Я разворачиваюсь, злобно говорю:

- Не ходи за мной, Савицкий! Я тебя ненавижу! — и устало продолжаю: — Теперь ты доволен?

- От ненависти до любви один шаг. Так я думал раньше. Теперь не тешу себя иллюзиями… Может быть, так будет лучше, — задумчиво произносит Демид.

Снова закипая, произношу:

- Да ты философ?! Вот сиди дома и философствуй дальше. Пока у тебя не отсохнет… всё. И если ты думаешь, Демид, что я буду за тобой бегать, ты глубоко ошибаешься. Я и так… и так…

Слёзы встают вязким комом в горле. Нет, я не буду унижаться ещё больше. Делаю глубокий вдох, медленно выдыхаю.

Вскидываю подбородок и безапелляционным тоном заявляю:

- Если любишь, то вернёшься ко мне, если нет, то к чему мне что-то тебе доказывать.

Разворачиваюсь, открываю дверь и выхожу на морозную улицу. С гордо поднятой головой подхожу к воротам. Демид останавливается рядом. Поворачиваю голову вполоборота и устало говорю:

- Я же сказала, чтобы ты не ходил за мной…

- А я сказал, что отвезу, — твёрдо заявляет Демид.

Разворачиваюсь, встаю напротив мужа, внимательно смотрю на него. Опускаю глаза и натыкаюсь на его разбитую руку, сжимающую моё платье. Снова смотрю ему в лицо и строго говорю:

- Я не сяду к тебе в машину. Ты пил.

- Я на такси тебя отвезу, — говорит Демид и достаёт телефон из кармана.

Скрещиваю руки на груди, закатываю глаза и с притворным восхищением произношу:

- Да ты ещё и рыцарь! — меняю интонацию и спокойно спрашиваю: — А тебе не всё ли равно, Савицкий? У меня складывается мнение, что тебе на меня абсолютно пофиг.

Демид убирает телефон в карман и невозмутимо говорит:

- Нет. То, что я не стал тебя трахать, Ида, не означает, что мне на тебя пофиг.

Я открываю рот, чтобы в очередной раз сказать, как сильно я его ненавижу. Но слышу шум колёс подъезжающего такси. Мы выходим за ворота. Демид усаживает меня в машину и садится рядом.

Внутри меня всё кипит. Хорошо, что наш коттедж недалеко от особняка Савицких и ехать до дома всего 10 минут.

Демид внимательно смотрит на дорогу. Он почти всегда так делает, хоть и не за рулём. А я пишу сообщение Алексу, что он может возвращаться домой.

Убираю телефон в карман и усаживаюсь поудобнее, нога на ногу. Пальто распахивается. Демид переводит взгляд на мои ноги. Поправляю плотную ткань, пряча их от бесстыжих глаз.

Нечего пялиться, раз не собираешься закинуть их к себе на плечи. Боже, что я несу. Стала пошлячкой, как Савицкий?

Просто скучаю по прежнему Демиду. Этот холодный и бесчувственный — бесит!

- Приехали, Ида. Выходи. Не забудь платье. — вырывает меня из гневных размышлений голос мужа.

Он стоит, придерживает дверцу автомобиля и протягивает мне руку. Игнорирую его вежливый жест и без его помощи вылезаю из машины. Забираю платье и прошипев:

- Ненавижу! — иду в сторону своего дома.

- Я понял, — доносится до меня.

Прохожу в дом, включаю свет, выглядываю в окно. Демид садится в такси, машина трогается с места, и он уезжает.

***

Через несколько дней после неудачного свидания я сдаю анализы, в клинике.

Я больше не злюсь на Демида. Но и никаких попыток к сближению больше не предпринимаю. Как я уже сказала, если любит, то вернётся…

Продолжаю жить, работать и заботиться о своём малыше.

После всех процедур выхожу на промёрзшую, скользкую улицу. Кутаясь в светлый, длинный пуховик, подхожу ближе к дороге и начинаю вызывать такси.

На улице холодно и скользко, и, как назло, в приложении написано, что машину ждать мне придётся целую вечность.

Мимо меня проезжает знакомый, тёмно-бордовый автомобиль, за рулём, которого сидит Демид и с удивлением смотрит на меня. Муж резко даёт по тормозам, сдаёт немного назад.

Останавливает машину рядом со мной, наклоняется, открывает мне пассажирскую дверь и громко говорит:

- Ида, привет. Садись. Поедем вместе на работу.

Я с облегчением, отменяю вызов и усаживаюсь в машину. Опускаю капюшон, обрамленный пышным, искусственным мехом, и поправляю причёску.

Прежде чем тронуться, муж косится на мои голые кисти, стискивает зубы и молча, делает температуру в салоне автомобиля чуть теплее.

Вспоминаю, как раньше, Демид брал мою руку и с нежностью целовал кончики пальцев. Грел мои холодные ладошки своим дыханием…

Боже! Как же я скучаю по нему. По его губам, по нежным прикосновениям его пальцев…

Перевожу взгляд на его сильные руки, крепко и уверенно сжимающие руль автомобиля. Залипаю на его сосредоточенном лице…

Мы останавливаемся на светофоре, Демид поворачивается ко мне и с искренним интересом в глазах спрашивает:

- А что ты там делала?

Ида

- Плановый осмотр, — быстро отвечаю я и с тяжелым сердцем наблюдаю за тем, как медленно угасает огонёк надежды в глазах любимого мужчины.

Он отворачивается и сосредотачивается на дороге, а я, рассматривая сонный, морозный Петербург за окном, погружаюсь в мысленный диалог с само́й собой.

Как же мне противно ему лгать, и язык просто чешется сообщить хорошие новости. Но если муж вернётся ко мне, после того как узнает, что я беременна, я изведу себя и его, тем, что не нужна ему и со мной он только из-за ребёнка. Уж я-то себя знаю…

Словно в бурном потоке, десятки противоречивых мыслей проносятся в моей голове.

А с чего ты взяла, что он вернётся к тебе до того, как всё узнает?

Но ведь он любил меня.

И то, что Демид по-прежнему хочет от меня ребёнка, это хороший знак. Значит, всё ещё любит…

Конечно, любит. Это так быстро не проходит…

Теперь ты ему веришь?.. Где твоя вера была раньше?!..

К горлу подкатывает тошнота. Так как я сдавала кровь натощак, я отказалась от завтрака, пила только воду и вот итог.

Боже, только не сейчас, пожалуйста.

Нажимаю кнопку и немного опускаю стекло. В салон проникает свежий воздух.

Демид быстро поворачивает голову в мою сторону, смотрит, удивлённо приподняв бровь.

- Душно, — коротко отвечаю я и достаю из сумки зелёное яблоко.

Муж молча выключает обогрев салона и возвращает своё внимание на дорогу. Периодами я замечаю, что Демид, усиленно пряча улыбку, подглядывает, как я вгрызаюсь в кислый фрукт.

- Что?! Я не успела позавтракать, — слегка улыбаясь, говорю, мысленно моля Бога, чтобы муж не о чём не догадался.

- Я ж не против. Приятного аппетита! - смеясь отвечает Демид.

Смущённо бормочу:

- Спасибо, — и умиротворённо откидываюсь в кресле.

Как же давно я не слышала этот бархатный смех. И уже целую вечность не чувствовала себя так легко и свободно в его обществе. В голову начинают лезть бредовые идеи. Идеи, за которые Демид меня холодно осадит. Сто процентов.

Но будто прочитав мои мысли, а может быть, и сам, почувствовав мимолётное потепление между нами, Демид крепче сжимает руль и делает музыку громче. Разговор окончен!