничего не замечаю.

Перед глазами так и застыла тяжёлая картина:

Мой муж стоит, опустив голову. Такой расстроенный, взъерошенный, небритый.

Демид явно во всём винит себя. А я даже не могу подойти к нему, обнять, утешить. Сказать, что всё будет хорошо…

Сердце сжимается от боли. Делаю глубокий, прерывистый вдох.

Это я довела Демида до такого состояния! Я его сломала!

Ну почему всё так происходит? Действительно, что со мной не так?!

Своей ревностью извела себя. Его. Разрушила наши отношения.

Я была невыносима! Отвернулась от мужа, когда мы потеряли ребенка, замкнулась в себе. А он всё равно был рядом, заботился обо мне. Демид терпел все мои истерики, скандалы. Преодолевал все преграды, которые я продолжала выстраивать.

Муж постоянно доказывал мне, что любит. А я не верила. По умолчанию. До последнего считала его подонком, предателем. Способным всадить нож в спину, как только я доверюсь. И вот результат…

Чувство вины разрывает меня на части. И только жизнь будущего человечка, развивающегося внутри меня, придаёт мне сил сохранять хоть какое-то спокойствие и двигаться дальше.

Раздаётся сигнал мобильного телефона. Голосовое сообщение от Алекса. Прослушиваю. Друг сообщает хорошие новости. Я выдыхаю. Слава богу! Боюсь себе представить, что было бы…

Такси приезжает по указанному адресу. Аккуратно протираю лицо бумажным платочком и выхожу из машины.

Ужасно холодно! Сейчас бы погреться у камина или в тёплых, крепких объятиях Демида. Второе более предпочтительно, но менее реально. На данный момент. Эмоции снова накрывают, слёзы подкатывают…

Стоп! Лучшее, что я сейчас могу сделать, это позаботиться о своём малыше. Нужно всегда помнить об этом. Ребёнок на первом месте.

Эти мысли придают мне сил, заряжают энергией.

Игнорируя ледяные, сбивающие с ног, порывы ветра, подхожу к зданию частной клиники. Здесь будут вести мою беременность.

Прохожу внутрь. Пора сообщить доктору о моём положении. Возможно, уже можно сделать УЗИ и познакомиться с моим малышом поближе.

Демид

Я приехал навестить отца. Мне сообщили, что он очень хочет со мной поговорить. Я привёл себя в порядок и примчался в клинику.

Когда я захожу в палату и вижу папу в проводах и трубках, моё сердце чуть не взрывается от боли. Это всё моя вина!

Я подхожу к его кровати и опускаюсь на рядом стоя́щий стул. Беру отца за слабую, бледную руку и хриплю:

- Папа, прости меня. Я виноват! Но клянусь, это больше никогда не повторится.

Он кладёт свою руку поверх моей, слабо похлопывает и тихо говорит:

- Демид, сынок, я не держу на тебя зла и знаю, что ты не хотел упечь меня в больницу. И уж тем более на тот свет. Я не за этим тебя позвал… Очень прошу, возьми себя в руки и возвращайся к работе. Не думал, что тебе придётся так рано занять моё место.

Папа на секунду замолкает. Опускаю голову.

Я вывел отца из строя. Правильно Алекс меня назвал…

Да как ни называй, я облажался.

Конечно, я готов на всё, чтобы искупить свою вину. Буду пахать 24 на 7, лишь бы отец был жив и не волновался.

Слабый, хрипловатый голос вырывает меня из размышлений:

- Я хотел постепенно перекладывать на тебя обязанности директора компании. Но я больше не смогу полноценно функционировать, как руководитель… Вся надежда только на тебя.

- Папа, я всё… — вкрадчиво начинаю, но отец тихо продолжает:

- Алекс талантливый финансист, но не управленец. Ты очень нужен мне, сын. Мне и компании, которую я создал и в которую так много вложил.